Глава 8. Наташа

Кафе.

Уже вторая девушка только что фыркнула на моё предложение и ушла, оставив меня в одиночестве. Видимо, среди проституток репутация значила куда больше, чем я предполагала.

Дверь открылась. В проеме замерла высокая блондинка в облегающем черном платье. Холодные голубые глаза скользнули по мне — быстро, профессионально, без интереса.

Я сделала едва заметный жест. Она замедлила шаг, потом направилась ко мне, как хищница, идущая на неинтересную, но денежную охоту.

— Ты заказывала компанию? — голос был низким, безэмоциональным.

Я кивнула, наклонилась ближе:

— Мне нужна не просто компания. Мне нужна… специфическая услуга.

Блондинка приподняла бровь, склонилась ближе, притворяясь, что поправляет сережку.

— Говори.

— Есть мужчина. Известный. Нужно… чтобы он попал в компрометирующую ситуацию. На камеру.

Глаза девушки сузились. Она отстранилась, как будто я внезапно стала радиоактивной.

— Ты вообще понимаешь, о чем просишь? — ее шепот стал резким. — Если это кто-то из публичных — забудь. Ни одна нормальная девушка не свяжется с таким заказом. После такого тебя либо в черный список внесут, либо вообще заткнут навсегда.

Она резко встала и растворилась в толпе.

Ну вот и третья отказалась.

А я еще выбирала самых отчаянных на том сайте...

Осталась одна.

Последний шанс.

Девушка с размытыми фотографиями без лица. Скромное описание: "Индивидуальный подход. Анонимность."

Я даже не была уверена, что она придет.

Оставалось десять минут.

Нужно освежиться.

Я перевела дух, глядя на свое отражение в зеркале дамской комнаты.

Лицо казалось чужим — бледное, с темными кругами под глазами. Вчерашняя ночь прошла в бесконечном пролистывании профилей на сайтах эскорт-услуг. Каждая фотография, каждое описание анализировались с холодной расчетливостью.

Проститутка с сайта — мой единственный шанс.

Если ни одна не согласится...

Другого выхода у меня не было.

Нужно было поймать Тима с поличным. Создать компромат такой сильный, чтобы у него не осталось выхода.

Иначе он никогда не отпустит моего сына, превратив его в главный козырь в своих пиар-играх.

— Ты должна, — прошептала я себе, сжимая раковину.

Я шаркнула мокрыми пальцами по вискам, впиваясь взглядом в зеркало. Ледяная вода — ноль эффекта! В глазах всё так же пляшет этот бешеный огонь, эта чёртова решимость, от которой сжимается желудок.

За спиной щёлкнул замок кабинки. Даже не обернулась. Но когда поймала в зеркале знакомый силуэт, сердце ёкнуло.

— Аня? — голос прозвучал чужим, будто из-под воды.

Она аж подпрыгнула, судорожно сжимая сумочку. В зеркале столкнулись наши взгляды: мой — горячечный, её — растерянный.

В ее голосе прозвучало что-то между удивлением и тревогой. Глаза беспокойно метались по сторонам.

Пустые фразы, натянутые улыбки. Я изо всех сил стараюсь выглядеть спокойной, но чёртовы руки предательски дрожат!

Аня прищуривается, впивается взглядом в моё лицо — будто пытается прочитать скрытый текст.

Но через секунду ретируется, а я вцепляюсь в телефон.

Сообщение от той самой:

"Я на месте"

Мой ответ:

"Жду у окна" — и быстрее назад в зал, будто меня подгоняют кнутом.

Минута. Никого.

И вдруг — ОНА. Аня. Стоит в стороне, сверлит меня взглядом. Потом резко идёт вперёд — каблуки стучат, как метроном. В глазах гремучая смесь: уверенность и... страх?

— Ты... ждёшь кого-то?

Сердце встало колом.

— Да, кое-кого, — выдавливаю из себя, чтобы голос не дрогнул.

Аня бросает взгляд на телефон, потом на пустой стул.

— Можно присесть?

Отказать — неудобно. Делаю вид, что проверяю сообщения, чтобы выиграть секунду.

Но на экране — как пощёчина:

“Извините, встречу придется отменить”

— Присаживайся, — вздохнула я. — Моя встреча сорвалась.

Она опустилась на стул медленно, слишком медленно, будто боялась спугнуть. И не отводила от меня глаз — будто видела насквозь.

— С кем ты хотела встретиться?

— Да так... — махнула рукой, изображая небрежность, но внутри всё скрутило в тугой узел. — Семейные дела.

Аня резко приподняла брови.

— Наташа? У тебя всё в порядке?

Её взгляд прожигал насквозь. Не любопытство, не осуждение — знание. Так смотрят на ребёнка, пойманного с поличным.

Я почувствовала себя стеклянной — хрупкой, прозрачной, вот-вот тресну.

— Всё хорошо.

Но я успела поймать в её глазах вспышку тревоги, прежде чем она опустила ресницы.

— Наташа... — Она вдохнула так глубоко, будто собиралась нырнуть в омут. — Это я.

Голос дрогнул — не от страха. От стыда.

— Я вижу, — фальшиво улыбнулась я, ещё пытаясь убедить себя, что не понимаю. Но догадка уже впивалась в мозг, как ржавый гвоздь.

— У тебя со мной встреча, — прошептала она так тихо, что слова едва долетели.

Тишина. Давящая, как вакуум.

— Я не... Как?

Она беспомощно пожала плечами:

— Сказали, что здесь лёгкие деньги. А мой брат... — Голос сорвался. — Он влип. Долг — полмиллиона. У нас таких денег нет. Я студентка. Мать в долгах. Отца... ты знаешь.

Я сжала кулаки под столом.

— Если поможешь мне — заплачу всю сумму.

— Что нужно делать? — в её глазах мелькнула надежда.

— Заниматься проституцией.

Она аж откинулась назад, будто я плюнула ей в лицо.

— Но только один раз, — быстро добавила я. — А потом — слив в прессу.

— Слив? — она побледнела.

— Тебе же не важна карьера в этом... бизнесе? — я язвительно улыбнулась.

— Нет! — она мотала головой, как затравленный зверёк. — Но меня же узнают...

— Устроим так, что никто не догадается. Я всё продумала.

— А клиент... кто?

— Мой муж.