Глава 20

У Саши прекрасные динамики в телефоне, потому что я слышу каждое произнесенное Ольгой слово. А это была, конечно же, она. – Саша, ты где? Ты мне очень нужен, – капризно заявляет Ольга. Мне он тоже очень нужен… Но я же не выступаю. Во мне поднимается волна злости, что-то такое темное, о чем я не подозреваю, что могу испытывать. Ревность? Да, похоже. И это так странно, нетипично для меня. Мужа я так никогда не ревновала… Там скорее было оскорбленное достоинство. А здесь, слыша через динамик голос Ольги, мне хочется вцепиться в ее волосы просто потому, что смеет звонить в такой момент. Впрочем, в отношении Саши у меня всегда такое было. Поэтому мне было почти физически больно, когда мы разъехались по разным городам и наши встречи становились все реже и реже. Меня же запоздало накрывает стыдом и чувством вины. Происходит как будто резкое отрезвление. Флёр и эйфория встречи прошла и я осознала, что натворила. Я вспоминаю, что вообще-то у меня муж фактически забрал сына, что у меня предстоит битва впереди, а я тут трахаюсь. Пусть даже с человеком, которого всегда любила. Я даже застонала от нахлынувших эмоций и закрыла лицо подушкой. Заодно, чтобы не слышать, о чем там воркует эта парочка. А Ольга тем не менее продолжает. Я же по-прежнему слышу каждое ее слово, подушка не помогает. Надо будет сказать потом Саше, чтобы слышимость динамиков уменьшил. – Саша, ты так внезапно меня бросил оставил меня совсем одну, без поддержки, в чужом городе. Еще и Якоб пропал, – удивительно, насколько может меняться интонация и голос у некоторых. Такой капризной Ольга мне не показалась при нашем знакомстве. Наоборот, производила впечатление этакой акулы, которая точно знает, чего хочет, и которая сожрет любого ради своих целей и не подавится. – В смысле? Как пропал? – приподнимается повыше на кровати Саша. – Не знаю, не могу его найти. В последний раз я его видела, когда он увлеченно разговаривал с каким-то мужчиной. Потом я отвлекалась и дальше уже потеряла из вида. Ну и в клубе его не оказалось. Я не знаю, что делать, – в трубке слышится всхлип. Я чуть отодвигаю подушку и кошусь на Сашу. Но он сидит с абсолютно невозмутимым лицом. Увидел мой взгляд, улыбнулся краешком губ и дразняще-ласково провел по внутренней стороне бедра. Я фыркаю. – Ты с кем? – слышу я вопрос, заданный изрядно похолодевшим голосом. – А вот это тебя не касается, – отбривает ее Саша. – А по поводу твоего француза – звони в полицию или в консульство, если уж совсем его не найти. У него и телефон не отвечает? Ольга какое-то время молчит. А потом я слышу: – Саша, зачем ты так со мной? Мы же хотели пожениться, – и я к своему ужасу слышу всхлип. Я рванулась с кровати, чтобы встать и выйти, это нужно было сразу сделать, но Саша держит меня за руку. Он успокаивающе гладит меня по руке, по щеке, а в трубку говорит холодным тоном. – Нет, мы, – он выделяет это слово, – не хотели. Этого хотели вы. Ты и твой отец. И я предлагаю обговорить эту ситуацию не по телефону, а при личной встрече сегодня. Ты же все равно живешь у меня, поэтому встретимся. Он молчит, а потом добавляет: – И, Оль, я тебе найду другую квартиру. Или номер в гостинице сниму, но ты сегодня съедешь. Утром я буду у себя, жду тебя там. Он говорит таким тоном, от которого у меня по спине бегут мурашки, и я ёжусь, как будто веет зимним холодом. Я такого тона от него не слышала никогда. И сейчас передо мной сидит не тот мальчик Саша, которого я помню, а мужчина, холодный, расчетливый и прекрасно знающий, чего он хочет. И он отключается. – Саш, а что у тебя с Ольгой? Он некоторое время молчит, собираясь с мыслями, а потом смотрит мне в глаза прямо и честно. – Кудряшка, давай сразу обо всем поговорим. И про то, почему мы расстались. И про то, сколько женщин у меня было, если тебе интересно… – Неинтересно, – торопливо прерываю его я. – Я совсем не хочу знать про других женщин. Но про Ольгу хочу знать, потому что она именно сейчас на тебя имеет явные виды. И ты же понимаешь, что если ты ей дал хоть какую-то надежду, то она просто так не оставит тебя в покое? Саша кивает. – Ты с ней спал? Он снова кивает, не сводя с меня взгляда. – Ну и понятное дело, теперь она считает, как совершенно обычная женщина, что ты обязан на ней жениться, – со смешком комментирую я. – Она может считать, что угодно, я ей сразу обозначил наши отношения и я не давал никаких надежд, – глухо отзывается Саша, молчит и продолжает, нежно коснувшись моего лица. – Ты знаешь, Кудряшка, мне ведь на самом деле никто никогда не был нужен, только ты. Тогда я думал, что смогу без тебя прожить, но все равно невольно всех сравнивал с тобой. И все проигрывали. Я как-то слишком поздно понял, каким дураком был, когда отказался от тебя. И что-то такое отражается в его глазах, какая-то тень прожитой боли, что я подаюсь ему навстречу и обнимаю его за шею. – Если бы ты не уехал тогда… – Если бы я не уехал тогда… – эхом повторил Саша. – … всё могло сложиться бы по-другому, – глухо заканчиваю я фразу. – Да… – С другой стороны, ты добился того, чего хотел, ведь так? – я выжидательно смотрю на него. – Не знаю, Анют. Тогда я действительно хотел добиться выдающихся результатов в дипломатической службе… – А сейчас? – я все так же обнимаю его за шею, утыкаюсь носом в ямочку рядом с ключицей и счастливо соплю. – А сейчас уже не уверен, что хочу этого. Более того, я уже договорился о преподавательской деятельности в Универе. И отпуск этот взял специально, чтобы и о жизни подумать, и решить все вопросы. Он приобнимает меня в ответ, притягивает к себе поближе и утыкается в волосы, вдыхая их аромат. – Как же мне не хватало твоего солнечного аромата, – бормочет он мне в макушку. – Сколько лет мы потратили впустую, м? – Ну, с другой стороны, еще не известно, что было бы с нами, может мы бы возненавидели друг другу. И еще у меня не было бы Егорки, – тоже бормочу я ему куда-то в ключицу, жмурясь от тепла его рук. В это момент раздается звонок. – Вот теперь точно мой, – простонала я и потянулась за телефоном. Мельком кидаю взгляд на экран и тут же напрягаюсь. На экране высвечивается фотография мужа с Егоркой, такими, какими их сфотографировала еще до всех событий, счастливых и смотрящих на меня с широкими улыбками. Что-то случилось, понимаю с ужасом я и дрожащей рукой нажимаю «ответить». – Нюта, – пожалуй, я впервые слышала панику в голосе всегда уверенного в себе Игоря. – Егору плохо.