Глава 43

Ольга

— Как дела с дочерью, Оль? — спрашивает Ярослав, переворачивая мясо.

Я перевожу взгляд на своих девочек. Вместе с сыном Яра они сидят на берегу, мокрые после купания.

— Вчера сама позвонила. Попросилась переночевать. Завтра Андрей заберет ее, — произношу задумчиво, глядя на дочь.

Катя красуется перед Тимуром. То плечом поведет, то засмеется слишком громко. Хочется одернуть ее, ведь дочери пятнадцать. Пятнадцать! А сыну Ярослава двадцать.

Это слишком большая разница для их возраста.

Тимур не ведется, просто поглядывает на Катю.

Надеюсь, он понимает, что трогать ее нельзя.

— Тебя что-то смущает? — спрашивает Ярослав.

— Что, прости? — переспрашиваю его, не переставая думать о Кате и Тимуре.

— То, что дочь сама попросилась к тебе. Я так понял, у вас отношения были не очень.

— На самом деле, нет, я не удивлена. Сейчас у них дома неспокойно, — коротко пересказываю Ярославу скандал, который застала, когда приехала за дочерью.

— Думаешь, Катя сбежала оттуда?

— Скорее всего, так и есть.

— Девочки помирились?

Смотрю на Камилу, которая отходит к воде и запускает камушки по ее поверхности.

— Камила тяжела на прощение. Она по-прежнему зла на Катю, но еще больше ее жалеет. Знаешь, а ведь когда мы ехали обратно после шоппинга, она тонко намекала мне, что не против, если я решу забрать Катю. В общем, они периодически цапаются, но не критично.

— Ты не думала забрать старшую?

— Это сложно, Ярослав.

— Уверен, так и есть, — кивает.

— Она сделала свой выбор, причинив боль мне. Сильную. Это не детская забава, не случайность и не ошибка. Она хотела, чтобы мне было больно. Так что я не спешу забирать ее, там более по закону не имею на это права.

Он прекращает расспросы, да и я, если честно, больше не хочу говорить на эту тему. Я вообще больше не хочу говорить о новой семье Андрея.

Пока наши дети заняты, Ярослав утягивает меня за машину, подальше от любопытных глаз.

Целует.

Сразу жарко, обжигающе.

Кладет руку мне на бедро, ведет выше, впивается пальцами, закидывает мою ногу на себя и прижимает крепко.

— Ох, — едва ли не стону.

Ярослав накрывает губами мой рот, и я мычу уже в него. Ноги ватные, голова вообще отключается.

Я слишком остро чувствую все — каждое прикосновение, каждый вздох. Меня сводят с ума запахи, жар его тела, его сила.

Не могу успокоить себя, возбуждение туманит разум. Этот мужчина лишает рассудка.

— Пап, у нас тут пожар! — кричит Тимур.

Ярослав разрывает поцелуй, ведет носом по моей щеке.

— Мы тут, вообще-то, тоже горим, — тихо смеется и отпускает меня, уходит к мангалу.

Я трогаю себя за щеки, дышу. Поправляю платье и выхожу из-за машины.

Девчонки сидят у пруда, а Тимур бросает на меня быстрый взгляд и тут же отворачивается, пряча улыбку.

Он мальчик взрослый, наверняка все понял.

Тимур уходит к Кате и Камиле, Ярослав спасает шашлык. Подхожу со спины:

— Не делай так больше, — прошу тихо.

Тот оборачивается, быстро перехватывает меня и явно поддавшись порыву кусает за губу, тут же отпускает.

— Шутишь? — выгибает бровь.

— Я имею в виду — не при детях.

Ярослав зажмуривается, хитро улыбается, стонет:

— Что ты делаешь со мной, солнце?

Я сама как накаленный провод, каждая клеточка тела будто под напряжением, прикоснись — простреливает сразу.

Ухожу от греха подальше, к девчонкам.

— Почему ты не стал врачом? — допытывается Камила у Тимура.

— Ковыряться в человеческих телах, доставать оттуда органы, зашивать, бр-р-р, — кривится сын Ярослава.

— Кла-а-а-асс, — тянет с восхищением Ками.

— Ну а ты куда будешь поступать? — Тимур сидит напротив Кати и толкает своей ногой ее.

Катя перекидывает волосы через плечо.

— Пока не знаю. Мне еще два года учиться. А ты на каком факультете? — смотрит на парня и тут же отводит взгляд.

— На факультете прикладной математики, — Тимур, в отличие от Кати, взгляд не отводит.

Камила громко хмыкает:

— А у Кати как раз все отлично с математикой, да, Катюх? — легонько кусает ее, намекая на Виолетту.

Катя зыркает на сестру, но не отвечает на колкость, вместо этого снова смотрит на Тимура:

— А ты где живешь?

— В столице.

— Круто.

К ним подходит Ярослав, тема разговора меняется. Едим шашлык, купаемся, проводим день спокойно и расслабленно.

Камила периодически дергает Катю, та иногда огрызается, иногда игнорирует сестру. Я не вмешиваюсь.

Возвращаемся. Дети расходятся по домам, а мы с Ярославом остаемся у машины.

Он тянется ко мне, но я его торможу.

— Нельзя. Не тут.

Ярослав поднимает глаза к небу, стонет:

— М-м-м, ты режешь меня без ножа, солнце.

— Прости. И спасибо за сегодняшний день, — чмокаю его быстро на прощание, убегаю.

Тимур уезжает на следующий день, утром.

Ближе к вечеру приезжает Андрей. Серый, заросший, уставший.

— Мам, а можно я к папе с ночевкой поеду? — спрашивает Ками.

— Уверена?

— Ага, — она переводит взгляд на сестру, та неуверенно улыбается.

— Если ты так хочешь, Ками.

Девочки укладывают вещи в машину, Андрей смотрит на них.

— У тебя все в порядке? — спрашиваю его.

Бывший муж поворачивается ко мне, вздыхает с какой-то безнадегой во взгляде.

— У меня все отлично, Оля, — криво улыбается. — Разве не видно?

— Не видно, Андрей, — решаю не играть в эти игры.

Он отворачивается от меня и снова смотрит на девочек, которые болтают в машине.

— Я привезу Камилу завтра. Тебе не стоит переживать, все будет хорошо, — произносит безэмоционально и уезжает.

Я же взглядом провожаю его машину.

Переживаю.

Как все пройдет?

Вечером переписываемся с Ярославом. Флиртуем, ходим по острию.

Ночью ворочаюсь, не могу уснуть.

Выхожу на кухню, попить воды и выглядываю в окно.

В доме у Ярослава слабо горит свет, скорее всего от телевизора.

Делаю большой глоток воды, судорожно выдыхаю и открываю дверь, тихо ухожу.

Как шпион, крадусь по огороду — через дыру в заборе к дому Ярослава. Тихо поднимаюсь на крыльцо, по-кошачьи осторожно скребусь в дверь.

Дверь открывается, меня оплетают руками за талию и затягивают внутрь.