Глава 24

Испуганное лошадиное ржание над головой, крики людей и боль. Всё слилось в один сплошной комок, разрывающий мою голову. Упав на спину, я знатно пересчитала кумушки на брусчатке. Постанывая сквозь сжатые зубы, я прикрыла лицо ладонями. На глазах выступили слёзы, хоть я и не собиралась плакать. Удар вышел не слишком сильным, повезло, что конь просто шагал, а не бежал галопом. Однако от падения меня это не спасло, как и от боли, последовавшей за ним. Лёжа на земле, я пыталась прийти в себя. И как только умудрилась зазеваться настолько, что пропустила появление лошади? Уму непостижимо. Послышался грохот, будто рядом упала каменная глыба. А всего через мгновенье меня накрыла большая тень. Великан? Нет, просто большой человек. Мужчина склонился ко мне, протягивая руку. Его лапища могла преспокойно вместить две моих, а чёрные волосы падали на довольно привлекательное лицо. Встревоженный взгляд незнакомца прошёлся по мне, вероятно, высматривая возможные травмы. Несмотря на свою внешность, он не казался заносчивым или ловеласом. – Прошу прощения, мисс, – бархатным голосом пророкотал мужчина. – Мне стало дурно, и я не заметил вас. Тяжело вздохнув, я приняла ладонь и с трудом поднялась на ноги. – Повезло отделаться малой кровью, – невесело буркнула я, поправляя платье и отряхивая с него пыль. – У вас кровь? Где? – удивлённо спросил незнакомец, словно не понимая сарказма в моём голосе. – Нет крови, успокойтесь, – отмахнулась я, и, запрокинув голову, добавила: – вам стало легче? – Мне? – непонимающе выпалил мужчина, отчего я заскрипела зубами. Неужели такой тугодум? А ведь по виду и не скажешь, хорош змеёныш. Ящера в этом великане я узнала сразу, хоть и не поняла как. Просто на мгновенье заметила вытягивающиеся зрачки, да и в целом он не был похож на обычных людей. Как жаль, что его разум явно не дотягивает до красоты. Так бы девицы с руками оторвали, желая получить в женихи. Моя метка нагрелась, и я раздраженно потерла её через ткань рукава. Только её сейчас не хватало, для полного счастья. Повисшая тишина затягивалась, и я уже собиралась уходить, как незнакомец отмер и запустил пятерню в волосы, взлохматив тёмные пряди. Они сверкнули золотом на свету, после чего вновь стали чёрными. Интересненько, – прищурилась я, рассматривая шевелюру. – Мне следует угостить вас, в качестве извинения, – наконец-то произнёс мужчина, перехватывая повод лошади. – Здесь неподалёку есть хороший ресторанчик, где вы сможете оправиться после падения. – Откажусь, – я качнула головой, не собираясь идти за непонятно кем. – Мне уже пора. Всего доброго, постарайтесь больше никого не сбить. Возможно, мне послышалось, но я уловила едва слышное ругательство за спиной. Однако обращать внимания не стала, твёрдо шагая в сторону рынка. Закупка продуктов стала настоящим испытанием, где каждый торговец так и норовил меня обмануть. Пришлось собрать всю выдержку в кулак, чтобы закупиться всем необходимым на неделю. Лишь несколько продавцов предоставляло аналог доставки, обещая привезти продукты в ближайшее время. Им я и доверилась, тем более что цены торговцы не задирали, в отличие от других. Купив всего понемногу, помня о предстоящей уборке и необжитой кухне, объяснила, куда всё это добро доставить. После чего направилась в ателье, пока солнце не начало клониться к закату. Настроение стремительно катилось в бездну, несмотря на предстоящие покупки. Поясница и всё что ниже ныло, умоляя меня пойти, прилечь на мягкую постельку. Только вот ходить ещё хоть день в этих мрачных вдовьих платьях я не собиралась, хватит с меня тёмных красок в жизни. Столкновение с лошадью довольно быстро утратило свою значимость, а стоило мне попасть в ателье, так и вовсе испарилось без следа. Я застряла на добрых два часа, выбирая платья и фасоны по вкусу. Модистка Эллен, приятная женщина средних лет, сразу пришлась мне по душе. Как и её произведения искусства. Усталая, но довольная, я вернулась домой под вечер. Нанятый извозчик занёс в дом мои покупки, ставя их на дощатый пол. Расплатившись монетой, сверкнувшей серебром в свете магических огней, я захлопнула дверь. С трудом переставляя ватные ноги, перенесла все коробки с платьями наверх, складывая на пол возле шкафа. Сейчас у меня появилось целых пять нарядов, собранных от и до, под чутким руководством Эллен. Ещё десять сошьют на заказ, чтобы мне было в чём выходить на прогулки по столице. Перекусив купленным на обратном пути пирогом с мясом, я переоделась и спустилась на первый этаж. Там дожидались купленные продукты, которые тоже следовало расставить по местам. Крупы заняли место в вымытой до блеска тумбе, мясо пришлось отнести в «холодильник» – комнатушку, в которой отныне работал артефакт льда. Последний я купила у того же торговца, что продавал мясную продукцию. А овощи просто оставила в уголке, решив завтра приготовить что-нибудь. В эту ночь я спала как убитая, не слыша ничего, кроме воя ветра за окном. Как и в прошлую ночь, меня согревала лишь метка, горящая изнутри. Сумбурные, непонятные сны преследовали меня до самого утра. И я отчётливо помнила лишь одно – зелёные глаза, наполненные какой-то звериной тоской. Проснулась рано, слыша приглушённые стуки. Сонно потирая глаза, огляделась вокруг. Солнце едва успело взойти, но непрерывный стук не заканчивался. Потребовалось несколько минут, чтобы я вспомнила, о просьбе прислать работников пораньше. Пробормотав ругательство на свою дурную голову, которая совсем забыла об этом, поспешила встать с кровати. Одевалась быстро, а волосы заплетала, уже спускаясь на первый этаж. Распахнув двери, увидела около пяти человек, в простой добротной одежде и со смущёнными улыбками на лицах. Двое мужчин-садовников в возрасте, которых я узнала по инструментам в руках, ещё две девчушки-горничные и один парень с непонятной котомкой в руках. – Приветствуем, леди Катрин! – хором произнесли работники кланяясь. – Доброе утро, – чуть неловко ответила я и пропустила всех в дом. – Я понимаю, работы много, но хотелось бы закончить со всем поскорее. – Будет сделано, – посерьёзнев и словно войдя в рабочий режим, отрапортовали все хором. А после слово взял один из садовников: – Я Госс, а это Вернер. Мужчина указал рукой на своего напарника, после чего они ушли в сад. – Меня зовут Мела, а её Леса, – представились девчушки, которым едва исполнилось восемнадцать, – с чего нам начать уборку? – Приятно познакомится, откуда посчитаете нужным, работы везде хватает, – улыбнувшись, ответила я. Оставался лишь парень, который смущённо переминался с ноги на ногу: – А вы?.. – Салем, леди, – пробормотал паренёк, – разнорабочий, буду помогать девочкам с тяжестями и таким прочим… – Понятно, хорошо, – ободряюще сказала я и даже похлопала его по плечу, он аж вздрогнул. Работа закипела. Пыль стояла столбом, пока мы выгребали залежи грязи, что накопилась за столько лет. Все работали слаженно, и в какой-то момент я просто отошла в сторону и стала только наблюдать. А что поделать, если моё присутствие только отвлекало и смущало ребят. Красть у меня всё равно особо нечего, а испортить что-то… довольно проблематично, учитывая удручающее состояние дома. Так что я занялась готовкой, пока все остальные убирали. Порхая по кухне, незаметно провела там полдня, зато наготовила кучу вкусностей. Работники периодически заглядывали на кухню, облизывались и убегали обратно, выпив только воды. Я сама выносила им сытные перекусы, чтобы они могли набраться сил, и настаивала на перерывах. А то, судя по всему, им раньше этого не разрешали делать. Вечером мы все собрались в сверкающей столовой. Я, вместе с девочками, накрыла стол. Устало собравшись вокруг длинного стола, заставленного мясными и овощными блюдами, все глотали слюни. Даже я, несмотря на кусочничество во время готовки, была готова съесть всё в одну моську. – Всем спасибо за работу! – торжественно произнесла я, поднимая чашку с отваром из целебных трав и цветов. – Приятного аппетита! В этот вечер дом наполнился смехом и теплом, которого я была лишена долгое время. Провожая всех после ужина, договорилась о том, чтобы девочки приходили ко мне раз в несколько дней, для поддержания чистоты. Всё же одной в таком большом доме тяжело управляться, это я ощутила сполна. Войдя в спальню, я не сдержала слёз. Камин мягко отбрасывал тени, потрескивая и согревая комнату. Салем позаботился о том, чтобы поленница была полной и даже сам разжёг пламя. Прислонившись спиной к двери, я наблюдала за танцем огня, и молча плакала, чувствуя, как сжимается сердце. Такая простая вещь, как разожжённый камин, вновь ткнула меня носом в собственное одиночество.