Глава 16

– Ты отдала детей няне? – раздался мужской рык. – Не могла сама с ними погулять?

Девушка в красно-коричневом хиджабе и такого же цвета абайе виновато опустила темные глаза, отражающиеся в свете фонарей.

– Аллах! Смилуйся надо мной. Зачем я на тебе женился? Чтобы ты дома сидела и ничего не делала?

Зачем я согласился на это?

– Я готовлю обед. Ты уволил служанку.

– Потому что она тебя раздражала.

– Меня раздражают все, кто «случайно» оказываются у тебя в кабинете без хиджаба.

– Ты будешь мне перечить?

Фонарь, стоящий неподалеку от дворца, бросил тень на высокого мужчину с бело-красной куфией на голове. Казалось, его глаза из темных превратились в ярко-красные, а лицо исказилось в яростной гримасе.

Что я здесь делал?

Вопрос, который беспокоил меня всю дорогу до огромного дворца неподалеку от дома Амины. Я считал, что дом принца Саудовской Аравии и шейхи Эмиратов будет таким же или чуть больше. Однако это перестало иметь для меня хоть какое-то значение.

Все еще жалел, что согласился на эту авантюру, но единственные слова зацепили меня. Потому что в груди что-то сжалось, когда принц крепко схватил ни в чем неповинную скромную жену за запястье и притянул к себе силой.

– Мактум, не надо.

Девушка застонала, на ее темных глазах появились капельки слез. Так ей и надо. Она заслужила. Это первые мысли, возникшие в голове после рассказов сестры. Однако что-то внутри заставило выйти из машины и подойти к семейной паре.

– Она – моя сестра, и она отказывается от помощи. Кому, если не тебе, знать, каково это.

– Я спас свою сестру от тирании. От тебя. И я не оставлю ее наедине с тобой.

– Клянусь всевышним, я никогда не трону ее. И не тронул бы. Если ты любишь свою сестру, то поймешь меня и поможешь.

– Мактум…

Девушка отступила назад, удерживаясь хиджаб, как спасительную соломинку.

– Ты. Будешь. Мне. Перечить? – Резкий мужской голос отрезвил меня и вернул из воспоминаний обратно на землю.

Мужчина одернул ее пальцы от тонкой ткани, которая моментально порвалась. Часть иссиня-черных волос обнажилась, и она испуганно попыталась прикрыться свободной рукой, но вместо этого резко завизжала.

– Что? Больно? – он сильнее сжал руку на ее запястье. – Мне тоже больно, когда жена не выполняет свои обязанности. Особенно когда лезет в чужие дела.

– Мактум, прекрати.

– Прекращу, когда ты научишься себя вести.

В какой-момент я остановился и наблюдал, как из глаз сильной и дерзкой на язык женщины капали слезы боли. Слезы отчаяния. Беспомощности. Раздалась звонкая пощечина.

Пора вмешаться. Пора вмешаться. Аллах не предписывал нам такое обращение с женщинами. Это не методы воспитания, не методы наказания.

Вот о чем говорил Шейх Карим.

– Прошу прощения, – подал я голос. – Шейх Карим Аль Дин Абдул просил сопроводить сестру до его дома.

Мужчина, которого назвали Мактум, нахмурил темные брови и взглянул на меня с подозрением. А его жена, шейха Аиша, едва осмелилась поднять на меня взгляд, полный слез и отчаяния. Но разве мне было до этого дело?

Совсем недавно она была чересчур груба и дерзка, а сейчас и взгляд боялась поднять на меня. Интересно, она догадалась, кто спас ее шкуру и по чьей просьбе?

– Почему он не приехал сам? – подал голос мужчина. – Ночь на дворе, детям пора спать.

– Он просил привезти Аишу и детей. Я гарантирую полную безопасность вашей жены и сыновей.

Я старался говорить уверенно, жестко. С такими людьми иначе никак. Либо ты показываешь свою уверенность, либо они съедят тебя и выплюнут кости прямиком в адское пламя. С неверными и грешниками, опорочившими свой облик в глазах Аллаха, лучше не связываться.

– В двенадцать она и дети должны быть дома. Передай своему хозяину.

Мактум с неохотой отпустил запястье Аиши и скрылся во дворце. Стало легче сдерживать свои эмоции, воздуха стало больше. Проще дышать. Так я подумал, пока Аиша не закатила глаза и не села на заднее сидение машины.

Зачем я приехал за ней?

Наверное, слова шейха Карима подтолкнули меня на этот поступок. В какой-то степени я понимал его, как бы сильно ни призирал. Когда-то я говорил отцу, что свадьба ради материальной выгоды – не самая удачная идея. Аллах вряд ли одобрял меркантильные помыслы в наших сердцах. Но Хайе слишком сильно понравился Карим.

Если бы я знал, что подставлю Амину нашим приездом домой на помолвку, я бы ни за что не послушался отца. Странно, что он не отрекся от меня с Аминой после перевода всего наследства на ее личный счет в британском банке. Она дала добро на открытие бизнеса, мы вместе вложились в него. Осталось немного до старта работы и получения прибыли.

Надеюсь, мы будем жить подальше от этого монархического ада. Амина не заслужила таких жертв, она просто оказалась не в том месте и не в то время.

– Какого хрена ты приехал?

Я был ошарашен такой грубостью. Наши женщины не позволяли столь высокомерного отношения, особенно после спасения от рук слишком сурового мужчины. Меня предупреждали о своенравии сестры шейха, но подобного я не ожидал.

– Выполняю просьбу твоего брата.

– Вы с Каримом стали братьями? Не смеши меня, ты же ненавидишь его.

– Пытаюсь понять поведение сестры.

– Как же?

– Через тебя.

На мгновение улыбка застыла на ее лице. Взгляд ненароком метнулся ко мне через зеркало заднего вида. Что, хотела убедиться в моих намерениях? В моих убеждениях? Или в том, что я считал тебя наглой королевской снобкой, пока не увидел обратную сторону? Смотри смелее, здесь никого нет. Никто не застанет тебя за харамом, подумают, что я водитель или телохранитель, следящий за женой аравийского принца. Она сама наверняка так думала.

– Поехали уже. Не тормози, – она откинулась на сидении и скрестила руки на груди, слегка подчеркивая округлившийся бюст.

Я же говорил.

– Не приказывай. Я не личный охранник.

– Снова перечишь шейхе? Со мной не должны так обращаться.

– Скажи это своему мужу.

Глаза Аиши потемнели, ее губы сжались в тонкую ниточку и слегка побелели. Она наверняка пыталась скрыть свою злость, ниспосланную шайтаном, чтобы не разорвать меня, но… я уже говорил, что мне все равно? Да простит меня всевышний, я больше никогда не послушаюсь шейха Карима, какими бы логичными и внушительными не были его доводы.

– Муж воспитывает жену. Чтобы быть покорной, он имеет право принять любые меры.

– Но не причиняет физический вред.

– Позаботься о своей сестре, а мои отношения оставь в покое. Амине скоро рожать, причем одной и без мужа.

– Она не одна, у нее есть я.

– Ты не муж.

– Скажи, лучше быть с замужем, но со следами насилия или одной, но целой и невредимой?

Аиша замолчала и уставилась в окно, потирая пострадавшее запястье. Почему-то я считал, что шейх Карим солгал мне. Он многим лгал, судя по информации в СМИ, но Амина мельком упоминала о синяках его сестры.

Не поверил. Зря.

«Она не признается, видимо, чего-то боится. Я не трону твою сестру, обещаю. Но помоги моей. Помоги Аише».

И как я помогу той, которой эта помощь не требуется?