Глава 58

Глава 58

Яна

Клиника «Элизиум» напоминала хороший отель. Широкие коридоры с мягким ковровым покрытием, приглушенное освещение, едва уловимый аромат лаванды в воздухе – всё для поправки нервов уставшего от жизни среднего класса.

Название не обманывало. Воистину, обитель душ блаженных.

Я прошла мимо ресепшен, едва кивнув администратору. Та ответила профессиональной улыбкой, но глаза остались пустыми. Они привыкли не запоминать посетителей. Здесь все тени, все невидимки, чтобы не возникло проблем.

Дверь в палату была приоткрыта, и я вошла без стука. Наташа полулежала на кровати. Пижамные шорты почти потерялись под майкой с мелким цветочным рисунком, выставив напоказ красивые ножки с маленькими ступнями.

Увидев меня, она опустила руки с телефоном:

– Привет. Ты не говорила, что придешь…

– Сюрприз, - улыбнулась я, усаживаясь в мягкое кресло напротив.

Пристроив на коленях сумку, обвела взглядом комнату – уютно, красиво, прямо санаторий. Вот бы самой сюда недельки на две – забить на все дела, спать, пить травяные чаи и слушать классическую музыку. А еще - лежать на кушетке и рассказывать дяденьке с понимающим лицом про свои детские травмы.

Я подавила вздох сожаления: не судьба. Нет у меня никого, кто бы мою мечту в жизнь воплотил, поэтому не до релаксаций. Вот отстрою свой личный эко-отель, там и буду расслабляться, медитируя у озера под соснами. Осталось не так долго.

– Как отец? Ты была у него? – спросила Наташа, спуская ноги с кровати.

Спрыгнув на пушистый коврик, подошла к столику и налила какой-то бледно-зеленый напиток из пузатой бутылки.

– Хочешь? – качнула стаканом в мою сторону. – Тут мята, лайм и, кажется, сельдерей. Ничего так… приятненько.

– Нет, спасибо, - усмехнулась я. – Отец твой более-менее… Думаю, скоро выпишут.

«Если бы так, - горечью отозвалось на душе. – Врач говорит, еще минимум две недели в больнице, потом реабилитация, никакой работы, стресса и переутомления».

– Меня завтра тоже выписывают. Наконец-то увижу Тимура. И вообще… - она потянулась и мечтательно вздохнула.

Допив успокоительное зелье, стукнула стаканом о стол.

– Хотела еще раз спасибо тебе сказать, Ян! Суперская была идея! Вон, как маман забегала! Мне сказали, она приходила. Значит, испугалась и уступила. Я пока Лауре ничего не говорила… Завтра прилечу и сразу к ней.

– Наташ, - отвлекла я падчерицу от увлекательных планов. – Я к тебе по делу.

Наташа расплылась в улыбке и, забравшись на кровать, уселась по-турецки:

– Давай! Жги! – она отбарабанила дробь по коленкам.

– В общем, Натали… Я тебе помогла. Теперь и ты мне помоги.

– Без проблем, Ян!

Я улыбнулась и, выдержав паузу, начала:

– Смотри… ты же всё равно скоро замуж за своего этого принца выйдешь. Так? – я посмотрела, как легкий румянец залил ее щеки. – Жить будешь в Казани. А я остаюсь здесь. С твоим отцом. Нездоровым, к сожалению. Поэтому, думаю, будет разумным, если ты перепишешь свою долю в квартире полностью на него. Ну, чтоб не болтался этот огрызок…

Наташа смотрела на меня непонимающе, но уже через несколько секунд в межбровье прорезалась морщинка.

– Заметь, Наташ! - заторопилась я. – Я прошу не на меня долю переписать. А на отца. На папу родного.

– А… зачем? – приподняла бровь Наташа.

Взгляд ее стал колючим и подозрительным.

– Ну… Он же инфаркт перенес. Не простуду. Ему нужна стабильность, уверенность. Вот он и поймет, что его здоровье и благополучие для тебя важнее, чем какие-то несколько квадратных метров. Ты же не бросишь всё и не приедешь за ним ухаживать. Это буду делать я.

– А потом загонишь папеньку в гроб и заберешь всю квартиру? – припечатала Наташа.

Глаза округлились и засверкали злыми искрами, как у кошки, у которой отобрали корм.

«Мелкая сучка!» - подумала я, гася раздражение.

– Как я заберу, Наташ? – с укором сказала я. – Мы ведь даже не женаты.

– Пффф! – пренебрежительно фыркнула она. – Подумаешь! Долго что ли? Делов-то…

Я оскорбленно поджала губы и посмотрела в окно. На туе, выстриженной в виде пирамидки, неподвижно, будто отлитая из металла, сидела ворона.

– И вообще, пусть папа сам мне это предложит. А не ты!

Я повернула голову и уставилась на Наталью в упор. Сверлила ее взглядом, не моргая, пока она не начала дергаться, нервно поправляя на плече майку и разглаживая постель.

– А я ведь могу сделать так, Натусик, что ты никуда завтра не полетишь. И останешься здесь, - наконец задумчиво произнесла я.

С удовольствием увидела, как схлынула с лица краска. Что, стремно стало? Еще бы! Лечь в психушку ради развлечения, а застрять надолго.

– Ты… ты не сможешь, - забормотала она, таращась на меня с ужасом.

Я наслаждалась ее паникой. Пусть. Пусть представить себя, запертой в этой комнате на многие месяцы. Тогда Тимурчик сделает ей ручкой, и весь ее пиявкин план присосаться к богатству, рухнет.

– Тут дорого… Никто меня не будет держать здесь без денег! И вообще, не имеют права! – крикнула вдруг Наташа, вскакивая во весь рост.

– Во-первых, у меня здесь главный врач мой знакомый. Ты забыла? А во-вторых, деньги не проблема. У меня есть. Что только не сделаешь ради здоровья дражайшей падчерицы, - едко обронила я. – В общем, думай.

Мило улыбнувшись, подхватила сумочку и направилась к двери.

– Ты тварь! Ты не посмеешь! - выкрикнула Наташа.

Я обернулась и, сделав страшные глаза, прижала к губам палец.

– Тссс! Не кричи, а то укольчик успокоительный сделают.

Плотно прикрыв за собой дверь, я устремилась по коридору. Запирать в клинике и уж тем более платить за эту дуру, я не собиралась. Мне есть куда потратить деньги, вместо того чтобы санаторий малолетке обеспечивать. Просто разозлила она меня. Я думала, она поглупее и легко согласится всё на отца переписать. Хотела подстраховаться.

Пусть теперь всю ночь дергается, отпустят ее утром или нет. А потом чешет, теряя тапки в Казань, и не путается под ногами. Выпишется Ваня из больницы, на завещание его раскручу. Он на краю могилы побывал – согласится. Дальше – видно будет.