Глава 42

Утро в поместье начиналось довольно рано, ещё до рассвета всё вокруг пришло в движение. Я проснулась от приглушённых шагов в коридоре, шороха тканей и негромких голосов. Дом словно стряхнул с себя дремоту и принялся жить собственной, сосредоточенной жизнью. Выверенной, чёткой, будто каждый знал своё место и задачу. Сонно потягиваясь, мне оставалось только проснуться окончательно и взяться за работу. Впереди предстояли сотни дел, и мне не следовало с самого начала выставлять себя лентяйкой и легкомысленной особой. Я понимала, что первое впечатление очень важно и именно сейчас решается, как ко мне станут относиться слуги. Мне не хотелось повторения судьбы Катрин во дворце, когда об несчастную девушку едва ли ноги не вытирали окружающие. Так что, собрав всю волю в кулак и тяжело вздыхая, я начала свой путь невесты Элерриса. После вчерашнего разговора я всё же решила постараться забыть о прошлых обидах и начать наши отношения с чистого листа. Само собой, подобные мысли долго не давали мне уснуть, но они казались единственно верными сейчас. Я успела привести себя в порядок и одеться в простое платье, когда в дверь осторожно постучали. Разрешив войти, я увидела в отражении зеркала пришедшую экономку. Женщина замерла в проёме, с лёгкой улыбкой на лице, и выглядела довольно спокойной. – Леди Катрин, доброе утро, – произнесла Лиары. – Если вы не против, мы начнём с гостевых залов. Господин Элеррис просил узнать, хотите ли вы присутствовать. Глядя в зеркало перед собой, я слабо усмехнулась. Непривычно хоть я и только недавно вырвалась из дворца на свободу, но успела отвыкнуть от «леди». Только здесь, в отличие от серпентария золотых гадов, в словах экономки звучало живое участие и тепло. – Хочу, – ответила я вслух, поправляя напоследок платье и поворачиваясь к экономке. – И даже настаиваю. Лиара одобрительно кивнула, будто ожидала именно такого ответа. Поместье менялось на глазах. Ковры выносили во двор, выбивая пыль и прошлые воспоминания. Шторы снимали, чтобы заменить более светлыми, с серебряной вышивкой – символом рода. В холле натирали до блеска тёмный каменный пол, и он отражал свет так, словно под ним скрывалась вода. Я ловила себя на странном чувстве причастности. Это было не «меня готовят к помолвке», а «мы готовим». Я спорила с управляющим о расстановке столов, настаивала, чтобы убрали вычурные канделябры в малом зале, и просила оставить окна открытыми – мне хотелось воздуха и света. – Здесь принято несколько по-другому… – осторожно заметил седовласый распорядитель. – А у нас будет так, – спокойно ответила я. – Это помолвка, а не демонстрация силы. Немного поколебавшись, распорядитель слабо кивнул. Он отступил, давая мне право делать всё как пожелаю, и от этого внутри вспыхнуло тепло. Никто не стал меня ставить на место, никто не решался спорить и усердствовать в наставлении на «путь истинный». Власть в моих руках впервые за долгое время стала весомее и ощутимее, давая чувство всевластия. Элеррис появился ближе к полудню. Расслабленный, в тёмных брюках и рубашке, закатанной до локтей. В таком домашнем виде он казался ещё привлекательнее, и на моих щеках вспыхнул предательский румянец. Я поспешно отвела взгляд, стараясь не слишком пялиться. Дракон осмотрел зал, задержался взглядом на мне и едва заметно улыбнулся. – Уже успела всех построить? – тихо спросил он, подходя ближе. – Только самых упрямых, – хмыкнула я. – Традиции, знаешь ли, иногда мешают шагать вперёд. – Если бы они мешали только будущему, – усмехнулся Элеррис, сверкая белозубой улыбкой. – Ты всё делаешь правильно. Подготовка продолжалась. Время от времени Элеррис присоединялся к нам, внимательно слушая мои идеи. В спорных моментах он мягко вмешивался. Не отменял моих решений, не поправлял при всех. Просто подходил ближе, склонялся к уху и тихо объяснял: – Этот символ лучше оставить. Он не для гостей – для рода.Или: – Если убрать это, старейшины воспримут как вызов. Ты готова? Я ценила этот подход. Он не навязывал – предупреждал. А выбор всё равно оставался за мной. Между делом Элеррис ухаживал так, что это почти не бросалось в глаза. Чашка тёплого настоя появлялась у меня под рукой ровно тогда, когда ко мне подкрадывалась усталость. Плащ ложился на плечи, когда я задерживалась у открытого окна. Дракон не касался без надобности, но его присутствие ощущалось постоянно – надёжное, спокойное. – Ты не обязана во всём участвовать, – заметил мужчина, когда я в очередной раз склонилась над списками. – Это утомительно. – Мне важно, – ответила я, не поднимая головы. – Если уж ввязываться, то по-настоящему. Он ничего не сказал, но в этом молчании было одобрение. Ближе к вечеру в поместье стало тише. Основные задания были розданы, слуги разошлись по своим делам. Выкроив немного свободного времени, я решила рассмотреть картины в галерее и теперь стояла напротив целой стены со старыми портретами. С полотен на меня смотрели величественные предки Элерриса, и, казалось, совсем не одобряли выбор потомка. – Тебе здесь не тесно? – раздался вопрос Элерриса за спиной. Я обернулась. – Пока нет, – честно ответила я. – Но я всё ещё боюсь потеряться. – Тогда старайся узнать поместье получше, чтобы хорошо ориентироваться здесь, – спокойно сказал мужчина. – А я… подстрахую. Эти простые слова не были обещанием чего-то великого, но от них веяло заботой. Да и в целом я чувствовала, что дракону можно верить. Пока что он не пересекал границ дозволенного, а от его присутствия я не ощущала дискомфорт. Внутри постепенно разгорался крохотный огонек, трепещущий перед силой времени, и только от Элерриса зависело – перерастет он в любовь или в ненависть. *** Элеррис Я покидал поместье, когда небо только начинало светлеть, стирая последние звёзды. Дом ещё спал, укрытый утренней прохладой и запахом влажного камня. Я двигался тихо, чтобы не побеспокоить обителей поместья. Особенно не хотелось тревожить Катрин, которая и так пребывала не в самом лучшем состоянии. Во дворе меня уже ждали. Портал Касрриана мерцал между двумя старыми липами – аккуратный, почти изящный, как и всё, что делал этот проклятый эстет. Алое пламя не рвалось наружу, не выжигало траву, а тихо колыхалось, будто живое. Сам Кас стоял рядом, скрестив руки на груди, и с насмешливым прищуром наблюдал за моим приближением. – Ну здравствуй, будущий владыка сей земли, – лениво протянул друг. – Ты даже раньше, чем я ожидал. – Ты сам сказал – на рассвете, – буркнул я, застёгивая плащ. – О, не начинай бурчать, – ухмыльнулся Кас. – Я сегодня побуду паинькой. Нас ждут большие свершения, так что следует проявить немного серьёзности. Я смерил его взглядом, но комментировать не стал. Касрриан слишком хорошо умел скрывать серьёзность за шутками. Верности этого алого можно было позавидовать, и не единожды он спасал мой хвост от проблем. И он первым пошёл за мной, слепо следуя и доверяя. Даже несмотря на моё нежелание занимать трон, как настаивали другие оппозиционеры, Кас всё равно поддерживал мой выбор. Шаг в портал всегда ощущался одинаково: короткий рывок, будто тебя на мгновение выдёргивают из собственной шкуры, и сразу – плотность воздуха, чужое пространство, другой запах магии. Мы вышли в подземном зале, где проводились собрания уже который год подряд. Ничего не менялось, как и состав оппозиции. Все были в сборе, даже старейшины нескольких кланов почтили своим присутствием сегодняшнее собрание. На меня обрушились чужие взгляды, жаждущие подробностей. Все знакомые лица прямо сверкали от предвкушения – всем нынешний король стоял поперёк горла. Касрриан прошёл следом за мной и без лишних слов занял место у стены, но я продолжал чувствовать его присутствие рядом. – Ваша светлость, – первым заговорил Ренвалл, поднимаясь. – Или уже стоит называть вас иначе? – Называйте как хотите, – ответил я и остался стоять. – Моё имя не меняет сути. – А суть меняется, – тихо заметила леди Сиарра. – Вы поменяли своё решение, что-то подтолкнуло вас к этому? – Это не дело совета, – оборвал я вопрос старейшины зелёного рода. – Пришло время поставить точку в правлении Висскоских. Источник дал мне откровение, и я собираюсь следовать велению богов. В зале повисла тишина. Не настороженная – выжидающая. – Мы склоняли вас к этому решению годами, – произнёс один из лордов. – Раз вам снизошло откровение небес, нас ждёт поистине невероятный период. Долго раздумывая, я решил не впутывать во всё это Катрин. Помня о её прошлых отношениях с этим подонком Алендром, совет мог посчитать её угрозой. Пусть никто и не осмелится в открытую выступать против нашей связи истинной пары, но мне не хотелось доставлять ещё больший дискомфорт самой Катрин. Она достаточно натерпелась, настало время ей просто отдыхать и передать свои мечты в мои руки. – Я не могу гарантировать бескровную смену короля, – предупредил я, опираясь руками о край стола. – Висскоские слишком высокомерны и напыщенны, чтобы легко признать своё поражение. Нас ждут тяжёлые времена, но за ними обязательно наступит мир. – Раз вы так говорите, ваша светлость, – начала леди Сиарра, – нам остаётся только наблюдать. Силы наших родов в ваших руках, как и наши жизни. – Верно! – поддержали её со всех сторон, – Мы уже один раз отсиделись, и от серебряного рода осталась лишь несчастная девчонка без сил и второй ипостаси. Нельзя позволить и дальше бесчинствовать золотым. Мы говорили долго. О гарнизонах, о тех, кто готов поддержать, и о тех, кто предаст при первой возможности. Я видел их сомнения, их надежды, их усталость. И понимал: назад дороги больше нет. – Всё начнётся вскоре после банкета в моём доме, – сказал я под конец. – Но запомните: я не позволю превратить переворот в личную месть. Кто попробует нажиться – станет моим врагом. Независимо от цвета чешуи и прошлых заслуг. Касрриан тихо фыркнул за спиной, но промолчал. Оставшимся пришлось принять мои слова, ведь отступать было поздно. Нас ждала либо смерть, либо слава. Многие годами ждали удачной возможности, и теперь она наступила. Единственное, что меня печалило – реакция матушки, когда она узнает о моих планах. Всё же, она всегда молила меня сохранять мир в доме и не выступать против родственников. Когда всё было решено, портал открылся снова. Кас предложил вернуться вместе, но я покачал головой. – Нет. Дальше я сам. – Хочешь проветрить голову? – понимающе протянул друг. – Хочу вспомнить, зачем всё это, – ответил я и шагнул прочь. Я вышел неподалёку от центральной улицы столицы. Город медленно просыпался: торговцы поднимали ставни, пахло свежим хлебом и горячим камнем. И вдруг я понял, что не хочу возвращаться сразу. Не хочу приносить с собой тяжесть только что принятого решения. Мой взгляд зацепился за небольшую вывеску. Кондитерская. Новая – я бы запомнил её раньше. Дверь была приоткрыта, внутри суетилась молодая хозяйка, расставляя десерты на витрине. Я сам не заметил, как вошёл. Запах ударил в голову – сладкий, тёплый, почти домашний. Я растерянно уставился на прилавок, усыпанный пирожными, тартами, аккуратными коробочками. – Мы только открылись, милорд, – поспешно сказала девушка, заметив мой взгляд. – Но всё свежее, клянусь. – Мне… – я запнулся, вдруг осознав, что не знаю. Потом представил Катрин. Как она хмурится, выбирая, как закусывает губу, когда сомневается. – Мне нужно что-нибудь не слишком приторное. И что-нибудь с ягодами. Хозяйка оживилась и сноровисто собрала несколько лакомств с витрины. Я вышел оттуда с аккуратной коробкой под мышкой и странным ощущением в груди. Будто сделал что-то правильное. Портал открыл в подворотне неподалёку от кондитерской. Мои мысли были заняты предстоящими событиями, и я не мог никак сконцентрироваться. Из-за этого портал получился нестабильным, и по возвращении в поместье я ощутил прилив тошноты. Стоя посреди большого зала, мне требовалось время, чтобы прийти в себя. Переворот. Власть. Кровь. И рядом с этим – коробка с десертами для женщины, которая ещё не знала, какую бурю я готов поднять ради того, чтобы у неё был шанс на будущее.