Глава 10. Лера

Лера.

Час спустя мы выходили из метро, и я ловила на себе взгляды. Не наглые, оценивающие, как это бывало в юности, а скорее… сдержанно-заинтересованные, скользящие по фигуре и задерживающиеся на лице.

Я невольно втянула живот, расправила плечи, почувствовав, как новое платье, которое Костя с пренебрежением назвал «безвкусным», ласково облегает каждый сброшенный килограмм, каждую проступившую мышцу – награду за месяцы настоящей каторги в зале.

— Ну что, «сестренка», готова покорять сердца и ставить рекорды? — Настя толкнула меня локтем в бок, ее глаза сияли как два изумруда. — Готова, — с улыбкой ответила я, с легким флиртующим поклоном распахивая перед ней тяжелую дверь фитнес-клуба. — После вас, мадмуазель.

Нас встретил знакомый гул — симфония из приглушенных ударов басов, лязга железа и энергичных возгласов тренеров. Воздух, густой от запаха пота, антисептика и всеобщей решимости, сегодня пах не тяжелым трудом, а возможностями. Настя, не теряя ни секунды, потащила меня к стойке администратора, где мы торжественно оформили наши сдвоенные абонементы. Я расплачивалась своей картой, той самой, «хозяйственной», с странным, щекочущим нервы чувством удовлетворения. Эти деньги шли не на его стейки или вино. Они инвестировались в меня. В мой личный ренессанс.

Мы уже разворачивались к раздевалкам, как вдруг Настя тихо ахнула и впилась пальцами в мой локоть. — Мам, смотри, вон он, — прошептала она, едва шевеля губами. — Там, у стоек для приседаний. Высокий, в черных штанах и серой футболке... Смотри!

Я подняла взгляд и увидела его. Мужчину, на вид лет сорока. Он был высоким и подтянутым, с широкими плечами, которые говорили о регулярных тренировках, а не о разовых визитах в зал. Его темные, вьющиеся волосы были слегка растрепаны, словно он недавно провел рукой по ним.

Лицо открытое, с решительным подбородком и смеющимися глазами неопределенного светлого оттенка, скорее серо-зеленых, как морская волна. Он стоял, опершись о раму тренажера, и о чем-то оживленно беседовал с тренером, и в его позе читалась спокойная уверенность, так не похожая на напускную важность и позерскую деловитость Кости.

— Кто? — растерянно переспросила я, хотя уже догадалась.

— Тот самый, который про тебя спрашивал! Александр! — Настя, не скрывая восторга, толкнула меня вперед. — Идет сюда!

Мое первое побуждение было бежать. Спрятаться в раздевалке. Что я, тридцатидевятилетняя замужняя женщина, скажу незнакомому мужчине в фитнес-клубе? Но затем я вспомнила свой обет. Свой манифест. Жить. Не прятаться. Не бежать. Смотреть в глаза и улыбаться – открыто, радостно, без оглядки.

Он поднял взгляд и заметил нас. Его глаза на секунду остановились на Насте, и он легко улыбнулся, кивнув. А потом его взгляд скользнул в сторону и остановился… на мне. И задержался. Не нагло, не оценивающе, а… с интересом. С тем самым вниманием, которое заставляет почувствовать себя увиденной. Он смотрел на меня не как на «супругу бизнесмена Журавского», а просто как на женщину. На Валерию.

Настя, воспользовавшись моментом, дернула меня за руку. — Привет! — сказала она ему, сияя во всю ширину своей обаятельной улыбки.

Мужчина развернулся и сделал несколько шагов в нашу сторону. — Привет, — его голос был спокойным, бархатным баритоном, без малейшей натяжки или фальши. — Настя, кажется? Рад снова видеть. — Да! — обрадовалась дочь, явно польщенная тем, что он запомнил ее имя. — А это моя… — она сделала театральную паузу, наслаждаясь моментом, — мама. Валерия.

— Можно просто Лера, — мягко поправила я ее, чувствуя, как тепло разливается по щекам, но внутри не было стыда, лишь смущенная, щекотливая радость.

Он протянул мне руку. Его ладонь была сильной, широкой, с легкими шершавыми мозолями, говорящими о том, что эта сила у него не для показухи. — Александр. Очень приятно, Лера. Ваша дочь, кажется, немного пошутила надо мной, представив вас своей сестрой. Теперь я понимаю, в чем заключался подвох. Очаровательный подвох, надо сказать.

«Он говорит это так легко, без намека на лесть, просто констатируя факт», — пронеслось у меня в голове. — Она у меня большая фантазерка и выдумщица, — сказала я, пожимая его руку и с удивлением отметив, что мой голос звучит ровно и уверенно. — Но я уже привыкла.

— Приятно встречать людей с воображением, — улыбнулся он, и в уголках его глаз собрались лучики мелких морщинок, придававшие его взгляду особую теплоту. — Вы, я смотрю, и сами не чужды спортивного духа? Сразу видно, что работаете над собой основательно.

«Не оправдывайся. Не принижай своих усилий», — строго напомнила я себе. — Пытаюсь, — ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Возвращаю себе себя. По кирпичику.

— У вас отлично получается, — сказал он просто и искренне. Потом его взгляд перешел на Настю, а затем снова ко мне. — Не буду вас задерживать. Было очень приятно познакомиться. Удачной тренировки. Уверен, еще увидимся.

Он кивнул и пошел в сторону тренажеров. Мы с Настей еще несколько секунд стояли молча, глядя ему вслед.

— Ну что?! — прошептала дочь, сияя как тысяча солнц и прыгая на месте от восторга. — Я же говорила! Он явно заинтересовался!

Я не ответила. Я смотрела, как он удаляется, и чувствовала, как внутри тает небольшая, но очень важная глыба льда, которую я годами носила в груди. Это не было влечением. Нет! Это было подтверждением. Живым доказательством того, что я не осталась невидимкой, что мои усилия заметны. Что я – жива.

Я обняла Настю за плечи и прижала к себе. — Спасибо, дочка. За все. И особенно – за сегодня.

— Да ладно, пустяки, сестренка, — она хитро подмигнула. — Теперь идем, попотеем как следует. Нам нужно соответствовать новому, блестящему имиджу!

Пока Настя копошилась у шкафчика в раздевалке, я, сделав вид, что ищу полотенце, украдкой наблюдала за залом через полупрозрачную стеклянную перегородку.

Александр был у стойки для жима лежа. Я видела, как он сосредоточенно готовится к подходу, как ложатся тени на его сконцентрированное лицо, как играют мышцы на спине и плечах, когда он мощно, но без надрыва, выжимает вес. В его движениях была не грубая сила, а точность и уверенность. Он был здесь в своей стихии и в этой стихии он выглядел… настоящим.

«Смотри в глаза незнакомым мужчинам, которым нравишься», — вспомнила я свою же мысль.

Этот день и правда стал точкой невозврата. Я сделала шаг не просто к независимости. Я сделала шаг к тому, чтобы снова научиться видеть и быть увиденной. Чувствовать себя не чьей-то женой, а просто Лерой. Женщиной, у которой есть дочь-подруга, абонемент в фитнес-клуб, новая прическа и… внезапно появившаяся, трепетная надежда на то, что жизнь не закончилась в тридцать девять.

А, возможно, ее самая интересная глава только начинается.