Глава 6

Леонид

— Лёнчик!

Настя набросилась на него с порога, повисла на шее и страстно поцеловала. Он еще толком чемодан в квартиру не затащил, а она тут как тут. Встречала так, как будто вечность его не видела, хотя они с ней уехали с работы одновременно. Только он поехал домой, а она сюда.

Ключи он отдал Насте, как только купил квартиру, и она еще тогда перевезла свои вещи. Ему нужно было место для встреч с ней, а таскаться по гостиницам и съемным - не вариант. Их узнавали везде, потому что многие смотрели БТК. И да, не зря их называли золотой парой эфира, потому что они действительно хорошо смотрелись в кадре. Его опыт и ее молодость делали свое дело.

Настенка была очаровательной брюнеткой с карими глазами. Он не сразу разглядел ее, поначалу бесила, потому что тупила. Но однажды постучалась в его дверь и сказала, что хочет поговорить. Он ведь не только ведущий, но и директор Департамента экономических программ. Сидя напротив него, смотрела восхищением и клялась, что всему научится, ей нужно только время.

Однажды после последнего выпуска они задержались в его кабинете. Ребята уже разъезжались по домам, потому что было почти десять вечера. Он похвалил ее за то, что она отлично выкрутилась в экстренной ситуации, когда во время эфира слетел суфлер. Она смутилась, поблагодарила, опустила глаза. А подняв их, взмахнула длинными ресницами и будто в душу ему заглянула.

В тот самый момент он понял, что пропал. Сердце заколотилось быстрее, он стиснул зубы и кулаки от того, что тело отреагировало на нее.

— Почему вы на меня так смотрите, Леонид Михайлович? — невинно спросила она.

— Ничего. Можешь идти.

Вечером приехал домой. Кристина привычно чмокнула в щеку, а он к ней ничего не почувствовал. Она уже несколько месяцев носилась со своим климаксом и жаловалась, как ей плохо и все раздражает. Выпрашивала жалость и ласку: то по спинке ее погладь, то ступни помассируй, то поясницу.

В последнее время в жене все раздражало и домой совершенно не тянуло. Они жили одни в большом доме, но укрыться было негде. Она все равно его находила. А теперь все мысли Леонида занимала Настёна.

Мужчина держался как мог несколько недель, пока однажды они снова не оказались с ней на этаже одни.Киров редактировал сценарий своей воскресной программы. Устал и вышел в коридор проветриться. С Настей столкнулся у куллера. Она стояла возле него 3в светлой блузке и узких джинсах, облегающих и подчеркивающих ее аппетитные формы.

— Еще на работе?

— Да, — повела она плечом. — Готовилась к интервью, не посмотрела на время.

— Понятно. Ну заходи если что в гости. Я пока занят сценарием.

— Хорошо, — она играла с ним в гляделки и это его забавляло.

Развернувшись, девушка пошла к себе, а он смотрел ей вслед и не мог отвести глаз от раскачивающихся бедер и упругой попки.

Через минут двадцать раздался стук в дверь.

— Леонид Михайлович, зашла попрощаться. Я домой.

— Зайди.

Она вошла, а он встал из-за стола, снял очки и надавил пальцами на уголки глаз.

— Вы что-то хотели?

— Хотел, — кивнул и подошел к ней. — Тебя.

Скользил по ней взглядом, поднял руку и погладил пальцами шелковистые волосы. Она не испугалась, а наоборот, смотрела прямо в глаза.

— Леонид Михайлович, нам нельзя, — прошептала она.

— Кто сказал?

— Это неправильно. Вы женаты и…

— Тебя смущает мой возраст?

— Нет, — Настя призывно облизнула розовые губы и у него сорвало чеку. — Вы не выглядите на свой возраст. А меня не привлекают ровесники.

— И кто тебя привлекает?

— Вы.

Теперь уже она подняла руку, коснулась его волос и заскользила пальцами по виску, скулам и губам.

— Вы очень красивый, Леонид Михайлович. И такой сильный. Умный. Работать с вами и учиться у вас – честь для меня.

Настя дотронулась до руки. Мышцы под ее пальцами подрагивали и горели. Он кайфовал от ее прикосновений, от дурманящего аромата духов, свежести и молодости. Схватил ее за шею, притянул к себе и поцеловал, сразу же проникая языком в рот, кружа в нем и лаская.

Настя мгновенно отозвалась, впустила, сладко застонала, прижалась к его груди и стала блуждать ладонями по плечам, рукам, спине.

Леонид положил ладони на ее груди. Тяжело дыша, сдавил их, почувствовав под пальцами мягкие, но в то же время налитые тяжестью полушария, которые до безумия захотелось попробовать.

И вдруг как в песне “закружило голову хмельную”. Он отстранился, подошел к двери и на всякий случай закрыл ее на замок. Потом повернулся к Насте и выключил свет. Кабинет освещал монитор компьютера и свет фонарей за окном, который пробивался сквозь тонкие жалюзи.

— Разденься. Покажи мне себя, — потребовал Киров, а сам сел на диван и расставил широко ноги. Он уже безумно хотел Настёну, но в то же время мечтал увидеть ее всю, полюбоваться ее шикарным телом.

И она начала медленно расстегивать пуговицы на блузке, одну за другой. Потом спустила рукава, откинула ткань в сторону и осталась в белом гладком бюстгальтере и джинсах. Сексуальная и безупречная, она завела руки за спину, расстегнула лифчик и бросила своему шефу. Он поймал его на лету и сжал в кулаке, наблюдая, как она проводит ладонями по телу, животу, поднимается выше. Смотря ему в глаза Настя ласкала свою грудь и сжимала пальцами острые соски. Затем она приспустила джинсы и скользнула ладонью вниз, под нижнее белье.

— Продолжай. Потрогай себя.

Он стянул с себя пуловер, затем освободил стоявший колом ствол и провел по небу ладонью, не сводя с нее глаз. Назад дороги уже не было. Точка невозврата пройдена.

Она сняла джинсы с трусиками, наклонилась к мужчине, провела кончиком языка по своей верхней губе и прошептала в паре сантиметров от его лица.

— Какой он у вас большой, — даже в темноте он видел, что в ее глазах вспыхнул огонь. — Что вы хотите, чтобы я сделала?

— Сядь на него.

Настя опустилась на его колени и поджала под себя ноги. Пальцами Киров коснулся гладкой, нежной промежности, заставив девушку содрогнуться, запрокинуть голову и стонать.

— Леонид Михайлович, — она начала задыхаться, когда босс начал водить подушечкой по ее клитору. — О Боже!

Откинув голову на спинку дивана, шумно выдохнул. Тогда он еще не знал, что она станет его безумием, его личным кайфом. Они целовались, как сумасшедшие. Настя царапала мужской затылок, гладила плечи, волосы на груди, водила носом по щеке, шее, оставляла на коже обжигающие поцелуи.

Он сжал ладонями ее груди и она тут же отреагировала, застонала, даже заскулила. Затем он вобрал в рот розовый сосок, облизывал и кусал его, дурея от того, какая эта девочка чувствительная и отзывчивая.

— Ещё, — просила она.

— Я хочу тебя, Настёна. Иди ко мне.

Приподняв Настёну за бедра, он медленно опустил ее на свой член, и она тут же вскрикнула и прогнулась в пояснице. Войдя на всю длину, Леонид глухо зарычал от ощущений. Он не мог вспомнить, когда ему было так хорошо и кайфово с женой. Наверное, очень давно.

Настя двигалась, извивалась и скакала на нем, а когда устала, то легла на его мокрую грудь и уже он, сжав кожу гладких ягодиц, подмахивал бедрами, растягивал и шептал ей в губы:

— Блядь, Настёна, какая ты узкая? Никто не трахал тебя?

— Никто не трахал меня так, как вы, Леонид Михайлович.

Добил ее несколькими резкими, жесткими толчками, после которых Настя закричала и вцепилась в плечи мужчины. После ее оглушительного оргазма, он вышел из нее и, громко зарычав, кончил ей на живот.

Через несколько минут они лежали на диване, все еще обнаженные, вспотевшие, но счастливые. И он понял, что не отпустит ее. С тех пор их встречи стали регулярными.

***

Леонид стоял под душем и прокручивал события сегодняшнего дня. Да, оплошал, не закрыл дверь в кабинет. Случилось то, что случилось. Но значит, так надо.

Сейчас, несмотря на скандал дома, и то, что дочери даже не попрощались с ним, он думал, что всё и так шло к разводу. Это бы все равно случилось, появилась бы Настя в его жизни или нет. Они с женой уже давно охладели и жили друг с другом, как друзья, даже соседи.

Пришла пора все поменять. Хочет этот чертов дом, пусть забирает и живет в нем одна. А он начнет новую жизнь рядом с женщиной, которую любит.

Смыв с себя гель для души, он уловил движение за стеклом. Это его Настена снимала с себя одежду, а после вошла внутрь прорезая дымчатые клубы пара, и положила ладонь на его грудь.

— Не помешаю?

Подумалось, что она такая маленькая и хрупкая по сравнению с ним. Эта разница еще больше заводила. Он накрыл ее пальцы своими. Настя улыбнулась, посмотрела в глаза и коснулась губами его губ.

Вода стекала по их телам. Руки Леонида легли на девичью попку, поглаживали ее и снимали. Он предвкушал, как развернет Настёну, поставит у стены и возьмет сзади, прижав к мокрой плитке. Но у девушки были свои планы. Прикусив его нижнюю губу, она оттянула ее и игриво прошептала:

— Нас сегодня прервали. Продолжим?

Настя опустилась на колени и посмотрев в глаза, провела пальчиками по стволу снизу вверх и обхватила губами головку. Пока она не спеша посасывала ее, он собрал мокрые волосы в кулак, надавил на затылок, заставив взять глубже. Не нужны ему были эти лишние нежности. Запрокинув голову и закрыв глаза, он больше не думал, только наслаждался.