Глава 24

Неделя пролетела в бешеном ритме. Дни сливались в один бесконечный марафон переговоров, совещаний, разборов документов и принятия решений. Я приезжала в офис к восьми утра и уезжала далеко за полночь. Дома только переодеться, пару часов сна, снова в офис. Команда, которую прислал Волков, оказалась действительно профессиональной. Трое аудиторов и два юриста работали не покладая рук, методично разбирая завалы бумаг, выстраивая прозрачную картину финансового состояния компании. То, что мы с Алексеем разгребали бы месяцами, они систематизировали за неделю. Но самым частым гостем в офисе стал сам Волков. Он появлялся каждый день – иногда утром, иногда вечером, иногда заезжал на пару часов днём. Формально – чтобы быть в курсе дел, обсудить стратегические решения, познакомиться с ключевыми сотрудниками. Но я чувствовала, что причина была не только в этом. Я относилась к его присутствию как к чему-то неизбежному. Он совладелец, мажоритарный акционер. Имеет полное право появляться когда угодно. Я не могла запретить ему приходить, не могла выставить за дверь. Поэтому просто принимала как данность, как часть новой реальности. Но было трудно не заметить, что он ведёт себя… иначе. Небольшие знаки внимания, которые можно было бы списать на вежливость, если бы не их регулярность. Утренний кофе из моей любимой кофейни – он как-то узнал, где я раньше его покупала, и теперь каждое утро на моём столе появлялся высокий стакан с правильной пропорцией эспрессо и молока. Цветы в вазе на подоконнике – скромные, элегантные белые розы, которые меняли каждые три дня. Ужины, которые он заказывал «случайно», «раз уж всё равно мимо проезжал». И взгляды. Долгие, внимательные, задумчивые взгляды, которые я ловила на себе всё чаще. Он смотрел не как акционер на исполнительного директора. Он смотрел как мужчина на женщину. Я делала вид, что не замечаю. Уходила в работу с головой, строила стену из деловых отношений, профессиональной отстранённости. Но стена получалась хрупкой, и он это чувствовал. Понедельник начался с важных переговоров. Потенциальный новый клиент – крупная торговая сеть, которая искала логистического партнёра для своих региональных поставок. Контракт на год, стабильные объёмы, хорошая прибыль. Именно то, что нам было нужно. Встреча была назначена на десять утра. Я приехала в офис в половине восьмого, чтобы ещё раз проработать презентацию, проверить цифры, подготовить ответы на возможные возражения. – Мам, ты нервничаешь, – Алексей заглянул в кабинет с двумя стаканами кофе. Протянул один мне. – Я тебя такой не видел лет десять. Со времён тендера на городской контракт. Я взяла кофе, сделала глоток. Горячий, крепкий, с горчинкой. – Много поставлено на кон, – призналась я. – Если получим этот контракт, появится реальный денежный поток. Если нет… – Получим, – уверенно сказал он. – Ты же Марина Орлова. Ты умеешь убеждать. В десять ровно в переговорной появились представители торговой сети. Трое мужчин – генеральный директор, коммерческий директор и главный логист. Я встретила их с профессиональной улыбкой, пожала руки, предложила присесть. – Благодарим за приглашение, – генеральный директор, грузный мужчина лет пятидесяти с проницательными глазами, устроился в кресле. – Марина Витальевна, мы много слышали о вашей компании. Но, если честно, последние события вызывают вопросы. Смена руководства, уход бывшего директора… Это настораживает. Я была готова к этому вопросу. – Понимаю ваши опасения, – кивнула я. – Да, компания переживает период трансформации. Но именно поэтому сейчас – лучшее время для начала сотрудничества. Старое руководство вело бизнес по инерции. Мы же возвращаемся к основам, к качеству сервиса, прозрачности работы, индивидуальному подходу к каждому клиенту. Я открыла презентацию на большом экране. – Позвольте показать, что мы можем вам предложить. Следующий час я провела в режиме полной концентрации. Рассказывала о наших возможностях, показывала цифры, приводила примеры успешных кейсов из прошлого, когда компания ещё работала честно. Отвечала на вопросы, их было много, жёстких, проверяющих на прочность. Коммерческий директор был особенно дотошным: – А как вы планируете обеспечить стабильность поставок? У вас сейчас, насколько мы знаем, проблемы. – Проблемы решаются, – ответила я спокойно. – В компанию пришёл новый инвестор, Семён Игоревич Волков. Возможно, вы о нём слышали. Я видела, как они переглянулись. Конечно, слышали. Имя Волкова в деловых кругах значило многое. – Финансирование обеспечено, – продолжила я. – Более того, мы готовы предоставить банковскую гарантию на первые три месяца работы. Как подтверждение нашей серьёзности. Это был козырь, который мы с Волковым обсуждали вчера. Банковская гарантия – серьёзное обязательство, которое не каждая компания может себе позволить. Но мы могли. Точнее, Волков мог. Главный логист, до этого молчавший, наклонился вперёд: – Марина Витальевна, я работаю в этой сфере двадцать лет. И я помню, как ваша компания начиналась. Вы и ваш муж создали её с нуля, превратили в одного из лидеров рынка. Потом вы ушли. И компания начала скатываться. Медленно, но верно. Я рад, что вы вернулись. Я почувствовала, как что-то тёплое разлилось в груди. Признание от профессионала. От человека, который видел всю историю изнутри. – Спасибо, – сказала я искренне. – Я постараюсь оправдать ваше доверие. Генеральный директор посмотрел на своих коллег, те кивнули. Он повернулся ко мне: – Хорошо. Мы готовы работать. Но с испытательным сроком – три месяца. Если всё пойдёт гладко, продлеваем до года с возможностью пролонгации. – Согласна, – я протянула руку. Мы обменялись рукопожатиями. Алексей, сидевший рядом со мной, едва сдерживал улыбку. Когда гости ушли, я опустилась в кресло, закрыла глаза. Руки дрожали от напряжения, которое я сдерживала весь час. – Мам, это было потрясающе, – Алексей присел на край стола. – Ты их полностью убедила. Особенно момент с банковской гарантией. – Волков рискует, – заметила я, открывая глаза. – Если мы облажаемся в первые три месяца, он потеряет деньги. – Не облажаемся, – уверенно сказал Алексей. – У нас теперь есть реальный контракт. Реальный клиент. Это начало. Да. Это было начало. Первый кирпичик в восстановлении компании. Маленький, но важный. Остаток дня прошёл в рутинной работе. Совещание с отделом логистики – обсудили, как будем выполнять новый контракт, какие ресурсы потребуются, кого нужно нанять дополнительно. Встреча с главным бухгалтером – разобрали очередную пачку старых счетов, решили, какие долги закрывать в первую очередь. К семи вечера я чувствовала себя выжатым лимоном. Голова гудела, спина ныла от долгого сидения, глаза слезились от монитора. В дверь постучали. Я подняла голову, ожидая увидеть Галину Михайловну с очередной папкой документов. Но в дверях стоял Волков. – Добрый вечер, – он вошёл, в руках держал знакомые пакеты из ресторана. – Снова засиделись? – Работы много, – я откинулась в кресле. – Что-то случилось? Он поставил пакеты на стол, достал контейнеры, начал раскладывать еду. Сегодня пахло чем-то азиатским: имбирём, соевым соусом, кунжутом. – Есть новости, – сказал он, садясь напротив. – О моей дочери и вашем бывшем муже. Я выпрямилась, вся во внимание. – Они засветились в Европе. В Италии, если точнее. Снимали номер в отеле на озере Комо под чужими именами. Но мои люди их вычислили. – И? – И не успели, – в его голосе прозвучало разочарование. – Они выехали из гостиницы за день до прибытия моих людей в страну. Будто кто-то их предупредил. Он сжал губы, и я увидела, как напряглись мышцы на его скулах. – Виктор не дурак. Он понимает, что я буду искать. Наверняка нанял кого-то следить за возможными хвостами. Но рано или поздно они ошибутся. И тогда… Он не договорил, но я поняла. Тогда Волков их настигнет. И расплата будет жестокой. – Когда найдёте, – напомнила я, – мне нужна подпись Виктора. На документах об опеке над Аней. – Помню, – кивнул он. – Он подпишет всё, что нужно. Это я гарантирую. Мы поели молча. Я была голодна, но еда словно застревала в горле. Мысль о том, что Виктор где-то там, на другом конце Европы, прячется как крыса, вызывала странное чувство. Не злость. Не обиду. Что-то другое. Презрение, смешанное с жалостью. – Марина Витальевна, – Волков отложил палочки, посмотрел на меня серьёзно. – Сколько можно так работать? По шестнадцать часов в сутки, ужины на бегу, в офисе. Я приглашаю вас завтра поужинать нормально. В ресторане. Как подобает. Я замерла, глядя на него. Вот оно. То, чего я ждала и боялась одновременно. – Семён Игоревич, – начала я осторожно, подбирая слова. – Мы временные партнёры. Деловые партнёры. У нас контракт на год. И большего между нами не может быть. Он не удивился. Не обиделся. Просто продолжал смотреть на меня спокойно, внимательно. – Это всего лишь ужин, – сказал он мягко. – Нормальная еда, в нормальной обстановке. Без документов, без цифр. Просто ужин двух людей, которые устали от работы. – Нет, – я покачала головой. – Извините, но нет. Пауза. Он не настаивал. Не давил. Просто кивнул, принимая мой отказ. – Хорошо, – согласился он спокойно. – Как скажете. Но тогда придётся снова заказывать в офис. Потому что голодной я вас не оставлю. Это непрактично – голодный директор принимает плохие решения. В его тоне была лёгкая ирония, но не обида. Он не обиделся на отказ. Просто принял к сведению и вернулся к прежней тактике. Мы доели. Волков убрал контейнеры, достал свой планшет. – Раз уж мы здесь, давайте обсудим финансирование на следующий месяц. Новый контракт потребует дополнительных вложений. Нужно закупить оборудование, нанять водителей, арендовать склад… Мы работали до одиннадцати. Он задавал вопросы, я отвечала, показывала расчёты, объясняла логику решений. Он слушал внимательно, иногда кивал, иногда предлагал альтернативные варианты. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что работать с ним… комфортно. Он понимал с полуслова, не требовал разжёвывать очевидные вещи, доверял моим профессиональным решениям. Не пытался навязать своё мнение, но и не соглашался слепо со всем подряд. Задавал правильные вопросы, которые заставляли меня думать глубже. Это было непривычно. Виктор всегда либо спорил до хрипоты, отстаивая своё видение, либо полностью устранялся, перекладывая решения на меня. Золотой середины не было. А с Волковым была. И это настораживало. В одиннадцать я закрыла ноутбук, потёрла уставшие глаза. – На сегодня всё. – Поздно, – согласился он, поднимаясь. – Вам нужно отдыхать больше. Организм не железный. – Знаю, – вздохнула я, собирая вещи. – Но по-другому пока не получается. Мы спустились вниз. Петрович, ночной охранник, уже дремал на своём посту. Проснулся, когда услышал наши шаги. – Доброй ночи, – буркнул он сонно. На улице было холодно. Ноябрь вступал в свои права – промозглый ветер, мелкий дождь, который не шёл, а висел в воздухе. Я поёжилась, запахивая пальто. У обочины стояли две машины. Моя, с Дмитрием, и внедорожник Волкова. Он проводил меня до моей машины, подождал, пока Дмитрий откроет дверь. – Спокойной ночи, Марина Витальевна, – сказал он, задержавшись у открытой двери. – И постарайтесь выспаться. Завтра снова тяжёлый день. – Спокойной ночи, – ответила я, садясь в машину. Дмитрий закрыл дверь, обошёл, сел за руль. Машина тронулась. В зеркале заднего вида я видела, как Волков стоит на мокром тротуаре, провожая нас взглядом. Потом повернулся к своей машине. – Домой, Марина Витальевна? – спросил Дмитрий. – Домой. Город проплывал за окном – мокрые улицы, размытые огни фонарей, редкие прохожие под зонтами. Я откинулась на спинку сиденья, закрыла глаза. Волков ухаживал. Это было очевидно. Цветы, кофе, ужины, внимательные взгляды, попытки пригласить в ресторан. Классические признаки мужского интереса. Но почему? Что он видел во мне – уставшей женщине сорока шести лет, с кругами под глазами от недосыпа, в мятом деловом костюме, которая живёт в офисе? Я не была молодой красоткой вроде его дочери. Не была яркой, соблазнительной, интересной. Я была просто… собой. Деловой женщиной, которая работает по шестнадцать часов в сутки, пытаясь спасти свою семью. Что в этом привлекательного? Я не знала. И, честно говоря, не хотела знать. Потому что любой ответ был опасным. Волков был не просто мужчиной. Он был акционером. Партнёром. Человеком, от которого зависело моё будущее. Нельзя было смешивать личное и деловое. Нельзя. Я уже наступала на эти грабли. Двадцать шесть лет назад влюбилась в харизматичного студента, вышла за него замуж, связала с ним жизнь и бизнес. И чем это закончилось? Предательством, ложью, разрушенной жизнью. Нет. Больше так не будет. Машина свернула на мою улицу, остановилась у ворот. Дмитрий вышел, открыл мне дверь. Я поблагодарила его кивком, прошла к дому. В холле было темно и тихо. Только тиканье часов на стене да едва слышное гудение холодильника на кухне. Все спали – Лида, Аня, даже Алексей, который обычно засиживался допоздна. Я разделась, прошла на кухню. Налила воды, выпила большими глотками. Потом поднялась на второй этаж. Остановилась у двери комнаты Ани. Тихо приоткрыла. Девочка спала, обнимая свою панду. Ровное дыхание, спокойное лицо. На прикроватной тумбочке стопка новых рисунков – она рисовала каждый день, иногда по несколько штук. Я тихо прикрыла дверь, прошла в свою спальню. Упала на кровать не раздеваясь. Закрыла глаза. Завтра снова офис. Снова переговоры, совещания, документы. Снова Волков с его внимательными взглядами и попытками ухаживания, которые я буду игнорировать. Год. Осталось без малого одиннадцать месяцев. Я выдержу. Должна выдержать. Ради Ани. Ради Алексея. Ради себя самой. Я проваливалась в сон, и последняя мысль была о Волкове. О том, как он сказал «голодной я вас не оставлю». Просто. Буднично. Как само собой разумеющееся. Будто заботиться обо мне было его личной ответственностью. И это пугало больше любых ухаживаний.