Глава 20

«Моим же оружием»

Артур

Я просыпаюсь от жуткого грохота.

Резко вскакиваю, оглядываюсь по сторонам, не понимаю, откуда этот ужасный шум?! Пока не вижу его причину — моя маленькая жена. Проснулась. Делает коктейль в миксере.

Прекрасно.

Мне пришлось ложиться спать на диване в гостиной, а так как она у нас совмещена с кухней, никаких шансов заглушить эту трель — нет. Мало того, у меня дико болит спина, ломит шею и меня всего в принципе.

А ей хоть бы что.

Ния стоит ко мне спиной в коротких, атласных шортах своей пижамы, безжалостно надавливая на кнопку.

- Ния!…

Тишина. Не слышит или прикидывается.

- Ния, твою мать!

Выключает миксер. Значит, прикидывалась.

Сучка мелкая. Откуда это в ней? Раньше не замечал.

Оборачивается, выгибает брови и спокойно тянет.

- О, ты проснулся. Как удачно.

Из груди рвется смешок. Нет, ты серьезно?

- Что ты здесь забыл? - спрашивает в лоб, я наклоняю голову набок.

Нет, серьезно. Откуда в ней эта сучесть? Не понимаю.

- Это мой дом.

- Кажется, вчера мы выяснили, что нет.

- Давай не сейчас, ладно? Я спал...

- Кстати, о вчерашнем, - перебивает нагло, - Я хотела извиниться…

- Не стоит.

- Я не закончила.

От ее стального тона я, честно, офигеваю и делаю это молча. Никогда не замечал в ней не только сучести, но и наличие этого самого тона. Совершенно спокойный, ровный. Никаких эмоций.

- Я хочу извиниться, что ты стал свидетелем моей истерики. Это в последний раз. Но я не собираюсь извиняться ни за одно сказанное мною слово.

- Я и не надеялся, - парирую с сарказмом — кивает.

- Чудно.

Рубанув, снова отворачивается, чтобы нарезать фрукты.

Невольно слежу за ее фигурой, но сразу отворачиваюсь — нельзя. И смотреть, и присматриваться, и помнить.

Завязывай.

В этот момент возникает мысль, а почему, собственно, нельзя? Эгоистичная мысль. Чисто мужская особенность, которая чертом на плече сидит и шепчет:

Тебе верность хранить больше некому. Так почему нельзя то, а? Признайся. Жена твоя — огонь. Ты ее хочешь. Тебе даже напрягаться не пришлось, чтобы у тебя встал. И тебе понравилось. Тебе очень понравилось целовать ее, слышать тихие стоны на ухо, и быть внутри нее.

Тебе понравилось, гораздо больше, чем с Настей, где все давно знакомо: запах, и оргазм, и тело. И тебе интересно, как эта маленькая сучка может кончать. Признайся. Давай. Подойди и возьми ее. Она злится — это будет очень страстно. Сначала сопротивляться будет, но потом сама потянется. И ты узнаешь, почувствуешь, поймешь. Познакомишься. Какой она может быть, если разложить ее прямо на кухонном столе? Какая она на вкус? Представь, как ты сдираешь с нее этот топик и обнажаешь ее красивую грудь. Ты же помнишь, что она у нее красивая. Упругая, с острыми сосками. Тебе интересно, как они выглядят при свете дня…

Дверной колокольчик мерзко пищит, отражаясь от черепной коробки эхом. Морщусь, будто это не она вчера бухала, а я. Забавно, что Ния даже усом не ведет — вот что значит возраст.

Но слава богу, что это происходит. Куда меня заведет мой демон — я не знаю; и это, к сожалению, правда. Когда не за что больше цепляться…

Надеюсь только, что это не теща.

- Ты кого-то ждешь?

Бросает на меня взгляд и ухмыляется кивнув.

- Ага.

- Пожалуйста, не говори, что это твои или мои родители. Я их видеть сейчас не готов.

- Этого гостя ты готов видеть всегда. Ты же его любишь.

Звучит однако загадочно. Хмурюсь, но Ния уже проходит мимо и идет открывать, по пути завязывая волосы в высокий хвост. Я продолжаю залипать. От боли в члене морщусь и медленно подтягиваю к себе подушку, чтобы его прикрыть. Надеюсь, что он побыстрее спадет — чертово утро.

Спадает моментально, когда я слышу голос из прихожей.

- И что тебе надо?!

Настя?!

Резко вскакиваю и выхожу в коридор. И правда она. Стоит в своей шубе, глаза отсюда вижу — красные.

Она бросает на меня взгляд, но сразу отворачивается. Ния же с каким-то наслаждением улыбается.

- Что такое, Настен? - тянет елейно, - Вчера ты чувствовала себя здесь, как дома. Стесняешься моего мужа? Не стоит. Думаю, он видел тебя разной. Поздно стесняться.

Бля-я-я…

Это фаталити какое-то. Притом не игровое, а прямо мне в морду.

- Что происходит? - говорю твердо, Ния отрывает взгляд от Насти и хмыкает.

- Поговорим втроем. Пора бы нам уже познакомиться, тебе так не кажется?

Нет, не кажется. Но я ответить не успеваю — Ния открывает дверь в мой кабинет и заходит. Это молчаливое приглашение. Даже не так. Будто молчаливый приказ, которому нам придется подчиниться — бесит, наверно, но где-то на задворках. Я от Насти взгляда оторвать не могу. Когда она наклоняется к своим ботильонам — делаю шаг. Зачем? Не знаю. Точнее знаю, конечно. Я переживаю за нее. Вчерашний разговор так просто не прошел, и для меня тоже не прошел.

Все слишком сложно…

- Настя, я…

Застывает. Я проглатываю вязкую слюну и выдыхаю тихо.

- Как ты?

- Как видишь, жива, - шепчет тихо, прохладно взглянув на меня, - Не подохла. Твоя идея?

- Я ничего не знал.

- Ну не одной же Настюше уходить в самоволку, - звучит смешок из кабинета, - Давайте в темпе, окей? У меня учеба скоро начнется, да и смотреть на ваши телячьи нежности желания нет.

Медленно перевожу взгляд в кабинет. Нет, она, конечно, имеет право злиться, но Ния в дерзости своей переходит все границы. Она даже Настю делает на ее же поле, но Настя — дело другое. Она не наша женщина. А вот Ния…меня это одновременно бесит, но еще и… наоборот, нравится. Такой она мне нравится больше, чем безропотной ланью.

- Ты не считаешь, что перебарщиваешь? - говорю как бы невзначай, заходя внутрь.

Настя идет следом.

Ния стоит у окна.

Получилась у нас странная мизансцена, если честно. Две женщины по обе руки от меня. Обе в каком-то смысле мои. И я, как долбанный шейх посередине между ними. Это мне уже не нравится, и я не вру. Знаю, что многим нашим мужчинам — очень; но я провел много времени в Европе, поэтому знаю, что такое положение дел во всем современном мире история довольно сомнительная.

Я мыслю несколько иначе. Давно уже иначе, если честно. Но это сейчас неважно. Мое неудобство значения не имеет. Я занимаю место в кресле и смотрю на Нию. Она молчит. Плечи напряжены, но гордо расправлены — и это тоже очень примечательно. Это меня в ней цепляет, а я даже не представляю, как зацеплюсь дальше. Когда она вздохнет и начнет говорить…

- Я не буду долго распинаться, так как времени у меня действительно немного, но кое-что считаю нужным прояснить.

Медленно повернувшись, Ния убирает руки за спину и смотрит пристально на Настю. Она же — тушуется. Я точно это знаю, так как видел свою женщину в абсолютно разных ситуациях, и сейчас она совершенно не готова к тому, что здесь происходит.

Я тоже.

- Я понимаю, что Настя вчера… - начинаю, чтобы как-то развести их по разным углам, но Ния меня перебивает четко.

- Вчера ты позволила прийти в мой дом, наговорила мне кучу дерьма и ушла с чувством выполненного долга. Сегодня я возьму реванш, малышка. Помнишь, как ты угрожала мне, что превратишь мою в жизнь в ад? А про свою власть…

- Я не…

- Не смей отрицать и отпираться. Было так. И вот что я тебе отвечу, раз до тебя не дошло еще: ты здесь любовница, а я жена. Хочешь увидеть, что жена может сделать?

Резко переводит свой взгляд на меня.

- Если эта сука будет находиться рядом с тобой и дальше. Если хоть кто-то хотя бы раз скажет мне, что видел ее в твоем обществе. Если я сама случайно это узнаю. Артур, милый, я на всю нашу общину разнесу такую славу о тебе, что ты за всю жизнь не отмоешься. Прокричу про твою жестокость, про твои гаденькие привычки в постели. Расскажу, что ты бил меня, что ты заставлял смотреть, как ты трахаешь эту шлюху. Не хочешь такой славы? Ты ее бросишь. Немедленно. Здесь и сейчас, и никогда больше слова, взгляда в ее сторону не бросишь!

Медленно моргаю.

Кажется, у меня открыт рот.

В голове картины того, что будет, сделай так Ния на самом деле — и это будет полный пиздец, если кто-то не понял. Обо всем можно забыть сразу: о будущем для моих сестер, о будущем для родителей. Никакой счастливой старости не будет. Этот бред, граничащий с маразмом, разнесется на весь мир, и мы навечно будем опозорены. Никто руки не подаст…

Ния это знает.

Она слегка усмехается и кивает, подтверждая, потом снова смотрит на Настю.

- Как ты думаешь, малышка, он останется с тобой теперь?

Настя сжимается сильнее. Молчит. Но ответа на риторические вопросы никто и никогда не требует — все очевидно.

Ния это знает тоже. Она еще раз кивает и позволяет себе обронить смешок.

- Видишь, как просто разрушить твою власть? И чего стоит твоя любо-о-овь? Она не стоит и гроша ломаного. Поэтому я советую тебе не забывать свое место. Еще хоть раз посмеешь разговаривать со мной в тоне, который допустила вчера — ты пожалеешь. Я превращу твою жизнь в ад, усекла? И сделаю это с превеликим удовольствием. А теперь о главном.

Словно вдруг потеряв интерес к нам, Ния присаживается на подоконник и смотрит на пушистые снежинки, потирая кольцо большим пальцем. Руки на груди плотно сжаты, брови нахмурены. Я не знаю, в какой момент произошли эти метаморфозы, но она вдруг перестала быть той беззаботной девочкой, а стала женщиной. Холодной и далекой, и каких тебе улыбок. Ничего. Она будто и не здесь, а за стеной…далеко скрыта от меня, хотя раньше было очень близко.

- Артур не объяснил тебе, Анастасия, что в нашем мире любовь — непростительная роскошь. Видимо вчера, твоя ревность дошла до своего пика, и я прощаю тебя. На первый раз. Впрочем, едва ли ты рискнешь повторить все снова, да и едва ли у тебя будет резон делать это, потому что мне твой мужчина не нужен.

Колет неприятно. Знаю, что это бред, и я никогда не просил ничего такого, но все равно. Как-то неприятно свербит в груди…

- Я не против ваших…кхм, отношений, но ни о какой второй жене речи никогда не пойдет. Ты этого не сделаешь, Артур, - резко переводит на меня взгляд черных как ночь глаз, - Ясно?! Ты заключил со мной сделку, и ты будешь ее соблюдать.

- Я не собирался этого делать и ничего такого не обещал.

- Твоя женщина другого мнения. Разберись с этим, пожалуйста, потому что видеть ее больше я не желаю. Трахайтесь по углам, сколько вам влезет, любите друг друга, но это не должно никак влиять на мою репутацию, все ясно?!

- Ния…

- Агния. Для тебя я с этого момента и до конца времен — Агния, Артур. Нией меня называют только близкие люди и друзья. Ты не мой близкий и не мой друг. Держи себя в рамках договора, пожалуйста.

Стискиваю подлокотники, но на это она не обращает внимания, а переводит его снова за окно на непогоду.

- Я хочу получить свой махр*.

- Хорошо.

- В ближайшее время.

- Хорошо.

- Это будет квартира, где я теперь буду жить.

- Хор…стоп, в смысле?!

Резко подаюсь вперед и рычу, уже не сдерживаясь. Сейчас она кардинально решает менять нашу жизнь?! Вот так просто?!

- Ты спятила?!

- А ты думал, что я останусь в квартире, которую ты выбирал со своей шлюхой?!

- Завязывай так ее называть! - повышаю голос, она повышает в ответ.

- Я буду называть ее, как посчитаю нужным! Это не я приперлась к ней домой права качать! Ясно?!

Шумно выдыхаю. Увы, мне здесь парировать нечем — Настя развязала Ние руки. Бросаю на первую взгляд злой, она сразу свой прячет. Прекрасно!

- Я хочу получить свой махр, Артур.

- Ты не можешь жить в другом месте! Что мы скажем родителям?!

- Ничего. Для всех мы будем жить здесь, и у нас все будет прекрасно.

- А если они заявятся с утра?! Как тогда?!

- Нас не будет дома. Очень жаль.

- И сколько это прокатывать будет?!

- С тобой же прокатывало долго. Я каждый раз несла подобную хрень, пока ты развлекался со своей потаскухой. Мне верили. С чего бы сейчас не верить дальше? Мы же любим закрывать на все глаза. Особенно на очевидное.

- Но...

- Это не обсуждается, твою мать! Я не останусь в доме, который ты выбирал с этой…!

- Хватит! Стоп…что?

Снова смотрю на Настю. Она жмурится, сжимается сильнее, а я не понимаю. Блядь! Какую херню ты еще успела наговорить?!

Взгляд толка не дает — Настя упорно не отвечает, тогда я снова смотрю на жену, которой ситуация даже нравится. Забавляет, как минимум.

- Я понятия не имею, о чем речь, мать твою!

- Ну это уже, согласись, не мои проблемы.

- Ты переходишь все грани! Как ты со мной разговариваешь?! Чего требуешь?! Я…

- Я разговариваю с тобой, как с партнером по сделке, который вдруг решил, что он имеет право не соблюдать границы! Тогда чего ты от меня ждешь, а?!

- Я не нарушал…

- Половина нашей общины гудит из-за того, что ты поперся жопу греть со своей потаскухой! И все мне на голову! Ты меня опозорил, а сам, блядь, в белом!

- Не матерись!

- ИЛИ ЧТО?!

Не замечаю, как вскакиваю. Как она подается на меня. Не замечаю, что стоим мы лицом к лицу — ее горит, глаза полыхают. Мое тоже, спорю на что угодно.

Сжимаю кулаки.

Злюсь просто адски! Черт, я так не злился даже на Настю никогда! А она…выводит меня из себя просто до безумия складной претензией, к которой, по сути своей, не подкопаешься.

И она это знает.

Ухмыляется и шепчет.

- Я тебе больше не доверяю, Артур. Сейчас я могу требовать что-то, а через пару лет рычагов давления не будет: твои сестры выйдут замуж. И все. Нет уж, дудки. Я хочу свой махр!

- У меня всегда будут еще родители, которыми ты можешь меня шантажировать.

- А что случится, когда и их не станет? Еще раз повторяю, я тебе больше не доверяю. Ты дашь мне квартиру, в которую никогда не придешь. Тебе там будут не рады — это мой дом, не твой. И твоей суки там тоже не будет. Даже духа! А еще ты дашь мне свободу. Никакого общения сверх договора — только на людях. Точка. Что касается твоей потаскухи — слушай меня внимательно, тебе это понравится. Ты заварил кашу, и ты же ее сожрешь. Через неделю я организую прием, куда ты притащишь ее. Она будет широко улыбаться и смеяться, стоя рядом со мной.

- На кой хрен? - дергаю головой, Ния щурится.

- Чтобы показать всем, что мы с ней — лучшие, мать его, подружки. И что я знала все. И про работу, и про деловую поездку. Ты придумаешь достоверную легенду, заставишь ее рот открывать, рассказывая эту самую легенду, и будешь стоять рядом со мной. Обнимать меня. Целовать. А твоя тварь радоваться за наше счастье. Она же хотела этого, да? Быть с тобой. Она же говорит, что любит? Вот пусть и докажет, как она тебя любит. Как говорится, не все брендовые шмотки носить, да бабки твои тратить — надо и пуд горькой соли иногда жрать и не давиться!

Резко оторвавшись от своего места, Ния быстро идет на выход из кабинета, по пути бросив:

- Более не задерживаю. Удачи, любовнички.

Я остаюсь стоять со стойким ощущением, будто меня наебали. Как так вышло? А главное, как я забыл, что у умных баб есть свои подводные камни — это как раз их ум. У целеустремленных — еще и огромная, рабочая сила.

Это ж надо было, да? Все так завертеть.

Я поражен. Даже позволяю себя улыбнуться, глядя на бумаги на своем столе. Нет, серьезно. Она — малолетка! Перевернула ситуацию так, что поимела меня моим же оружием. Потрясающе просто…

*Махр — в исламском семейном праве — имущество, которое муж выделяет жене при заключении брака. Махр является одним из главных условий для заключения брака. Выплата мáхра может быть отсрочена по договорённости после свадьбы.