Глава 17

Дмитрий откладывает вилку и обращается к Антону через весь стол. Его голос звучит громко и чётко в наступившей вдруг тишине. — Генерал Ветров, позвольте вернуться к одному вопросу. По объекту «Спорткомплекс-М». Нами обнаружены платёжные поручения на субподрядные работы. Фирмы-субподрядчики… интересный момент. Одна из них, ООО «ТехноСтрой», согласно ЕГРЮЛ, ликвидирована за год до даты платежа. Как вы это прокомментируете? В зале воцаряется мёртвая тишина. Даже звон ложек о тарелки прекращается. Все смотрят на Антона. Он медленно ставит бокал побелевшими от напряжения пальцами. Ещё немного и стекло треснет в его руках или разлетится на осколки. — Очевидно, техническая ошибка в документации, — отвечает с металлическими нотками в голосе. Нужно отдать должное, держится он на высоте. Я закрываю глаза. Даже смотреть на Ветрова страшно. Дмитрий не успокаивается, хотя прекрасно знает, что не имеет права задавать такие вопросы при посторонних. Рискует? Словно тёплая ладонь прошлась по напряжённой спине. Легко понять ради кого. — Ошибка на сумму в пятнадцать миллионов? — мягко уточняет он. — Любопытная ошибка. Мы, конечно, запросим пояснения у вашего финансового отдела. И у подрядчика. Кстати, где можно найти директора ООО «СтройГарант-Плюс»? Хотелось бы с ним пообщаться. — Он в командировке, — мгновенно парирует Антон. — В отдалённом регионе. Связь затруднена. — Как неудобно, — говорит Дмитрий, и в уголках его губ играет что-то, отдалённо напоминающее улыбку. — Но мы подождём. У прокуратуры, как и у правосудия, времени много. Это открытая угроза. Завуалированная, но абсолютно понятная каждому в зале. Антон чувствует её. Он бледнеет. Его уверенность первый раз за день даёт трещину, и сквозь неё проглядывает животный, панический страх. Не ожидал, что копнут так глубоко и так быстро. Он вскидывается. — Полковник, я считаю, тон ваших вопросов выходит за рамки профессиональной этики! Это ужин, а не допрос! — Вы абсолютно правы, генерал, — Дмитрий наклоняет голову в знак согласия, но его глаза по-прежнему холодны. — Прошу прощения. Просто, когда видишь такие вопиющие несоответствия…Но продолжим ужин. Десерт, кажется, великолепен. Он отламывает кусочек торта, словно ничего не произошло. Но напряжение в зале уже не разрядить. Последние минуты ужина проходят в гробовом молчании. Теперь все знают о примерных масштабах воровства в гарнизоне. Каждый может прикинуть, что на эти деньги могло быть построено. У каждого есть собственные желания, представление, на что могли пойти эти деньги и, возможно, украдена именно его мечта. Я могу выдохнуть. Теперь меня не отправить просто так в психушку. Большая половина офицеров, а тем более их жён, на моей стороне. Антон старается сохранить лицо, Провожая комиссию к выходу, но его рукопожатие с Дмитрием длится дольше положенного. Он явно пытался показать силу крепким пожатием. Не сработало. Прокурор даже не изменился в лице. Я, с трудом сдерживая улыбку, стою немного в стороне, как положено хозяйке. Дмитрий, проходя мимо, на секунду задерживается рядом. — Благодарю за гостеприимство, Вероника Викторовна. Ваш отдел образцово подготовил документы. Это облегчит нашу работу. — Всегда рада помочь закону, полковник, — отвечаю официально, а в глазах благодарность. Теперь понимаю, почему комиссия задержалась на вечер. Он кивает и уходит. Его помощники следуют за ним. Едва дверь закрывается за последним из проверяющих, Антон резко разворачивается ко мне. Тёмные глаза горят яростью. — Довольна?! — шипит он так, чтобы не слышали остающиеся в зале офицеры. — Навела на меня своих кобелей? Думаешь, он тебе поможет? Он использует тебя и выбросит, как до этого использовал всех! Мне не страшно. Хочется рассмеяться, но на душе слишком горько. Ветров судит людей по себе, считая нас с Димой любовниками. Он думает удивить меня или расстроить? До сих пор так и не понял, что я готова на всё, лишь бы обрести свободу и уйти от него вместе с сыном. — Я ни на кого не «наводила», Антон, — отвечаю спокойно. — Прокуратура приехала по факту нарушений. Может, тебе стоит меньше кричать на меня, а больше думать, как объяснять людям в погонах, куда делись выделенные гарнизону миллионы? Я разворачиваюсь и ухожу, оставляя его одного посреди опустевшего, пропахшего едой и страхом зала. На улице холодно. Мороз щиплет щёки. Я иду к своей машине, кутаясь в пушистый воротник пальто. Из тени у служебного входа выходит фигура. Вздрагиваю от страха и неожиданности. Ответом Антона может стать, что угодно. Нервы не к чёрту, но это — один из помощников Дмитрия, молодой капитан. — Вероника Викторовна, — говорит очень тихо. — Полковник просил передать… — Он суёт мне в руку маленький, плотный конверт. — И попросил вас быть очень осторожной. Он растворяется в темноте так же быстро, как и появился. Я сажусь в машину, блокирую двери. При свете салонного плафона вскрываю конверт. В нём — не документы. А ключ. Электронный ключ от номера в гостинице «Заря», что на выезде из города. И записка с одним словом и цифрами, написанными знакомым почерком: «Завтра. 13:00». И внизу, уже напечатанное: «Принеси всё, что найдёшь на фирму «Вектор-Инвест»». Я смотрю на ключ, переваривая то, что прочла. «Вектор-Инвест»… Я никогда не слышала о такой фирме и не видела в документах гарнизона. Значит, копают ещё глубже. И Дмитрий доверяет мне это. Шанс узнать, кто стоит за Антоном? Надеюсь, игра входит в решающую фазу. Чувствую, что долго не продержусь в таком напряжение. Мучительно остро хочется оказаться на солнечном пляже пусть даже Вьетнама. Я завожу машину и выезжаю на тёмную дорогу. В зеркале заднего вида вижу, как у подъезда Дома офицеров появляется Антон. Он стоит один, освещённый жёлтым светом фонаря, и смотрит вслед моей машине. Его фигура больше не кажется мне такой уж громадной и всесильной. Она кажется… одинокой. И с недавних пор у меня нет к нему жалости. Я очень устала за этот день. Выжата, как лимон. Мучительно остро хочется оказаться на солнечном пляже пусть даже Вьетнама. Обещаю себе, когда всё закончится, уехать к морю на отдых. Вернувшись к маме, вхожу в комнату спящего Артёма. Целую с осторожной нежностью высокий лоб, бесшумно иду в гостиную и сажусь за ноутбук. В базе данных нашего гарнизона «Вектор-Инвест» не числится. Я начинаю искать через внешние источники. И нахожу. Это небольшой инвестиционный фонд, зарегистрированный в Москве. И среди его учредителей… я замираю, вглядываясь в экран. Среди учредителей, владеющих долей, мелькает фамилия, которую я видела совсем недавно. В служебной записке Антона о премировании. Это фамилия его старого друга, ныне — очень крупного чиновника в одном из силовых ведомств. Антон не просто воровал. Он создал целую схему откатов, уходящую на самый верх. И Дмитрий это знает. Значит, рано надеяться, что всё скоро закончится и для этого хватит собранного мной компромата.