Глава 8.

Алена.

Она входит в мою жизнь снова, будто не было ничего. Ни отеля. Ни постели. Ни тех бессчетных лет, что она делила постель с моим мужем. Предательства, которым она разрезала мне душу, как тупым ножом по живому.

Стоит в дверях уверенно, в руках клатч, а на лице такое выражение, что в детстве пугало меня больше любых наказаний. Маска, за которой не было ничего… ни тепла, ни понимания, ни любви.

— Алёнушка, — её голос спокоен и ровен, в нём сквозит оттенок укора, словно это я виновата в том, что выгляжу так, будто меня только что вывернули наизнанку. — Ты ужасно выглядишь. Пойдём, присядем. Поговорим.

Я не двигаюсь. Не дышу. Просто смотрю на неё, на её безупречный образ, на эту чужую женщину, которую я всю жизнь называла матерью. И чувствую, как земля уходит из-под ног, унося с собой все остатки веры и иллюзий.

“Розовые очки бьются стеклами внутрь” - так говорят, да? Да. И я скажу, что это чертовски, невыносимо, нестерпимо и люто больно!!!

А она, не дождавшись моего ответа, проходит мимо, будто в своём доме. Её походка легка, без единой тени смущения. Она садится в кресло, перекидывает ногу на ногу и осматривает комнату так, словно оценивает новый интерьер.

Ни крупицы вины. Только эта ледяная, нечеловеческая отстранённость.

— Как ты вообще смеешь... — я едва выдавливаю из себя слова. Горло пересохло, а голос превратился в хриплый шёпот. — Как ты смеешь приходить сюда после всего?

Она вздыхает, этот вздох кажется мне бесконечно долгим и усталым, будто её утомляет моё возмущение. Медленно поворачивает голову и встречается со мной взглядом.

— Не преувеличивай, Алёна. Это не конец света. Да, вышло... некрасиво. Но жизнь, милая, не про сказки. А про выбор. Игорь сделал его. Я – тоже. Теперь твой черёд.

Я в ступоре. В ужасе. Её слова – это не просто удар, это контрольный выстрел в голову.

— Ты... ты с ним спала. С моим мужем. Пять лет. И ты сейчас... рассуждаешь? Об этом? Как о выборе? — заикаясь от эмоций шепчу сбивчиво.

— А что ты хочешь услышать? Слезливые извинения? — она склоняет голову набок. — Сопли о том, как всё было трудно? Нет, я не буду врать. Я была несчастна. Отец твой всегда в делах, в командировках. Я вечно одна была. В сексе у нас тоже было все ужасно. Я просто терпела его последние гады. Еще и болезнь ему характер испортила. И после всего этого он оставил всё тебе. А мне – ничего. Вот так он оценил годы нашей совместной жизни. Козёл. А Игорь... Он был рядом всё это время. С ним я поняла что значит быть женщиной. Быть любимой. Он смотрел на этот несправедливый поступок и ему было обидно за меня. Он прекрасно видел меня и мое состояние. Я нуждалась в сильном плече. В настоящем мужчине рядом. Кто же виноват, что он был твоим мужем.

— Ты нуждалась не в сильном плече и поддержке… А в том, что у него в штанах. Во всем городе больше не нашлось никого кто бы тебя утешил? А отец стал к тебе плохо относиться именно пять лет назад и если раньше я не понимала его столь резкого изменения, то теперь прекрасно его понимаю. Ты же моя мать... — голос мой предательски дрожит. — Ты должна была защищать меня, а не... забирать у меня мужа. У моего сына отца. У самой себя совесть. Она вообще у тебя есть?

Она усмехается. Как будто я глупый несмышленый ребёнок, который не понимает взрослых игр.

— Перестань. Ты всегда была такой наивной. Любовь, семья, верность – детские сказки для глупых девочек. Мир жёсткий. Мужчины ещё жёстче. Даже жестоки. Они все изменяют. Очнись. Верность это временный выбор, пока тебе хорошо с человеком или ты не встретил лучше. Попробовал что-то другое и вернулся туда, где лучше. Так все люди живут. Как можно быть такой идиоткой и не понимать таких простых вещей. Зачем мужику или женщине всю жизнь спать только с одним? Ради детей достаточно и иллюзии брака. Это придумали фригидные тетки, которые прекрасно понимают, что стоит ее мужу попробовать другую, как он легко поймет свой просчет. Они не уникальна. С года становиться еще ворчливее и неопрятнее. Иначе бы он и не взглянул на другую. Ты тоже вот в это во все веришь? Тогда поспешу тебя разочаровать. И преподам тебе жизненный урок, который ты сама не усвоила. Нашла породистого богатого мужика? Держись за него. Прекрати истерики. И подчинись. Ничего с твоим сыном не случится, как и с тобой.

— Что?! — я на нее смотрю как на безумную. — Ты сейчас это всерьёз? Я должна покориться этому... этому чудовищу?! Отдать вам все и занять место собаки в доме?

— Он твой муж. Он всё ещё терпит тебя. Да, ты сделала глупость, еще и сцена с полицией была лишней. Но он... лоялен. Пока. Игорь человек умный, сдержанный, не любит шум. Он дал тебе шанс. Не рыпайся, доча. Подпиши бумаги. Все останется в семье. Не чужим людям передаешь.

Я не верю. Я просто не верю, что это говорит моя мать.

— Ты вообще человек? Мне кажется я говорю с исчадием ада…

Мать кривится в ответ.

— А ты подумала, как без тебя будет Миша? — её голос становится твёрже. Она будто бьёт меня этим вопросом, целясь за самое больное место. — Ты хочешь, чтобы он остался без матери, без стабильности, без нормальной жизни? Если ты сейчас не образумишься, он потеряет всё. И ты тоже. Кто тебя примет? Женщина неудачница, без мужа, без денег, без ребёнка. Кукушка. А тебя именно таковой будут считать! Очнись, Алёна. Игорек даёт тебе возможность остаться хоть кем-то.

— Не выворачивай. Вы хотите отнять у меня бизнес отца и сына. А после планируете выгнать с голой жопой на улицу, — говорю я, срываясь, дрожа всем телом. — Только я не дура. Я ничего подписывать не буду. Папа не зря оставил все мне, в обход тебя. Неужели он знал, с кем ты спишь за его спиной?

— Нет. И слава Богу. — Она встаёт. Ровно. Спокойно. Красиво и грациозно. — Ему это было бы ни к чему. Он был в своей работе. Всегда. А я ждала, любила, хранила дом. А он жил в свое удовольствие! Он даже не подумал обо мне когда писал завещание! Ни обо мне ни о твоем брате. Всё тебе. Любимой дочери, а мы два пустых места… Всё наследство, всё доверие – тебе. Так что не смей судить. Ты не знаешь, что такое быть никем. А я прекрасно знаю.

Она поправляет сумочку, бросает на меня взгляд, в котором не осталось ничего человеческого.

— Подумай. Пока ещё можно вернуться. Пока ты хоть что-то для Игоря значишь. Ради сына, Алёна. Я бы на твоём месте не брыкалась. Завязывай с истериками. До встречи, дочь.

И выходит. Так же тихо, как и вошла. Без оглядки. Без извинений. Без любви.

Я остаюсь посреди комнаты, с выжженной грудной клеткой и горлом, забитым немым криком. Я чувствую, как с каждой её фразой внутри меня разрушалось что-то важное, что-то, что я считала незыблемым. Любовь матери. Понятие о семье. Вера в добро. И понимаю: моя мать умерла. Не сегодня. Не в отеле. А давным-давно. Просто теперь я это вижу. Я это чувствую. И это... больнее, чем всё остальное.

В нашем литмобе стартовала еще одна шикарная книга! Спешим с Вами ею поделиться!

https:// /shrt/G6eJ

Я мужчина. Моё дело — иметь много женщин. Твоё дело — терпеть, – муж осматривает меня с ног до головы, ехидно ухмыляясь. А у меня не укладывается в голове, как он может так говорить. – Я не смогу… – Выбора нет, пташка моя, развод тебе никто не даст, – он подходит ближе, почти вплотную, – ты ведь моя любимая, драгоценная женушка. Меня выдали замуж против моей воли. За него. Влиятельного бизнесмена и бесчувственный мужчину. Я верила, что смогу растопить его сердце, но столкнулась с предательством. Как жить с человеком, для которого любви не существует, а верность - игрушка слабаков? Не знаю.