Глава 56

Дмитрий

С нетерпением поднимаемся на лифте. Зоя льнет ко мне под руку, обнимается. Такая ласковая, замурчательная и жутко неудовлетворенная беременяшка. На ее плечах — мой пиджак. Свою женщину застолбить хочется всеми признаками, какие только возможны. И мой пиджак, и наши объятия — все кричит, что это моя женщина!

Не хватает только обручального кольца на пальце! Я дикие комплексы по этому поводу испытываю, просто дичайшие.

Кажется, я даже в прошлом так сильно не хотел застолбить свою маленькую и забрать ее у родителей, как хочу сейчас снова присвоить.

После всего, что было. После всех гнусных сплетен и слухов.

В особенности после них торжественно поднять флаг нашего счастья и смотреть на вытянутые рожи тех, кто был рад, что наша семья похеренной оказалась. А ведь таких оказалось немало. Крепкие браки, в которых супруги друг друга любят и не изменяют, большая редкость. Счастливые семьи, еще большая редкость, а мы успешные и красивые, любили друг друга, слишком ярко цвели, слишком много завистников собрали.

Это только потом я узнал, как много добровольцев о наших отношениях делились с завистью, когда Пономаренко и его люди вынюхивали о нас.

— Вот и номер.

— Шикарный.

— Шампанское хочешь? А фрукты? Сливки? Шоколад?

— Митя, какое шампанское? Я на большом сроке.

— Никто не помешает тебе счастливо бахнуть пробкой в потолок и никто не помешает мне слизывать игристое вино с тебя! — подталкиваю Зою к кровати.

Немедленно!

На самом деле шампанское я уже заказал, подадут с минуты на минуту. Красиво чокнуться и налакаться с тела жены — это прямо в центр мишени! В центр моей одержимости.

— Платье новое закажу, так что не пищи! — предупреждаю, рвану за ворот обеими руками.

— Зверюга! — ахает Зоя под треск разрываемой ткани.

Нас прерывает стук в дверь. Отхожу только затем, чтобы взять шампанское и повесить на дверь табличку: не беспокоить.

— Сюда иди!

Я снова припадаю к жене, накрываю ее рот, целя, продолжая зверствовать над ее платьем.

С мясом выдираю замочек на спине, спуская рукава по плечам, целуя обнажившуюся светлую кожу.

— Мить… Митя! — захлебывается стонами и восторгом Зоя.

Порванное на тряпки платье опускается к ее ногам.

Туда же отправляются разорванные трусики.

— Про белье уговора не было! Дима… Ты знаешь, знаешь, сколько я на эти трусики потратила? — причитает.

— Меньше, чем я собираюсь на тебя тратить! Молчи, женщина. Или снова с членом во рту окажешься.

— Тиран, — возмущенно отталкивает меня и сама же за галстук меня к себе притягивает.

Я ласкаю пальцами припухший бугорок клитора, двигаю пальцами ниже, прекрасно зная, что моя маленькая еще в машине потекла. Ее соками там пахло на весь салон. Я только чудом сдержался, чтобы еще раз не притормозить и не начать трахать такую сочную конфетку.

— Ох, какая… Баловалась с игрушками, пока меня не было?

— Да.

— Дилдо справлялся?

— Неплохо, — мурлыкает, нарочно меня дразня.

Знает, как завести, на какие кнопочки давить и заставить меня ревновать одержимо, беситься на ровном месте. Блять, заводит… Я дымлю в штанах.

— Ах, неплохо, значит, — шлепаю по заднице и разворачиваю, нагнув над кроватью. — А вот так он может?

Я быстро спускаю брюки с трусами, член давно по стойке смирно, захлебывается в смазке от вида Зои, прогнувшейся, как надо, охуительно сочной, мокрой, раскрытой от желания.

Вожу головкой по мокрым складочкам, приникая к розовой щелочке, принимающей меня с дрожью.

— Пока все сходится… — шепчет, задыхаясь, Зоя, провоцируя меня.

— И вот так он тоже может?

Сжимаю пальцами грудь, начиная мять соски по очереди.

— Аааа…. Нет-нет… Такой функции у него нет! — признает поражение.

— А такой? — оставляю россыпь поцелуев на плечах и спине.

— Нее-е-ет… — стонет Зоя, стискивая мой член ритмично.

— Может быть, он умеет твой сладкий клитор мять до искр так, что тебе выть хочется?

Не только говорю, но сразу же наглядно демонстрирую, и Зоя плывет, качается, сама бедрами на хуй насаживается, принимая и принимая. Блять, как жмет… Яйца счастливо поджимаются, звенят, как колокола…

— И попку подразнить может?

Веду мокрыми пальцами к тугой звездочке ануса, нажимая.

Стоны Зои становятся громче и требовательнее.

— Боже, нет… Митя, нет… Да… Еще…

— Так нет или да? Нет или да?

Врезаюсь в тугое лоно с оттяжкой, кайфуя, задерживаясь, снова беру разгон и вонзаюсь так, что в собственной башке звенеть начинает!

— Да, Митя. Еще… Да… Я так по тебе скучала!

Как приятно…

Стоны и покрикивания Зои звучат, как музыка, для моих ушей.

Я меняю темп, теперь трахаю быстрыми и неглубокими толчками, ебусь, как кролик, который сходит с ума по своей крольчихе. Между нами течет, бедра Зои мокрые, до колен протянулись капли щедрой смазки. Член ходит в ней словно по маслу, стискиваемый стеночками влагалища.

Тела звонко шлепаются.

— Сочно ебемся, маленькая… Блять, как вкусно… Это того стоило, да? Бля… — ускоряюсь.

Зоя выстреливает оргазмом на мгновение раньше меня и успевает еще раз нагнать в самом финише, когда я добиваю в нее остатки спермы и потрахиваю попку двумя пальцами.

— Боже… Я все… — стонет Зоя.

Она отползает по кровати и растягивается на ней, улегшись на бок, улыбается мне счастливо. Сияет. Солнышко мое ясное… Аж на слезу за грудиной прошибает. Глаза сухие, а сердце ревет от счастья. Просто быть с ней рядом.

— Тебе все еще хочется зажать между ног одеяло и потереться об него хорошенько?

— Да ты издеваешься… — хохочет, прячет смущенное лицо в изгиб локтя. — Все, больше не напоминай.

— Бедное одеяло. Уверен, ты его уже трахнула разочек… Или другой… Так мне к одеялу и дилдо ревновать надо, что ли?

— А ты ревновал? Ревнуешь?

— С ума схожу, — признаюсь честно, упав рядом с Зоей. — Разлука сводит меня с ума. Я отвлекаюсь на работу и ремонт, но стоит остаться один на один со своими мыслями, как я начинаю думать о тебе и не могу успокоиться… Знаю, что вокруг тебя толпы мужчин, и мы видимся редко. Слишком редко!

— Митя, Паша сказал, что у меня семимесячная противоугонка стоит, ну ты чего… — доверчиво приникает и льнет к моему плечу.

— А ты в курсе, что противоугонки — это всего лишь отпугивающий маневр для лошком всяких, но настоящий вызов для искушенных и просто… Просто, блять, двинутых! Недавно в одной компании сидели, с разработчиками… Просто выпивали, поздно в офисе, в мужской компании. Разговор на баб перешел и один сболтнул, мол, беременную бы трахнул, на сроке, с животом. Я, блять, сам не понял, как отмудохал его. Мирослав меня еле оттащил, — признаюсь неохотно. — И как тут не думать, а?

— Дурак. Надеюсь, этот инцидент не повредил тебе серьезно?

— Замяли, не переживай, мол, по пьяной лавочке, и все такое… Но ведь сомнения и страхи внутри меня. Не снаружи… Все внутри, Зоя. И этого слишком много копится, когда на расстоянии находишься. Слишком много. Я снова семью вернуть хочу. Полным составом, а теперь еще и с прибавлением… — поцеловал мой живот. — Только так.

— Какой ремонт ты затеял? Несколько раз сболтнул.

— Да уж, шпион из меня дерьмовый, признаюсь.

— Кажется, мы договорились, что ты продашь дом, — застывает Зоя.

— Не могу. Рука не поднимается. Я же знаю, как ты этот дом любишь.

— Любила, — упрямится. — Больше нет.

— А я попрошу тебя не делать поспешных выводов. Простой дай мне еще немного времени, я завершу задуманное, и ты оценишь. Понравится — отлично. Не понравится — продадим, к чертовой бабушке. Но зато я буду спокоен, что попытался. А теперь хватит лежать. В ванной комнате большое джакузи, а у нас давно не было секс-водных процедур! Пора наверстывать упущенное!