Глава 13. Он

Спустя время, после развода

Кончено.

Под глазами жжет сухостью. В горле как будто ком.

Не ожидал, что последняя закорючка, поставленная в нашем разводе, так отзовется внутри.

Такой пустотой.

Тоской.

Жизнь, прожитая вместе, проносится перед глазами.

Первое свидание, секс, наша свадьба, сияющие глаза Люды. Когда-то я не мог на нее насмотреться и каждый раз, даже на несколько часов отлучившись, потом скучал невероятно сильно.

Летел к ней.

С цветами. Мне было важно ее порадовать, увидеть улыбку, сорвать поцелуй…

Наши дети.

Столько всего, господи!

Столько всего было и ничего не осталось.

Люда ушла, даже не обернувшись.

Тихо.

Дети поддерживают ее.

Знаю это, чувствую.

Так же, как чувствую, что они между нами разрываются.

Сердце рвется на две половины, но так ли они равны?

Мать всегда ближе и никакой выгодой это не перекрыть, но я и не пытаюсь.

Я один.

Работа. Офис.

Коньяк.

Снова пьян…

Теперь это — моя реальность.

Я еду на квартире к Леонелле.

Она встречает меня с улыбкой, тянет обнять.

Поняв, что я — выпивший, улыбается плотоядно.

Что, сука, снова надеешься залезть мне в трусы?

Мы только по пьяни трахались…

Прохожу внутрь, двинув ее плечом.

Сегодня мне не до сантиментов и секса тоже не хочется.

Мне этот секс спонтанный, отвязный всю жизнь поломал, брак разрушил.

Леонелла послушно семенит следом.

— Налить тебе выпить? — спрашивает она.

Смотрю на нее зло.

— И потом, что? Снова потрахаемся по пьяни? У нас ведь только по пьяни и было. Трезвым я на тебя бы не полез. А вот пьяным, когда ты передо мной сиськами и задницей крутила…

— Ты не в настроении? Что я могу сделать?

— Заткнуться.

***

Дергаю дверь холодильника в сторону.

Много соков, смузи, воды.

Еда разложена по контейнерам.

Подписана: завтрак-обед-ужин.

И на каждом контейнере — наклейка с названием фирмы, которая это готовила.

Я выбираю попить, долго дымлю в открытое окно.

Леонелла валяется на диване, жует какой-то фрукт.

Ее живот обнажен, она поглаживает его.

Почему-то это раздражает.

Как и вся ситуация, в целом.

— Когда у тебя обследование? УЗИ?

Она приподнимает голову, будто только что очнулась от сна.

Замирает.

— А что?

— Ну, я же… отец, — произношу, стараясь скрыть раздражение. — С тобой пойду, — говорю я сквозь зубы.

В ее глазах на мгновение промелькнул… страх?

— Я не думала, что ты захочешь пойти. Ммм… Это же все… женские дела, — говорит она, рассмеявшись натянуто.

— От чего же. Я с первой женой на важные исследования ходил, — говорю я.

Внутри почему-то жжет.

Так и было. Именно так и было.

На миг накрывает воспоминаниями, и я едва сдерживаюсь. Тоска щемит изнутри.

Тоска по прошлому, по вот этим ощущениям восторга, счастья и чего-то неизведанного.

Почему со временем острота эмоций притупляется?

Почему потом кажется таким простым закрыть глаза на то, что отымел другую.

Нашел себе оправдание: это было по пьяни.

— Что-нибудь придумаем, — бормочет она. — Выберем подходящую дату, я сообщу тебе.

— Я сам дату выберу. И мы пойдем в ту клинику, какую я скажу.

— Но я уже стою на учете у своих врачей! — возражает.

— Пусть и мои врачи тебя проверят! Хочу убедиться, что все в порядке.

Леонелла скользит по моему лицу растерянным взглядом. В нем мелькает тревога.

Интересно, чего ей бояться?

— Что-то не так? — спрашивает она, пытаясь казаться безразличной.

— Все не так, — бросаю я. — С момента, как наш перепих принес результаты.

Она поднимается с дивана, ее движения резкие и нервные. Грудь трясется. Она волнуется, я не могу не заметить, как она пытается это скрыть.

— Макс, я думала, ты будешь рад, — ее голос дрожит.

— Рад, что брак развалился? От меня жена ушла! — выплевываю.

— Ты — состоятельный, представительный мужчина. Тебе ведь другая жена нужна. Моложе. Красивее. Я подхожу тебе больше, чем она. Я стану украшением твоей жизни!

Мне аж плюнуть ей в лицо хочется.

— Ни хрена себе, куда ты метишь! — хриплю я, смеясь сквозь зубы. — Думаешь, я тебя женой назову? Тебя?

Подхожу ближе, чувствуя, как ее тело напрягается.

— Я тебя шпилил как последнюю шлюху! Пьяным! Твой потолок… — хватаю ее за подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза. — Просто раком стоять.

Она пытается вырваться, но я держу крепко.

— Ты хоть понимаешь, что ты для меня значишь? — шепчу ей в лицо. — Просто дырка! Для слива. Не больше! Я не планировал уходить от жены.

В этот момент я ненавижу ее.

И себя — заодно.

— А как же малыш? — шепчет она.

— Если ребенок от меня — родишь, — говорю я, отпуская ее. — Я его заберу и сам воспитаю.

Она ахает, отшатнувшись:

— Но мой малыш… — пищит что-то, курва расчетливая!

Твою мать, Люда была права, Леонелла просто хотела поймать меня на пузо и специально дождалась, чтобы аборт уже нельзя было делать!

В этот момент телефон начинает звонить.

Мой телефон.

На экране высвечивается имя — "Мама".

— Алло? — отвечаю я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

На другом конце провода тишина. Потом слышу ее слабый голос.

— Максим, это ты?

— Да, мама. Что случилось?

Она тяжело дышит.

— Мне плохо, сынок. Очень плохо.