Глава 128 Дракон

Глава 128 Дракон

Карета должна была пересечь ворота через семь минут.

Я рассчитал это ещё на крыльце, пока смотрел, как чёрный экипаж исчезает между деревьями. Дорога делала два поворота, затем спускалась к каменным столбам.

Прошло пять.

Я стоял возле окна в комнате Гаррета и смотрел на мокрую аллею. Отсюда ворота не были видны. Только верхушки деревьев качались под дождём, а по стеклу медленно стекали капли.

Правая рука всё ещё помнила тепло груди Эльсвиты.

Она сама коснулась меня. Подняла мою ладонь, прижала к сердцу и попросила беречь себя. Там, под тканью платья, её сердце билось быстро и неровно. Я чувствовал каждый удар через фамильный перстень.

Потом Эльсвита обняла меня.

Не простила. Не пообещала вернуться. Просто решила, что не хочет уезжать, не прикоснувшись в последний раз.

Мне следовало радоваться хотя бы этому. Это было больше, чем я заслужил после случившегося. Это означало, что не всё потеряно, что шанс вернуть её есть…

Я должен был радоваться, но вместо радости внутри поселился страх, который становился сильнее с каждой минутой.

— Ваша светлость, всё готово, — напомнил пожилой маг, стоявший возле стола.

Четыре новые пластины окружали металлическую чашу. Поверх них тянулись цепочки, в центре лежал небольшой изогнутый ритуальный нож, покрытый рунами. После первой попытки маги решили, что воздействовать на перстень нужно постепенно.

И ещё они убрали из комнаты зеркало.

Полагаю, именно это считалось главным выводом из предыдущей неудачи.

— Ждём сигнала от ворот, — произнёс я, не отрывая взгляда от окна. — Пока карета не покинет поместье, к перстню никто не прикасается.

Молодой артефактор посмотрел на часы.

— Возможно, госпожа уже выехала, — осторожно предположил он, поправляя повязку на порезанной ладони.

Я понимал, что ему самому не терпится покончить с этим. Но в то же время эта поспешность начинала меня раздражать.

— Возможно, вы доживёте до глубокой старости, — отозвался я, поворачиваясь к нему. — Но проверять это раньше времени я бы на вашем месте не стал.

Артефактор побледнел и отступил от стола. Пожилой маг опустил лицо, скрывая улыбку. Я снова посмотрел на часы.

Шесть минут.

На полу возле кровати оставалось тёмное пятно. Тело Гаррета унесли, но кровь успела впитаться в ковёр. Комнату ещё не убрали. Я сам запретил слугам входить до окончания осмотра.

Несколько часов назад истопник был жив. Боялся оставаться один, просил защиты и смотрел на мою руку так, словно перстень мог убить его одним взглядом.

Теперь Эльсвита ехала по той же дороге, по которой собиралась уехать сразу после развода.

Двенадцать всадников сопровождали карету. Ещё столько же должны были встретить её на половине пути. Я приказал капитану разворачивать экипаж при первых признаках холода, тишины или погасшего огня.

Этого должно было хватить. Отец не мог остановить двенадцать вооружённых мужчин.

Гаррета охраняли трое. Я сжал пальцы.

Перстень впился в распухшую плоть. Боль отрезвила, но вместе с ней появилось другое ощущение. Жёлтый камень дрогнул. Всего один раз.

Словно под металлом что-то запульсировало.

Я посмотрел на руку. Кожа вокруг кольца оставалась посиневшей. По свежей трещине стекала капля крови.

— Что произошло? — спросил пожилой маг, заметив моё резкое движение.

— Перстень отозвался, — коротко и настороженно ответил я и поднял руку ближе к свету.

— На что?

Я не успел ответить. Снаружи раздался конский топот.

Не размеренный шаг дозорного. Лошадь гнали так, словно всадник спасался от погони. Через несколько мгновений во дворе кто-то закричал, требуя открыть двери.

Я уже направлялся в коридор, когда ручка повернулась.

Капитан охраны влетел в комнату без стука.

По его лицу стекала вода. Мокрые волосы прилипли ко лбу, сапоги и край плаща были забрызганы грязью. Мужчина остановился возле двери и попытался вытянуться, но не смог перевести дыхание.

Он приехал один.

— Где моя жена? — спросил я.

Капитан посмотрел мне в глаза. Я прочитал ответ на его лице раньше, чем он открыл рот.

Холод прошёл по позвоночнику. Пальцы правой руки перестали чувствовать боль. Исчезли шум дождя, дыхание магов и тиканье часов.

Осталось только бледное лицо офицера.

— Ваша светлость, госпожа исчезла, — выговорил он.

Комната качнулась. Всего на мгновение. Пол ушёл из-под ног, в груди стало пусто, а перед глазами возникла Эльсвита возле кареты.

«Береги себя».

Я закрыл дверцу. Сам велел кучеру ехать. Сам остался возле крыльца, пока отец ждал её на дороге.

Дракон рванулся наружу. Чешуя проступила на руках, ногти удлинились, превратившись в чёрные когти. Воздух в комнате раскалился. Цепочки на столе задрожали, а одна из свечей вспыхнула так ярко, что воск потёк по подсвечнику.

Капитан не отступил.

— Где карета? — повторил я, заставляя когти исчезнуть.

Голос прозвучал спокойно. Именно поэтому молодой артефактор попятился к стене.

— В пятидесяти шагах от ворот, ваша светлость, — доложил капитан, сглотнув. — Мы не успели выехать за пределы поместья. Дверь оказалась заперта изнутри. Пришлось ломать…

— Эльсвиты в карете уже не было, — закончил я за него.

— Нет, ваша светлость, — подтвердил офицер, и его голос дрогнул. — Внутри никого.

Я подошёл ближе.

— Она могла открыть вторую дверцу?

— Обе были заперты, — ответил капитан, выдерживая мой взгляд. — Окно закрыто. На стекле появилась трещина, а на полу лежала бронзовая пепельница. Будто госпожа пыталась разбить окно.

Я представил Эльсвиту в тесной карете. Иней на стекле. Старого герцога напротив.

Она кричала. Наверняка звала меня. А я снова остался слишком далеко, чтобы услышать.

— Кто-нибудь покидал строй? — спросил я, чувствуя, как перстень сильнее сжимает палец.

— Нет, ваша светлость, — твёрдо ответил капитан. — Двенадцать человек находились возле кареты с момента отъезда. Никто не отлучался. Дверь снаружи не открывалась.

— Экипаж останавливался?

Мужчина замолчал.

Его взгляд на мгновение метнулся к магам.

— Отвечайте, — потребовал я, понизив голос.

— Я не знаю, ваша светлость, — признался капитан. — Мы ехали по аллее. Я слышал колёса, копыта, голоса людей. Потом… странное чувство… Я не могу его описать…

В груди сжалось.

— Время остановилось, — произнёс я.

— Наверное, — согласился мужчина. — Я увидел, что конь поднял ногу, но никак не мог опустить. Дождь застыл в воздухе. Я пытался дотянуться до оружия, но рука не двигалась. А потом всё закончилось. Карета оказалась ближе к воротам. Окна покрылись инеем.

Точно так же умер Гаррет.

Караульный смотрел на него, но не увидел убийцу. Для остальных прошло одно мгновение. Отцу хватило его, чтобы сломать человеку шею.

И забрать Эльсвиту.

— Где остальные? — спросил я, уже направляясь к двери.

— Я оставил одиннадцать человек возле кареты, — доложил капитан, поворачиваясь следом. — Дорога перекрыта. Никто не приближался к экипажу после осмотра.

Он всё сделал правильно.

Обычно этих слов было достаточно. Но сейчас мне хотелось схватить его за воротник и спросить, как двенадцать вооружённых мужчин могли потерять одну раненую женщину.

Так же, как когда-то целый дом не заметил исчезновения хозяйки. Не потому, что люди плохо выполняли обязанности. Потому что отец заранее знал, как сделать Эльсвиту невидимой для всего мира.

— Закрыть ворота, — распорядился я, остановившись на пороге. — Никого не выпускать. Даже если я сам прикажу обратное, требуйте подтверждения от двух магов.

Я смотрел на перстень. Мало ли, какую волю он начнёт мне диктовать… Лучше перестраховаться.

Капитан кивнул.

— Поместье прочесать по двое, — продолжил я, глядя ему в лицо. — Никто не остаётся один. Проверить оранжерею, библиотеку, кабинет отца, подвалы и все хозяйственные постройки. Если встретите запертую дверь — ломайте. Если не найдёте двери, но будет подозрение, что там есть помещение, ломайте стену.

Последние слова заставили мужчину побледнеть.

— Будет исполнено, ваша светлость, — произнёс капитан и рванулся в коридор.

Я повернулся к магам.

— Осмотрите карету, — приказал я. — Найдите след перемещения. Всё, что позволит понять, куда её перенесли. И библиотеку. Мне нужны старые планы поместья. Все возможные, которые сумеете отыскать. Я хочу знать, сколько ещё подвалов есть в доме… Сколько ещё тайных ходов и комнат!

Пожилой маг начал собирать пластины.

— Если воздействие было таким же сильным, как на перстень, след мог уничтожить всё остальное, — предупредил он, складывая инструменты в чемодан.

— Тогда найдите то, что он не уничтожил, — ответил я. — А потом в библиотеку. И вызывайте подкрепление. Мне понадобятся все маги, которые есть! Все!

Мужчина замер.

— Ваша светлость, для подобного анализа помещения и перестроек потребуется время.

— У Эльсвиты его может не быть, — напомнил я.

Маг посмотрел на моё лицо и больше не спорил. Через несколько мгновений комната опустела.

Я остался один.

Снаружи уже звучали приказы. По лестнице бежали люди, во дворе ржали лошади, распахивались двери. Поместье просыпалось, не понимая, что его хозяйку снова похитили из-под охраны.

Я должен был присоединиться к поискам.

Мог лично проверить оранжерею. Разрушить остатки стены в подземелье. Сжечь дом до фундамента, если потребуется.

Но отец ждал именно этого.

Чтобы я метался по комнатам, пока Эльсвита снова умирала там, где никто не догадается искать. Перстень ударил по пальцу ещё раз.

Боль поднялась по руке. Я обхватил кольцо, попытался повернуть, но металл не поддался.

— Где она? — спросил я, глядя на жёлтый камень. — Ты слышишь меня. Покажись и скажи, куда её забрал. Хватит прятаться!

Отец не ответил.

Пламя свечей не дрогнуло. Только кровь продолжала медленно стекать по моему пальцу.

Я поднял глаза.

На окне, возле которого недавно стояла Эльсвита, ещё виднелись влажные потёки. Здесь Мари написала: «Уезжайте». Здесь отвечала на вопросы о перстне.

Два удара означали «да».

Один — «нет».

Я подошёл к стеклу.

— Мари, если вы ещё здесь, ответьте, — произнёс я, чувствуя себя последним безумцем, говорящим с призраком.

Генерал королевской армии стоял перед запотевшим окном и просил помощи у мёртвой горничной.

Несколько дней назад я бы приказал вызвать лекаря тому, кто рассказал подобную историю.

Теперь мне было всё равно, кем меня сочтут.

Тишина.

Я подождал. Эльсвита говорила, что призракам нужно время. И я ждал, проживая каждую мучительную минуту.

За дверью пробежали несколько человек. Кто-то крикнул, что оранжерея осмотрена. Внизу распахнулась входная дверь, и шум дождя на мгновение стал громче.

На стекле ничего не появилось.

— Отец забрал Эльсвиту, — продолжил я уже тише. — Она не успела пересечь ворота. Он где-то в поместье… Скажи мне, Мари. Где она?

Слова прозвучали неправильно.

Будто я сообщал новость человеку, который не мог её слышать. Возможно, Мари уже исчезла. Потратила последние силы, чтобы предупредить Эльсвиту, ответить на вопрос о перстне и попытаться поблагодарить меня.

Я опоздал.

Снова.

Когти прорвали кожу на ладони. Я заставил дракона отступить. Ярость не помогла Эльсвите в первый раз. Не поможет и сейчас.

— Знаю, что уже попросил вас о слишком многом, — произнёс я, не отводя взгляда от окна. — Вы спасли чертёж. Рассказали правду. Предупредили её об опасности. Теперь я снова прошу вас помочь женщине, за которую вы уже умерли.

Голос стал хриплым. Мне пришлось сделать паузу.

— Это несправедливо, — признал я, глядя на исчезнувшие буквы. — Я должен был найти вас. Должен был понять, почему вы пропали. Вместо этого поверил отцу и решил, что вы помогли Эльсвите бежать.

Стекло оставалось неподвижным.

— У меня нет права требовать от вас ещё одной жертвы, — продолжил я. — Поэтому не требую. Прошу. Если вы знаете, где отец держит Эльсвиту, ответьте.

Я ждал.

Пять секунд.

Десять.

Тридцать.

За это время можно задохнуться. Можно успеть закричать и понять, что никто не услышит. Можно поверить, что человек, обещавший защитить, снова не придёт.

На стекле появилась тонкая полоска инея.

Я перестал дышать. Раздался тихий стук. Первый.

Потом второй. Мари знала.

Я положил ладонь на подоконник. Ноги на мгновение ослабли, но я заставил себя остаться на месте.

Надежда сейчас была опаснее страха. Она могла заставить бежать раньше, чем я пойму, куда.

— Один удар означает «нет», два — «да», — напомнил я, стараясь говорить ровно. — Так же, как раньше.

Ответа не последовало.

Мари берегла силы. Или стучала слишком тихо. Сейчас в доме, который обыскивали, этот стук мог просто затеряться среди других шумов.

Я вышел из комнаты.

— Тишина! — заревел я так, что даже светильник дрогнул. — Ни единого звука! Слышали?

И всё замерло. Рёв дракона заставил поиски прекратиться, а голоса затихнуть.

Я вернулся в комнату. Теперь здесь было тихо. Немного отдышавшись, я произнёс:

— Эльсвита находится в пределах поместья?

Первый стук прозвучал почти сразу. Он был едва слышным. Но я различил его в тишине комнаты.

Второй оказался тише.

Да.

Отец не мог унести её за ворота. Эта граница по-прежнему действовала.

— Она в главном доме? — продолжил я, всматриваясь в иней.

Раздался один удар.

Хорошо… Она не в доме… Она где-то на территории, но не в самом доме.

Я закрыл глаза, представляя карту владений. Оранжерея. Конюшни. Старые хозяйственные постройки. Где-то там должно было быть подземелье, о котором никто не знал.

— Она под землёй? — спросил я, чувствуя, как сердце ускоряет удары.

Два стука.

Второй прозвучал после долгой паузы.

Мари слабела. Я сжал кулаки. Нужно выражаться точнее.

— В камере под оранжереей?

Один удар.

Я сжал край подоконника. Другое помещение под землёй.

На территории находились винные погреба, старые кладовые и фамильный склеп.

— Винный погреб? — спросил я.

Тишина.

— Подземелье под конюшней? — продолжал я, прислушиваясь.

Я перечислял, а внутри меня билась мысль о том, что я уже сказал правильный ответ, просто у Мари кончились силы.

— Склеп? — спросил я.

Иней на стекле начал таять. Белая полоса истончалась с каждым мгновением.

— Мари? — позвал я, наклоняясь ближе. — Эльсвита находится в склепе?

Ничего.

Я уже решил, что у горничной не хватило сил.

Потом раздался стук.

Совсем слабый. Первый.

Я ждал второго. Смотрел, как капля воды ползёт вниз, уничтожая иней. Сердце билось так тяжело, что я боялся не услышать ответ.

Стекло дрогнуло.

Второй.

— Спасибо, Мари, — произнёс я, отступая от окна. — Я услышал.

Ответа больше не было. Иней исчез. Комната снова стала тёплой.

Я бросился к двери.

В коридоре едва не столкнулся с капитаном. Мужчина успел отступить и вытянуться.

— Все свободные люди в фамильный склеп, — приказал я, не останавливаясь. — Магов забрать от кареты. Несите ломы, молоты и всё, чем можно расколоть камень.

— Вы нашли госпожу? — спросил капитан, поспешив следом.

— Мари нашла, — ответил я.

Мужчина сбился с шага.

— Кто?

— Мёртвая горничная, — пояснил я, перепрыгивая через три ступени. — Если у вас остались вопросы, зададите ей после того, как достанем Эльсвиту.

Капитан больше ничего не спросил.

Люди шарахались с дороги. Я слышал, как за спиной офицер выкрикивает приказы, но слова сливались с грохотом крови в ушах.

Фамильный склеп находился под западной часовней.

Обычно путь занимал несколько минут. Я преодолел его быстрее.

Драконья сила разрывала тело изнутри. Чешуя покрыла руки до локтей, когти прорезали перчатки. Полное обращение разрушило бы дом, сломало бы перекрытия, поэтому мне приходилось удерживать зверя, который требовал снести крышу и добраться до Эльсвиты напрямик.

Возле часовни стояла железная дверь.

Я ударил плечом.

Замок вырвало вместе с частью каменной стены. Дверь отлетела внутрь и с грохотом упала на ступени.

Из склепа пахнуло сыростью, воском и увядшими цветами.

Я начал спускаться.

На стенах один за другим загорались магические светильники. Подземный коридор уходил глубоко под землю. По обе стороны темнели ниши с именами Вельтеров.

Здесь лежали мои предки.

Мать. Отец. Дед. Бабушка.

Жёлтый камень на руке вспыхнул.

Перстень повернулся на пальце. Металл содрал кожу, прошёл по распухшей плоти до сустава и остановился. Боль оказалась такой сильной, что перед глазами потемнело.

Я ухватился за стену.

Кольцо снова дёрнулось. Не наружу. Вперёд. Словно отец действительно хотел привести меня сюда.

Я побежал по коридору.

Светильники вспыхивали передо мной и гасли за спиной. На повороте нога скользнула по камню, плечо ударилось о стену, но я не остановился.

Саркофаг отца находился в дальней части склепа.

Я увидел его сразу.

Чёрный камень. Герб Вельтеров на крышке. Увядшие жёлтые цветы, рассыпанные по полу.

Саркофаг выглядел шире остальных. Перстень вспыхнул так ярко, что жёлтый свет залил стены.

Я оказался возле гробницы и положил ладони на крышку.

Камень был ледяным.

— Эльсвита! — крикнул я, наклоняясь ближе. — Ты слышишь меня?

Ответа не последовало. Я упёрся ногами в пол и потянул крышку на себя.

Когти заскользили по камню. Мышцы свело от напряжения, под кожей вспыхнуло драконье пламя. Пол под сапогами треснул.

Саркофаг не сдвинулся даже на волос.

По краю крышки загорелась первая руна. Следом вторая.

Через несколько мгновений золотые знаки окружили весь саркофаг. Перстень на моей руке ответил таким же светом.

— Эльсвита! — снова закричал я, ударяя кулаком по крышке. — Если слышишь меня, ответь!

Несколько мгновений в склепе стояла тишина.

Потом изнутри раздался один слабый удар.