Глава 14 · Подозрения

Самое страшное было то, что он частично обратился. Его лицо, шея, руки — всё было покрыто чешуёй. Она серебрилась в дневном холодном свете, пугая девушку до полуобморочного состояния.

Мой сын потерял контроль над собственными эмоциями. Я это хорошо понимала. Я двадцать лет прожила с драконом. Я видела, как обращаются драконы в момент страсти, в момент боя, в момент страха за свою семью. Я знала, что такое полуоборот, когда чешуя покрывает кожу, а белки глаз становятся жёлтыми. Я знала, какие эмоции его вызывают.

Я всё это изучала, когда растила маленького драконёнка. Когда мы с Реем учили его оборачиваться. Когда я с земли следила за тем, как Арлен выписывал в небе фигуры, ревя от детского восторга.

Такой полуоборот, какой я сейчас видела у Арлена, случался с драконом в двух случаях.

В смертельной ярости, когда он терял контроль и готов был убить.

Или рядом с возлюбленной. Или истинной парой.

Рейнар вчера так смотрел на Светлану за столом. Рейнар вчера едва держал себя в руках в её присутствии. Рейнара, на глазах всего двора, трясло, когда она просто сидела напротив него за обедом.

И сейчас, ровно в нескольких шагах от меня, я наблюдала схожую картину.

Я качнула головой, не жалея это принимать. Не понимая, как это возможно.

Мой сын.

Моей мальчик.

Двадцатилетний, умный, гордый и сдержанный, которого отец готовил в наследники с младенчества. Мой Арлен, который несмотря на своё свободолюбие и озорливость, всегда знал, когда следует остановиться.

Всегда. Но не сейчас.

Арлен был в одном шаге от полного оборота над дрожащей фигуркой напуганной девочки, которую вчера представили ко двору как истинную его отца.

Это не могло быть совпадением.

Я стояла и смотрела, и в голове у меня с ужасающей медленной ясностью складывались картинки. То, как вчера за обедом он смотрел на Светлану с внимательной и напряжённой вежливостью, которую я приняла за сдержанную ярость. То, как он задавал ей вопросы. То, как его пальцы трансформировались в когти под столом, и я решила, что это от злости на отца.

Он злился на отца. Но злость на Светлану имела другое начало.

Арлен… ревновал?

Моя рука сама собой нашла край стеллажа. Я вцепилась пальцами в тёплое дерево, чтобы не упасть.

— Арлен, мне трудно дышать. Отпусти. Пожалуйста… — зашептала девушка в испуге, тонкими пальчиками цепляясь за запястья принца.

Он не отпустил. Но и не сжал. Он стоял, склонившись над ней, и я видела, как он сам с собой борется. Как на его виске бьётся жилка. Как чешуя на скуле мерцает и гаснет. Как он ровно и глубоко дышит, заставляя себя вернуть контроль над телом.

— Скажи мне, какие чары ты применила! — голос Арлена прозвучал глухо и устало. — Скажи мне, маленькая. И я отпущу.

— Я клянусь! Клянусь своей жизнью! Я ничего не применяла. Я не знала о магии восемнадцать лет. Я думала, что… — она смолкла, когда Арлен пальцами надавил на дрожащие губы.

Я услышала скрежет с которым когти заскользили по стеллажу, безнадёжно портя полки. И в этот момент я поняла, что если я сейчас простою за этой стеллажом ещё одну минуту, я сойду с ума. И позволю совершить Арлену непростительную ошибку.

Я сделала шаг из тени. Потом второй.

Мои туфли тихо застучали по паркету между стеллажами. Арлен вскинул голову ещё до того, как я успела появиться в поле их зрения. Светлана от звука моих шагов вздрогнула всем телом.

Я вышла в пролёт.

Они оба увидели меня. Светлана ахнула и прижала ладонь ко рту. Арлен отшатнулся от неё, как будто его обожгло проклятым пламенем. И в ту же секунду, в один миг, чешуя на его лице и руках втянулась обратно под кожу, глаза из золотых стали серыми. Он сделал шаг назад, потом ещё один, упёрся спиной в стеллаж и замер.

Арлен моргал, будто пытался прогнать наваждение.

Воздух между нами гудел от напряжённого молчания. И невысказанных слов.

Я стояла посреди библиотеки, с прижатой к груди рукой, и смотрела на них двоих.

А они смотрели на меня.

И я видела в глазах собственного сына такое выражение, какого не видела никогда в жизни. Вину. Горькую.

— Мама, — почти беззвучно произнёс Арлен.

Я открыла рот, чтобы что-то ответить.

И не смогла.