Глава 5. Моя подпись

Глава 5. Моя подпись

Перед поездкой мы укладываем Мишу в автолюльку. Нина три раза проверяет ремни и спрашивает, не слишком ли туго.

— Нормально, — говорю я. — В роддоме показывали.

Я знаю хотя бы это. Могу правильно пристегнуть своего ребёнка. Могу взять воду и пелёнку. Могу приехать в дом, из которого меня выгнали, и не забыть список.

У ворот нас встречает Ксюша. На ней спортивный костюм, который я заказывала ей к прошлому дню рождения. Она смотрит сначала на Нину, потом на автолюльку.

— Зачем ребёнка привезла?

— Он живёт со мной.

— Паша говорил, всё приготовил. Я тебе вынесу.

— Я войду сама.

Сестра не двигается. Я достаю ключи, и это помогает лучше любого спора. Ксюша отступает.

В прихожей пахнет кофе. На зеркале всё ещё наклеена бумажная звезда — осталось после Нового года. Я тянусь снять её и одёргиваю руку. Приехала не убирать.

Нина ставит автолюльку в гостиной и остаётся рядом. Я иду в кабинет.

На столе коробки. Мои книги сложены вперемешку с проводами. Папка «Личное» лежит сверху, как и обещал Павел. Рядом мой диплом, который я получила заочно через несколько лет после того, как бросила очное. В фотографии с вручения Ксюша улыбается шире меня.

Сажусь, открываю список на телефоне. Паспорт квартиры. Договор продажи. Банковские бумаги. Доверенность. Свидетельства.

Папка стала тоньше.

— Где договор на участок? — спрашиваю у сестры.

Она стоит в дверях, опершись о косяк.

— Он не твой. Зачем тебе?

— Я хочу увидеть документы на дом, который оплатила.

— У Паши спроси.

Набираю его. Отвечает после третьего гудка.

— Ты уже там? Я думал позже. Еду.

— Где документы?

— Всё в папке.

— Не всё.

— Ира, не ройся в чужих вещах. Дождись меня.

Чужих. Ещё одно новое слово.

Отключаюсь и фотографирую содержимое папки прямо на столе. Ксюша раздражённо вздыхает.

— Ты специально показываешь Нине, какая я плохая?

— Нина сидит с ребёнком.

— Она всё равно слышит.

— Тогда говори то, за что тебе не будет стыдно.

Сестра краснеет. Я знаю это покраснение. Так она злилась, когда я находила спрятанные школьные дневники.

— Ты всегда так. Как будто имеешь право меня воспитывать.

— Я не воспитываю. Я собираю свои вещи.

Она уходит. Из кухни доносится звон посуды.

Нахожу старую тетрадь со сметами. Внутри вырезка из журнала — дом с террасой. Два года я хранила её как обещание. Переворачиваю на чистую сторону и записываю, чего не хватает. Рукам нужно занятие.

Павел приезжает через двадцать минут. Снимает ботинки, целует Ксюшу в висок и только потом замечает Нину.

— Здравствуйте. Ну что, нашли?

Он смотрит в автолюльку. Миша не спит, следит глазами за светлым пятном на потолке.

— На меня похож, — говорит Паша.

— Ему неделя, — отвечает Нина.

Муж проходит в кабинет. Я не встаю.

— Мне нужны копии всех документов по оформлению дома.

— Юристы надоумили?

— Мне нужны копии.

Он выдвигает ящик и достаёт вторую папку. Тонкую, с новой застёжкой. Кладёт рядом, но придерживает ладонью.

— Сразу говорю: не надо делать из этого драму. Мы были семьёй. Помогали друг другу. Ксюша тоже не с улицы.

— Убери руку.

Паша медленно отнимает ладонь.

В папке выписка с фамилией сестры. План дома. Несколько листов, связанных со стройкой. Я фотографирую, не успевая понять каждую строчку. Пусть смотрит человек, который умеет.

— Ты когда собирался переоформлять? — спрашиваю.

— Жизнь изменилась.

— Не сама. Ты её изменил.

Он откидывается на спинку стула.

— Хорошо. Я плохой. Дальше что? Дом зарегистрирован. Ты знала, на кого. Деньги переводила добровольно. Не надо теперь рассказывать, что тебя заставляли.

В коридоре появляется Ксюша. Она держит стакан воды обеими руками.

— Паш, у меня голова болит.

— Сейчас, — говорит он ей совсем другим голосом.

Меня вдруг перестаёт трясти. Не потому, что боль прошла. Просто все сомнения заканчиваются в одной точке. Я больше не могу объяснить его поведение усталостью, испугом, сложным периодом. Он выбирает, кому быть внимательным.

Закрываю папку, но замечаю ещё один лист, подшитый в конце. На первой строке моё имя.

— Это что?

Павел смотрит на Ксюшу. Быстро, почти незаметно. Но я вижу.

— Основание перевода средств. Чтобы потом никто ничего не придумывал.

Достаю лист. Ксерокопия. Вверху слова «договор дарения денежных средств». Ниже наши с сестрой имена. Сумма — семь миллионов двести тысяч рублей.

Я читаю первую страницу, потом вторую. На последней стоит подпись.

Моя.

Наклоняюсь ближе. Вот длинная петля, которую вывожу с девятого класса. Вот короткая черта под фамилией. Я столько раз ставила её на накладных, заявлениях, договорах.

— Я этого не подписывала.

— Ир, ну не начинай, — говорит муж. — Ты сама хотела помочь сестре.

Перевожу взгляд на дату.

В этот день я лежала в роддоме. Утром мне надели на руку белый браслет. Через несколько часов родился Миша.

Поднимаю голову.

— Паша. Откуда здесь моя подпись?