Глава 7

Он стоит, опираясь бедром о соседний пустой стол, и смотрит на меня с высоты своего роста. Пиджак расстегнут, руки в карманах. В офисе он выглядит еще более внушительным, чем на дороге. Хищник в своей естественной среде обитания.

— Давид Александрович, — я киваю, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Клавиатура в порядке. В отличие от нервной системы некоторых водителей.

Уголок его рта ползет вверх.

— Это вы про меня или про себя, Марина Юрьевна?

— Это я про ситуацию в целом.

Он усмехается, но взгляд его серых глаз скользит по моему погасшему монитору. Интересно, успел он заметить, что я копалась в базе логистики? Или просто проходил мимо?

— Я зашел сообщить, что вопрос с нашей маленькой аварией улажен, — произносит он деловым тоном. — Я передал европротокол своему брокеру. Ваша страховая свяжется с вами сегодня до вечера. Выплату подтвердят быстро, я попросил ускорить процесс. Так что можете записываться на ремонт.

Я моргаю. Он попросил ускорить? Обычно виновники ДТП стараются затянуть процесс, а этот...

— Спасибо, — искренне говорю я. — Это... неожиданно.

— Я ценю свое время и время своих сотрудников, — он отстраняется от стола. — А вы теперь сотрудник. Так что работайте спокойно.

— Спасибо.

Он кивает и идет дальше по коридору. Его походка уверенная, властная. Сотрудники, мимо которых он проходит, инстинктивно втягивают головы в плечи.

А я выдыхаю.

Обед заканчивается. Офис наполняется шумом: стук каблуков, смех, запах разогретой еды и кофе.

Мои соседки по кабинету — две молодые девушки, Катя и Лена, — возвращаются с перерыва, хихикая и обсуждая что-то в телефонах.

— Ой, Марин, вы тут? — Катя, блондинка с ярким маникюром, плюхается на свой стул. — А мы думали, вы с нами пойдете. Кстати! Прикиньте, наконец-то фотки с новогоднего корпоратива выложили!

— Да ладно? — Лена округляет глаза. — В марте? Я думала, наш фотограф их до лета проявлять будет. Он же как черепаха!

— Ага, «творческая личность», — фыркает Катя. — Давай посмотрим, пока начальство не вернулось.

Они сдвигают стулья и открывают папку на общем диске. Я делаю вид, что работаю, но уши сами ловят их разговор.

— Ой, смотри, Светка из бухгалтерии! Ну и платье, господи, как колбаса в сетке...

— А это кто? Айтишники? Они что, трезвые были? Скукотища.

— О! А это ваш муж, Марина Юрьевна! — вдруг восклицает Катя. — Идите, гляньте! Он тут вообще отжигает!

Любопытство пересиливает. Я подкатываюсь на кресле к их столу.

На экране — фото с танцпола.

Олег.

В расстегнутой рубашке, с галстуком на лбу, красный, потный, в какой-то нелепой позе — то ли присядка, то ли попытка изобразить брейк-данс. Вокруг него толпа, все смеются и хлопают.

— Ну дает! — хохочет Лена. — Я и не знала, что Олег Викторович так умеет! Прямо король диско!

— Да уж, — усмехаюсь я, стараясь держать марку «крутой жены». — Танцор диско. Ему бы на «Минуту славы» идти, а не в логистику. Там бы он точно гран-при взял.

Девушки заливаются смехом.

— Точно! Ой, давайте дальше...

Катя щелкает мышкой.

Следующий кадр.

Смех обрывается мгновенно. Как будто кто-то выключил звук.

На фото — полумрак чилаут-зоны. Диван.

Олег сидит, откинувшись на спинку. В одной руке у него бокал, а другой он обнимает девушку.

Не просто обнимает.

Его рука лежит на её талии, по-хозяйски, крепко прижимая к себе. Пальцы сжаты на ткани её платья. Их лица очень близко. Они смеются, глядя друг другу в глаза. Так смотрят не на коллегу. Так смотрят на любовницу.

У девушки длинные темные волосы, рассыпанные по плечам, и открытое платье с пайетками. Она молодая, яркая.

Это точно она. Та самая Кристина, на чьё имя Олег делал банковские переводы…

Повисает тишина. Липкая, тяжелая, звенящая.

Катя замирает с рукой на мышке. Лена краснеет и отводит глаза.

Они знают.

Они все знают.

Весь этот чертов офис видел, как мой муж лапал эту девицу на корпоративе, пока я сидела дома и ждала его с очередным провальным тестом на беременность.

— Ой... — выдавливает Катя, и её голос звучит жалко. — Что-то... Работать пора. Давайте потом досмотрим.

Она судорожно закрывает окно с фотографиями.

— Да-да, отчетов куча, — поддакивает Лена, уткнувшись в свой монитор.

Но я успеваю перехватить их взгляды.

В них нет смеха. В них — жалость.

Та самая унизительная, липкая жалость, которой награждают обманутых жен. «Бедная, рогатая, последняя узнала».

Ком встает в горле. Хочется заорать, перевернуть этот стол, разбить монитор.

Но я не из тех, кто позволит обсуждать мои слёзы в курилке.

Я медленно выпрямляюсь.

— Действительно, — говорю я ровным, ледяным голосом.

Я разворачиваю кресло и возвращаюсь за свой стол.

Спина горит от их взглядов. Но я держу её прямой, как палку.

Значит, она здесь.

Кристина работает в «Гранд-Интерьере».

Но это точно не секретарша Олега. Его секретаря, Любовь Михайловну я знаю — той уже пятьдесят, и она внуков нянчит.

Кто же ты, Кристина? Менеджер? Ассистентка? Бухгалтер?

Я закрываю глаза на секунду, воскрешая в памяти фото.

Длинные волосы. Платье с пайетками. И этот взгляд — наглый, собственнический.

Я запомнила твоё лицо, милая.

Теперь я знаю, как ты выглядишь.