Глава 65
Глава 65
Яна
– Сегодня опять пусто!
Наташа стояла передо мной, размахивая телефоном.
– Где мои деньги?
Я устало вздохнула, отодвинула коробку с суши, положила палочки и только тогда посмотрела на новоиспеченную падчерицу.
– Что за допрос, Натали? Я же объясняла: банк заморозил перевод.
– А две недели назад ты говорила, что контрагенты что-то задержали… А еще до этого, что хочешь проценты успеть снять…
– Ну что я могу поделать, - я картинно развела руками. – Нужно подождать. А что, ты нашла какие-то варианты?
– Что я могу найти на эти копейки? Которых у меня еще и нет! Однушку в области? В какой-нибудь дыре… Я просто хочу свои деньги. Понятно?
– Понятно,- покладисто согласилась я. – И, кстати, ты неправа. На эти деньги ты можешь сделать первый взнос и потихоньку выплачивать ипотеку.
Наташа дернулась, будто я обрызгала ее кипятком. Сложив на груди руки, привалилась плечом к стене.
– Ипотеку? Ну-ка, ну-ка, Яночка, расскажи мне, как я ее выплачивать буду?
Я пожала плечами.
– Как все. Работу найди, экономь, рецепт известный…
– Экономь? Ты-то, смотрю, много экономишь,- она красноречиво дернула подбородком в сторону коробок на столе, - запудрила мозг больному человеку, отобрала всё, и теперь советы раздаешь?
– Я никому ничего не пудрила, как ты выражаешься. Мы с твоим отцом любим друг друга…
Наташа громко засмеялась, но в этом смехе было что-то напускное, что-то вымученное, нервное. Да и плевать. Главное, всё идет по плану. Документы на квартиру готовы, Ваня обласкан и приручен, я ему даже один раз суп сварила. Не очень удачный получился, но он и этому был рад.
Вспомнив о муже, подавила гадливость. Какой-то он после инфаркта стал рыхлый, будто вынули из него мышцы, глаза зашуганные, на каждый тычок реагирует, скорую требует вызвать, по сотому кругу рассказывает, как ему было страшно, и он чувствовал смерть, прикоснулся к ней и никак не может этого забыть.
Достал, сил нет. Сразу как расписались, подцепил какой-то вирус. Стонал, ныл, паниковал, купил пульсоксиметр… Я ушла спать в другую комнату. Так по ночам бродил, заходил ко мне, вздыхал, присаживаясь на кровать. Поправился быстро, но посыпались волосы.
Нет, лысым не стал, но была в этом какая-то горькая ирония. Я вот ни в какую карму не верю, но тут даже немного жутковато стало. Мать Ване присоветовала втирать лук, теперь вся квартира провоняла луковым запахом. Утром намазался, потом в поликлинику пошел. Сейчас вернется, начнет жаловаться и пересказывать, что услышал в очереди. Не верится, что еще недавно это был подтянутый, активный мужчина. А превратился в самого натурального деда.
Приходится терпеть. Радует, что осталось недолго. Встречалась тут с Азатом. Интересный, ресурсный, и поглядывал так, ручки целовал, намекал на более тесное общение. Я пока ничего не обещала, но в будущем… кто знает…
– Это ты во всем виновата! – прорвалась Наташа через мои мысли. – Меня подставила. Потом сдала Лауре. Отца обработала. Знаешь, как это называется?
Я смотрела на нее молча. Красивая девка. Вместо того чтобы тут слюнями брызгать, как Моська, искала бы нового Тимурчика. Или Игорька. Или Никитку. Шансы есть. А она на кухне толчется, права качает. Смешная.
– В общем, еще три дня и я иду в полицию!
– И чего ты полиции скажешь? – развеселилась я.
– Что ты мошенница. И воспользовалась тем, что отец был не в себе.
– Удачи, - я вернулась к суши. Обмакнула ролл в соус, кинула в рот и зажмурилась от удовольствия. Вкусно.
– П***да престарелая! – дверь в кухню закрылась с такой силой, что зазвенела стеклянная вставка.
Через несколько минут громыхнула и входная дверь. Я расслабленно откинулась на спинку стула – наконец-то свалила. Улыбнулась: жди денежки, Натусик, жди. Но лучше беги к мамашке и кайся, ползай на коленях, она простит. И приютит. Кровинушка родная, что уж…
Подвезло, конечно, этой плешивой. Ванька-идиот не посоветовался, разделил всё по-дурацки, а мне теперь крутись. Ищи денежки. Сейчас вложила всё, что от продажи магазина выручила, да плюс Ванькиных чуток, а дальше только одно остается – продажа квартиры. Тут Азат сказал, поможет. Можно всё быстро провернуть.
– Яночка, - проблеял Ваня еще через две недели, когда я сообщила ему, что квартира продана. – Как же это?
– А что? Мне деньги нужны были, ты же и сам это понимал. Стройка идет, люди работают, мне надо чем-то платить. И потом, что ты беспокоишься? Всё быстро окупится. Меня уже бомбят предложениями компании, турфирмы, частники – идея цифрового детокса, да еще с йогой, байдарками и медитацией зашла на ура. Это же поймать адреналин, и тут же от него избавиться… Моя задумка сработала.
– Но где мы будем жить сейчас? – простонал Иван.
Я подавила вздох: Господи, после этого инфаркта совсем сдал человек. На работе грозят уволить. Прежняя должность, видите ли, ему кажется очень неспокойной, а больше предложить пока ничего не могут. А он только и знает, что ноет.
– Ты можешь пока у мамы пожить… Тебе там даже удобнее будет. Под присмотром, и потом, мама лучше о тебе позаботится…
– А ты?
– Вань, - я села рядом и взяла его за руку. – Ты же видишь, какой у меня напряженный период. Я сплю по три часа. Мне нужно проконтролировать всё. Когда мне бульоны варить, если я сама весь день на одном кофе? Вот закончу стройку, заработает всё, тогда и будем в шезлонге лежать и чай с шиповником попивать. А пока, только так, Ванечка…
***
Лаура
В частный кабинет в закрытом клубе я вошла ровно в девять вечера. Охранник с деревянным лицом неслышно закрыл за мной дверь. Кожаное кресло медленно повернулось, и я оказалась под прицелом почти непроницаемых черных глаз.
Я не шелохнулась. Молча смотрела на покрытые тонкими шрамами руки. Ходят слухи, что за спиной Булата горячие точки. Но никто никакой точной информации не знает. Как и не знают до конца, чем он занимается.
– Пришла спасать свой статус, Лаура? – раздался чуть хрипловатый голос, от которого всё тело немедленно покрылось мурашками.
Крутой нрав Булата – это притча во языцех. Одна из его бывших дам однажды дала весьма откровенное интервью, рассказывая, как обращался с ней этот мужчина. Все ахали и лицемерно сочувствовали, галдели, что с женщиной так нельзя, и только я, запершись в спальне, представляла, как это всё могло бы быть в моей жизни.
Могло бы, если бы Айдар был более жестким, если бы хоть раз намотал на кулак мои волосы, прокусил бы до крови губы, быть может, даже избил… А потом взял меня – грубо, по-хозяйски, как варвар, притащивший в пещеру пленницу.
– Я пришла с предложением, - спокойно ответила я.
Он налил в низкий стакан виски, не предлагая мне. Сделал глоток. Я ждала. Без его разрешения губы оставались сомкнуты.
– Говори.
– Я знаю, что тебе нужна женщина, которая не задает вопросов о твоих маршрутах, счетах и встречах. Которая умеет держать лицо в любой ситуации. Которая приносит в дом полезные связи, безупречную репутацию и отсутствие сплетен. Я могу ей стать. Только не просто женщиной, а женой.
От тишины, повисшей в кабинете, стало больно ушам.
– Ты же хотел плату… - я склонила голову, демонстрируя покорность.
Промелькнула шальная мысль: а вдруг, прямо здесь, прямо сейчас этот мужчина захочет продемонстрировать, что я его самка. Его наложница. Поставит меня на колени или задерет мне грубо юбку, или…
– То есть ты подходишь к этому, как к бизнесу и предлагаешь контракт?
Я почувствовала, как Булат ухмыльнулся в полутьме. Он отставил стакан и сделал шаг ко мне.
– Или ты боишься быть одна?
Его пальцы приподняли мой подбородок. Я стояла с опущенными ресницами, не хотела, чтобы он увидел в глазах вызов.
– Давай пропустим психологию, Булат. Я предлагаю партнерство. Если кто-то нарушит его – расстаемся без шума. И к блогерам я не побегу. Ты согласен или нет?
Я подняла глаза. Он не улыбался. Смотрел, не моргая, и я, собрав все силы, выдержала этот взгляд.
Булат протянул руку.
– Добро пожаловать, Лаура.
И как только его ладонь обхватила мою, прижал к себе и больно впился в меня поцелуем.