Глава 41

Дня три я с Артемом почти не разговаривала. Только по делу. Он занимался провалами. Я занималась хозяйством. Встречались за столом, обсуждали запасы, планы работ.

Но я видела, как он работает. Он уходил рано утром и возвращался затемно. Весь в глине и пыли. Руки в ссадинах. Он пытался укреплять края провалов своей магией камня. Получалось плохо.

Камень поддавался неохотно, трескался, осыпался. Но он не бросал. Каждый день начинал заново.

На четвертый день я подошла к провалу у амбара. Артем сидел на краю, свесив ноги в дыру. Он не слышал, как я подошла. Он просто сидел и смотрел вниз, на клубящийся пар. Плечи у него были опущены. Вид усталый.

— Ничего не выходит, — сказал он, не оборачиваясь. — Я могу камень сдвинуть, но не укрепить. Не хватает силы. Или знаний. Я никогда не учился по-настоящему. Меня не готовили, как брата.

Я села рядом.

— А брат твой сильный маг?

— Очень. Он может целые тоннели в скалах прокладывать. А я… — он махнул рукой. — Я могу ступеньку сделать. Или трещину заделать. Мелко.

Мы помолчали. Пар из провала поднимался и таял в холодном воздухе.

— Зато ты не сбежал, — сказала я наконец. — Когда обвал был. Ты встал между мной и льдом.

Он пожал плечами.

— Любой бы встал.

— Нет. Не любой. Каэль, например, сначала бы подумал, как извлечь выгоду. А ты просто встал.

Он повернул голову, посмотрел на меня. В его глазах была усталость, но не злость.

— Прости, — сказал я. Тихо, но четко. — За то, что накричала. Я была… напугана. И зла. Но ты прав. Ты не врал. Ты просто был другим. И этот другой… он мне помогал. Все это время.

Он кивнул, снова глядя в провал.

— Я тоже прошу прощения. За то, что не сказал. Я должен был.

— Ладно, — вздохнула я. — Хватит об этом. Что будем делать с этой дырой? Твои ступеньки не помогают.

— Нет. Нужно что-то другое. Не затыкать, а… выпускать пар.

— Ты про воду под землей?

— Да. — Он обернулся ко мне. — Я спускался в самые глубокие провалы. Там не просто лед. Там потоки. Они бьют в слабые места, отсюда и обвалы. Мы затыкаем одну дыру, вода находит другую.

— Значит, нужно дать ей один выход. Большой. Куда она сама хочет.

— И где этот выход?

Я встала, отряхнула платье.

— Пойдем, покажу на карте.

Мы пошли в дом. Я развернула карту на большом столе. Показала ему старые отметки.

— Здесь были рудники. Добывали какой-то камень, не знаю какой. Но в отчетах говорится, что на нижних ярусах было «водоносное русло». Его замуровали, когда начались обвалы. Предполагаю, это и есть старая подземная река.

Артем изучил карту.

— Далеко от наших провалов. Метров пятьсот, не меньше.

— Значит, нужно соединить. Направить воду туда.

Он поднял на меня глаза.

— Это безумие. Ты хочешь рыть тоннель? У нас нет людей, нет инструментов, нет времени.

— Рыть не будем. — я ткнула пальцем в район провалов. — Вода уже сама пробивает себе путь. Она движется сюда, к поверхности. Нужно просто… чуть подправить ее направление. Сделать так, чтобы она повернула не вверх, а вбок. К старому руслу.

Артем понял сразу. Его лицо стало серьезным.

— Магией. Ты хочешь использовать свою магию, чтобы перенаправить подземные потоки.

— Да.

— Элина, это… Это огромная работа. Тебе придется почувствовать все эти потоки под землей. И не заморозить их, а мягко толкнуть. Как перенаправить реку. Одной. Беременной.

— Не одной, — сказала я. — Ты мне поможешь. Ты чувствуешь камень. Ты можешь понять, где почва слабая, где можно сделать «уклон». Чтобы вода пошла куда надо.

Он снова уставился на карту. Молчал долго.

— Риск огромный. Если что-то пойдет не так, вода может прорваться где угодно. Затопить нижние участки долины. Или обрушить все пещеры разом.

— А если ничего не делать, вода все равно прорвется. Только хаотично. И похоронит под обвалами пол-поселения. Уже почти хоронит.

Он знал, что я права. Мы оба это знали.

— И когда ты хочешь это сделать?

— Чем скорее, тем лучше. Пока провалы только у границ. Но они приближаются к домам. У нас есть неделя, может, две. Не больше.

Артем закрыл глаза, провел рукой по лицу.

— Хорошо. Что нужно делать?

— Сначала разведка. Нужно спуститься в главный провал. Тот, что у скал. Там самый сильный поток. И найти точку, где можно вмешаться. Где русло близко к нашему старому тоннелю.

— Это опасно. Там обвалы.

— Ты будешь страховать. Твоя магия камня, она может поддержать свод, если что.

— Может, — сказал он без уверенности. — А может, и нет.

— Это наш шанс, Артем. Или мы пытаемся, или медленно хороним долину. И себя заодно.

Он вздохнул, потом кивнул.

— Ладно. Когда идем?

— Завтра на рассвете. Возьмем веревки, факелы, теплые вещи. И… — я запнулась. — Надо будет сказать людям. Чтобы были готовы к эвакуации на случай, если все пойдет наперекосяк.

— Они запаникуют.

— Иначе будет хуже. Если все рухнет без предупреждения, погибнут.

Вечером я собрала всех в столовой. Людей было немного, всего двадцать с лишним человек. Все взрослые. Детей оставили в домах.

Я сказала все как есть. Не приукрашивая. Что провалы, это подземные воды. Что мы не можем их остановить. Что мы попытаемся их перенаправить. И что это опасно. Может случиться обвал или наводнение.

Сначала была тишина. Потом начался шум. Геральд первый вскочил.

— Вы с ума сошли! Копаться в этих дырах? Вы всю долину похороните!

— Если не «копаться», долину похоронят эти дыры, — холодно сказала я. — Они уже подбираются к вашим домам. Через неделю вы будете спать над пропастью.

Марта сидела, сгорбившись. Она подняла на меня глаза— А если не получится.

— Тогда, — сказала я прямо, — Мы все вместе будем разбирать завалы. Или хоронить погибших. Другого выбора нет.

Артем стоял у стены, молчал. Но когда шум снова нарастал, он шагнул вперед.

— Я спускался в самые глубокие пещеры, — сказал он громко, и все замолчали. — Там не просто дыры. Там реки. Они текут под нашими ногами. И они вырвутся наружу. Вопрос только, где? Либо тут, под нашими домами. Либо далеко, в старом русле. Мы пытаемся сделать второй вариант.

Он говорил спокойно. Люди слушали.

— А вы кто такой, чтобы говорить? — бросил кто-то с задних рядов.

Артем помолчал. Потом ответил:

— Я тот, кто чувствует камень. И я знаю, что почва под нами держится пока на честном слове. Еще пара провалов в центре поселка, и все рухнет.

В наступившей тишине было слышно, как трещит огонь в камине.

— Что делать-то? — спросил наконец кто-то тихо.

— Завтра утром, — сказала я, — Все, кто не занят на самой важной работе, начинают переносить запасы из нижних складов на верхние уровни. Готовим плоты на случай паводка. Детей и стариков переселяем в самый большой дом, он на возвышении. Мы с Артемом спускаемся в провал. Если к вечеру мы не вернемся… — я сделала паузу, — …значит, что-то пошло не так. Тогда ваш старший Геральд. Делайте, что он скажет.

Люди молча разошлись. У всех были мрачные лица.

Когда зал опустел, я осталась с Артемом.

— Ну что, — сказала я. — Похоже на прощальный ужин.

— Не говори так, — он нахмурился. — Вернемся.

— Надеюсь.

Мы вышли на крыльцо. Ночь была ясной, морозной. Над долиной висели яркие звезды.

— Страшно? — спросил он.

— До чертиков.

— Я тоже.

— Хорошо, — я слабо улыбнулась. — Значит, я не одна трусиха.

Он не засмеялся.

— Завтра я пойду первым. И если что… ты сразу наверх. Без разговоров.

— Нет. Вместе или никак.

— Элина…

— Вместе, Артем. Это мой план. И моя ответственность.

Он не стал спорить. Кивнул.

— Ладно. Значит, вместе.

Мы постояли еще немного в тишине. Потом разошлись по своим комнатам. Спать я почти не могла. Ворочалась, слушала, как воет ветер в трубе. Думала о воде под землей. О том, смогу ли я ее почувствовать. Направить. Или все рухнет.

Перед рассветом я встала, оделась в самое теплое. Надела крепкие сапоги. Спустилась вниз. Артем уже ждал у двери. Он проверял веревки. На лице у него было то же напряжение, что и у меня.

— Готова? — спросил он.

— Нет. Но пойдем.

Мы вышли в холодное утро и пошли к провалу у скал. Начинался самый рискованный день в нашей жизни. _______________