Глава 27

Все повторяется снова. Софа выкладывает о своих горестях, заливая соплями плечо Илоны. Платон напротив них.

Ресторан, называется, ему даже ни чаю, ни кофе никто не сделал. И есть уже охота. Хотя тут не безопасно не то, что есть, но и вода может быть с плесенью. Уж он от проверяющих наслушался, в каком все состоянии. И это не происки его жены, все на лицо. Софа не следила, забила и только выкачивала деньги. Истина, которую глупо игнорировать.

Головная боль усиливается от стенаний Софы.

Вот надо ему снова слушать эту историю?

- Платон, но ведь можно это как-то уладить? – Илона поднимает на него свой гипнотический взгляд.

- Нельзя, - отвечает не очень приветливо.

Да, Илона поистине красивая бабень. И в другой ситуации, он непременно бы на нее глаз положил. Тем более, она замужем. С такой проще.

Но он же не урод, чтобы сыну дорогу переходить. Арсений по ней пару лет как сохнет. Но она предпочла выскочить замуж за мужика старше и с тугим кошельком. Это показывает ее сущность, продажная.

Вика, когда узнала, что их сын с замужней встречается была в бешенстве. Платону это тоже не очень понравилось. Но он отнесся с пониманием, пацан молодой, захотелось ему именно эту бабу, так что теперь.

Но он сыну сразу сказал, что пусть не очаровывается ее милыми глазками, она падка на бабки. Потому пусть пользует, всеми способами. Но никаких чувств. Надеется, Арсений его понял.

И чисто по-мужски, в ней есть на что запасть. Интересно, она своими двумя салонами красоты так же управляет, как Софа рестораном?

- Почему? – девки спрашивают его в один голос.

Вот сейчас бы про фирму сказать, но не поворачивается у него язык так позориться при двух красивых телочках.

Хотя ведь такую инфу не утаишь. Все равно узнают.

Но не сейчас.

- Для чего? Я вижу бездарное управление, кучу долгов. Оплатить чтобы все повторилось? Софа беременна, ей не зачем работать, пусть дома будет.

- Какие долги? – Илона выгибает идеально очерченную бровь.

- А ты не в курсе? – Платон хмыкает. – Так пускай тебе подруга расскажет, как заложила помещение и не платила по кредитам.

- Соф? – Илона смотрит на подругу подозрительно-недоуменно.

- Илон… ну так получилось. Чего ты… - Софа краснеет, отворачивается. – Да, я лажанула! Вы это хотите услышать! Так помогите мне сейчас, потом будете лекции читать. Я не могу потерять свой ресторан! Он мне дорог! Я в него душу вложила! Он… он… я не могу его потерять…

И все… на глаза Платону падает красная тряпка. Бешенство накрывает мгновенно.

Он бьет кулаком по столу, вскакивает и орет на весь зал:

- Ты за вшивый ресторан переживаешь, идиотка! Так чем ты думала, как методично его гробила? У меня своих проблем выше крыши. А я разгребаю то, что ты натворила по своей тупости! Душу, говоришь, вложила? Интересно, какая у тебя тогда душа, раз мы все видим последствия твоих душевных вложений?

- Но я… Платон, как ты можешь мне такое говорить…

- Я думаю, Платон сейчас не в духе. Он взвинчен. Только вчера с женой расстался, - Илона не показывает удивления его речью, голос спокойных, с хрипотцой, которая пробуждает мужские желания. – Надо всем успокоиться. Снизить градус напряжения. А я попробую Арсению позвонить. Пусть уладит.

- Как твой Арсений это сделает? У него такие бабки водятся? – хмыкает.

- Он постарается, - отвечает самоуверенно. – А если нет, я к мужу обращусь он поможет.

- Илон, - Софа подает тихий голос, - А может ну его, не надо. Ни к кому не обращайся… Еще их впутывать. Как-то да будет.

Откуда у нее такой испуг в глазах? И почему?

Платон хмурится и пристальней наблюдает за реакцией Софы. Она кусает губы, ерзает, вся как-то скукожилась.

- Мы должны что-то делать. Раз Платон, - взгляд на него из-под полуопущенных век, - Отказывается помогать. А мы покажем, что и мы девочки что-то да можем.

- Вот и разбирайтесь. А у меня дела, - Платон взмахивает рукой, и стремительно идет к выходу.

Уже на улице вдыхает свежий воздух. Утомили они его. Фигней занимается вместо того, чтобы важные вопросы решать.

Набирает номер младшего сына.

- Андрюх привет, мы можем пересечься сейчас. Мне срочно надо с тобой переговорить. Ситуация вышла из-под контроля. Ты должен все знать и повлиять на мать.

- Не вопрос, скажи адрес, я подъеду, - дружелюбный тон сына дарит Платону надежду.