Глава 31

Андрей

Я просыпаюсь резко. Так, будто кто-то рядом ударил в гонг и теперь в моей башке непрекращающийся звон.

Во рту мерзко, башка как ватная.

Пытаюсь проморгаться, чтобы навести резкость, и вижу незнакомый белый потолок. Взгляд сразу выхватывает штатив с лекарством и трубку, которая тянется к вене в моей руке.

Я в больнице. В палате, помимо моей койки, есть еще одна, напротив.

На ней, оперевшись о стену и поджав под себя ноги, сидит Ольга.

Поза неудобная, наверняка все тело затекло. Головой опирается о стену, глаза закрыты.

В серой предрассветной дымке я рассматриваю ее, будто незнакомку.

Другое платье, женственное, подчеркивающее грудь и талию. Распущенные волосы, хаотичной волной лежащие на плечах.

Тонкие запястья и аккуратные пальчики, на которых нет ни одного кольца, в том числе и обручального.

Свое я не снимал. Не смог.

А она вот смогла. И уехала от меня. А я думал, не сможет. Прибежит. Как миленькая прибежит, еще и в ноги упадет.

А она мужика себе нашла.

Быстро, даже слишком. Наверное, это вынесло меня окончательно.

Ольга спит, а я не могу насмотреться на нее. Соскучился. По смеху ее мягкому, разговорам нашим, философствованию и размышлению о жизни. Планах совместных. Кофе вкусному, сваренному ею в старой турке.

По теплу в доме тоже скучаю. Нет в том месте больше дома. Просто помещение, где отсыпаешься, не больше.

Воспоминания врезаются в память иглами.

Как увидел ее в первый раз. Над ней разве что нимб не светился, я именно такую себе девочку и хотел. Чистую, нежную, домашнюю.

А потом…

Воспоминания о вчерашнем вечере лишь вспышками, подробностей нет, о том, как я тут оказался, я могу только догадываться.

Двигаюсь, чтобы сесть, тело затекло от одной позы. У меня даже получается занять полулежачее положение.

Ольга вздрагивает, услышав шорох, и открывает глаза. Сонным взглядом обводит помещение — она явно забыла, где уснула.

А потом мы сталкиваемся взглядами.

Никто не осмеливается нарушить тишину. Ведем немой диалог, устало глядя друг на друга.

Я все знаю, детка. Развалил. Просрал, да. Виноват.

— Как тут больной? — дверь распахивается, и в палату входит медсестра.

Ольга садится ровнее и опускает ноги на пол, надевает босоножки и отвечает:

— Только что проснулся.

Женщина подходит ко мне:

— Сейчас я поменяю лекарство, — меняет пакеты на стойке капельницы. — Когда препарат откапает и уровень будет вот у этой линии, нажмите на кнопку. Я отключу капельницу.

— Когда я могу уйти? — спрашиваю ее.

— Вот как капельница закончится, можете идти. Только бумаги надо подписать.

Медсестра уходит, а я бросаю взгляд на Ольгу.

— Твой урод специально это сделал. Если в администрации узнают, почему я тут был, моей карьере конец!

Внутри вспыхивает ненависть. Светиться мне нельзя. Не так, это точно. Если станет известно, что я оказался в больнице после попойки, меня уже не отмажут.

Жена усмехается горько и качает головой:

— Конечно, тебя беспокоит только твоя задница. Расслабься, Ярослав попросил оформить тебя как будто было пищевое отравление. Твоя репутация останется незапятнанной.

— Ты спишь с ним? — во рту от этого вопроса разливается горечь.

Ольга смотрит пронизывающе. Взгляд иной, незнакомый. В нем не осталось практически ничего от былой мягкости и нежности.

— Даже если сплю, тебя это не касается, — произносит прохладно.

— Моя дочь живет с тобой. Если ты приводишь в дом другого мужика, я имею право знать об этом! И в конце концов, мы с тобой женаты.

— Что-то тебе это не помешало в течение четырех месяцев изменять мне, — хмыкает зло.

— Это другое.

— Да ну?

— Да. Я не приводил ее в дом.

— Всего лишь устроил классной руководительницей старшей дочери, познакомил их. Такая мелочь, да?!

С рыком растираю лицо.

— Как же быстро у тебя меняются приоритеты и взгляды на жизнь.

— Вернись, — выпаливаю горячо и сажусь.

Трубка капельницы тянется за мной, и я небрежно поправляю ее.

— Вернись ко мне, Оля. Вернись домой. Туда, где твое место, туда, где тебя любят. Не нравится жить с моими родителями? Давай переедем. Присмотрим другой дом. Или хочешь, построим его? Купим тебе машину, найдем новую работу. Хочешь, у меня в администрации? Я найду тебе лучшее место! Я люблю тебя!

Жена сидит неподвижно, будто замершая статуя, и смотрит на меня немигающе, словно пытается переварить сказанное. Поворачивает набок голову, как птица, высматривающая добычу:

— Я уже переехала, Андрюш, — произносит пугающе-мягко. — Может, не в новый дом, но в то место, где меня любят. И работу уже нашла. А машину я сегодня покупаю, представляешь? И… как там было в песне? И любить себя я могу лучше, чем ты.

От ее слов сердце перестает биться. В грудине болезненно сдавливает. Как будто по лицу хлесткими кнутами, до кровавых ран. Неужели правда? Не верю. Не смогла бы она так быстро все это сделать и забить на нашу семью, нашу любовь.

Ольга встает, а я подрываюсь, как ужаленный, перехватываю ее руку.

— Ради девочек. Ольга, вернись. Мы начнем все с чистого листа. Все по новой.

— Андрюш, ты расстался с… Виолеттой? — имя моей любовницы явно произнесено не без труда.

Я не отвечаю. Мне нечего сказать.

— Ну вот и все, милый, — улыбается со слезами на глазах. — Вот и все.

— Оля…

Она медленно вытаскивает руку, слезы катятся из ее глаз.

— Дай мне развод, Андрей. Хватит оттягивать этот момент.

Отпускаю ее, и Оля уходит, а я говорю тихо:

— Не могу… не могу, Оля.

Секунда, и я вырываю иглу капельницы, срываюсь за женой.

— Куда тебя понесло?! — кричит медсестра.

На улице я сразу вижу силуэт жены. Бегу за ней, перехватываю ее, кручу в руках и прижимаю к себе, вцепляюсь пальцами в волосы на ее голове.

— Не могу я отпустить тебя, Оля. Не могу, детка. Как? Скажи, как сделать это? Без тебя жизнь не имеет смысла! Посмотри, что ты сделала со мной?! До чего довела?! Нажираюсь, как черт, до неадеквата, в больнице под капельницами лежу. Тебе больно делаю. — Веду рукой по ее предплечьям, там синяки… моих рук дело, помню. — Дай мне второй шанс! Я все сделаю по-другому, как положено. Все будет по твоим правилам, так, как хочешь ты!

Жена отступает назад, и мне приходится разомкнуть объятия. Лицо Ольги мокрое от слез.

Шаг за шагом она уходит от меня, спиной вперед:

— Ты заставляешь меня сделать выбор, хочешь, чтобы я выбрала тебя. Но сам… сам не можешь выбрать между нами двумя.

— Я уже выбрал!

— Ты выбрал не меня, Андрей. Просто еще не понял этого.