Глава 34

Семнадцать лет назад Саша так прочно пророс во мне за этот год, что я засыпала и просыпалась с мыслью о нем, хотя он и был от меня почти за тысячу километров. Ну или сколько там между Питером и Москвой? Мы созванивались почти каждый день. А еще писали друг другу. Какое счастье, что есть интернет и мессенджеры! И я, прибегая с лекций, первым делом включала компьютер и ждала заветного сигнала входящего сообщения. Вот и сегодня я, не успев скинуть пальто, только ботинки, бросилась в комнату и загрузила комп. Обычно мы обменивались пожеланиями доброго утра и вечером тоже всегда выходили на связь. Но сегодня мессенджер молчал. Рядом с ником Саши стояла красная точка, подтверждающая, что он не в сети. Наверное, он занимается. У него же такая нагрузка, что он иногда спать не успевает. Я мысленно убеждала себя, успокаивая, что ну не может же он постоянно сидеть и ждать меня. Конечно, у меня плохо получалось и ревность расцветала внутри огненным цветком, подсовывая образы, как он проводит время не за учебой, а с ухоженной москвичкой из хорошей семьи. С полной мне противоположностью и более подходящей Саше по статусу. «Ты сама в это веришь? Саша – не такой!», – удивительно, но мое подсознание спорило со мной, отстаивая и защищая Сашу. Верила ли я? Верила. Но ревность такое явление, которая как коррозия, медленно, но верно разъедает душу, зарождая новое, искривленное видение ситуации… Я решительно прогнала всякие дурные мысли из головы и села за реферат по культурологии. И так увлеклась, что не заметила, как уже наступила почти ночь. Саша так и не написал. Я впервые за долгое время ложилась без его «сладких снов, Кудряшка». Ночь прошла ожидаемо беспокойно. А утром меня в мессенджере замигало входящее сообщение. Я радостно кинулась открывать его и замерла. На меня из чата смотрела красивая девушка. Подумав, что ошиблась и зашла в какой-то другой чат, хоть это и из области фантастики, но вдруг, я вошла в настройки и проверила ник. Нет, все правильно, ник Сашин, чат – тоже, судя по переписке. Но именно из этого чата, под последней записью «целую тебя, Кудряшка», на меня сейчас смотрела ухоженная брюнетка, с голубыми глазами и правильными чертами лица. И именно ее обнимал Саша. Он приобнял ее за талию и что-то говорил ей на ухо, близко-близко, а она, смеясь, смотрела в объектив камеры. И, казалось, что она смотрит прямо на меня. А следом упало сообщение: «Анна, не мешайся под ногами, мы с Сашей счастливы. Ты – прошлое, забудь про него. Я – его настоящее и будущее». Про такие моменты обычно говорят, что как будто облили ушатом ледяной воды. Но нет. На меня обрушился поток кипятка. Настолько мне стало горячо и больно. Я горела. Откуда-то из глубины поднялась волна такого жара, что я покраснела вся, от пяток до макушки. Волна жара была такой силы, что мне стало нечем дышать. Я хватала воздух, как рыба, выброшенная на сушу, схватилась за горло и хрипела, пытаясь восстановить способность дышать. – Анька, ты что? Что случилось? – в комнату ворвалась мама, видимо услышав странные звуки. Я в ответ смогла только мотать головой, не замечая лившихся из глаз слез. Комната поплыла. – Так, а ну-ка, сядь, – твердая рука мамы ухватила меня за плечо и потянула на кровать. – Пей. Я и не заметила, как она метнулась на кухню за водой. Сделала глоток, закашлялась, но это помогло. – Что? – требовательно спросила мама, садясь рядом и обнимая меня за плечи. – Там, – я только и смогла кивнуть на чат. Мама подошла к компьютеру. – И что здесь? Я ничего не понимаю. Я вскочила и бросилась к компьютеру. В чате ничего не было. Ни фотографии, ни сообщения. Я тупо смотрела на монитор и пыталась понять, что это было. Мне что, все привиделось? Или приснилось? Да нет, я же не сумасшедшая. Или все-таки перезанималась и просто увидела свой страх вот таким образом? – Анна, объясни мне, что с тобой, – мама развернула меня к себе лицом и немного встряхнула. – В чате с Сашей появилась фотография, где он обнимает какую-то девицу и еще сообщение, чтобы не путалась под ногами. И судя по всему, как раз эта девица и написала, – я провела ладонью по лицу, как будто стирая следы увиденного. Устало осела на стул. Еще только утро, а я уже устала от этого дня. – И ты думаешь, она тут же все удалила? – уточнила мама. Я кивнула. Сил отвечать не было. – Так… Давай-ка ты не будешь делать преждевременных выводов. Иногда все выглядит не так, как кажется. Задай вопрос Саше. А еще лучше, конечно, вам встретиться. Ваши чаты – это одно, но ты никогда не увидишь глаза человека и его истинных эмоций через монитор, – мама успокаивающе погладила меня по голове, как маленькую. – Ну а если это правда… Знаешь, тогда он дурак и просто не стоит тебя. А если это так, то не нужно за него и держаться. Но я уже не слышала, что мне говорит мама, выхватила только то, что нужно поговорить с Сашей. Развернулась к компьютеру и написала в нашем чате: «Саша, когда ты будешь на связи? Хочу с тобой поговорить». Появившаяся зеленая точка говорила о том, что Саша в сети, прочитал сообщение, а потом… Потом все исчезло. Моего сообщения как будто и не было. Что происходит? Я взяла телефон и набрала смс: «Саша, что происходит? Я тебе пишу в аське, все пропадает. А еще появляются странные сообщения от тебя и фотографии». Я сжала телефон в ожидании ответа. Он молчал. – Анька, быстро на кухню, завтракать. У тебя какие сегодня лекции и во сколько? – мама, уже успевшая выйти, опять заглянула в комнату и строго на меня нахмурилась. – Культурология, история, английский. Мне ко второй. Завтракать я не хочу, – односложно ответила я, внутренне умирая каждую секунду от молчавшего телефона. – Да я не спрашиваю, хочешь или нет. Марш на кухню. И пока не поешь, никуда не поедешь, – строго сказала мама и скрылась. Телефон по-прежнему молчал. Он ожил трелью, когда я уже взялась за ручку двери. – Ань, привет. Прости, но я ничего не понял из того, что ты написала, – голос Саши был каким-то глухим и усталым. А я так рада была его слышать, что просто молча улыбалась. – Ань? Ты чего молчишь? – Просто рада тебя слышать, молча улыбаюсь, – все еще улыбаясь, ответила я. – Так что там за фотографии, я не понял? – сухо спросил Саша. И меня как будто обдало холодным воздухом. – Фотография, где ты обнимаешь какую-то красивую брюнетку, – так же сухо ответила я. Я постаралась за деланным равнодушием спрятать свою боль. Молчание на том конце провода показалось мне бесконечным. – Где ты видела эту фотографию? – отмер Саша. – Мне кто-то ее любезно показал. Причем, в нашем с тобой чате. Но потом она пропала. Кто-то так же любезно ее удалил. Как и фразу, где мне сообщали, что я путаюсь под ногами и предложением от тебя отстать, – саркастично ответила я. – Ясно, – уронил Саша. И все. Я молчала. Он – тоже. – Саш, что происходит? Может, объяснишь мне, чтобы я понимала? – Кудряшка, я сейчас весь в учебе. Мне нужно сдать сессию безупречно, тогда меня возьмут в программу по обмену студентами, и я попаду на стажировку в одну из стран Центральной Европы. Понимаешь, мне сейчас не до отношений, просто нет ни сил, ни времени, – Саша устало выдохнул, и я наконец услышала его настоящего, без сухого и безразличного налета. – Ты хотел сказать, не до отношений на два города? – усмехнулась я. Я и боялась услышать ответ, и уже знала, каким он будет. – Я бы многое отдал, чтобы ты сейчас была здесь, со мной, но понимаю, что это малодушно с моей стороны. Я не хочу ломать тебе жизнь, и чтобы ты ради меня бросала свою мечту, я тебе уже говорил это. Все не так должно было быть… – он помолчал. – Все неправильно, я не собирался вот так, по телефону тебе ничего сообщать. Хотел приехать в Питер на выходные и поговорить с тобой. Но в субботу мне поставили языковую практику, а в понедельник с раннего утра я должен быть в универе уже. – Ну да, понимаю. А потом уже и сессия на носу, – скорее для себя ответила я. – Ань… – А поедешь ты с ней, да? – прервала его я на полуслове. И опять молчание на том конце провода показалось мне бесконечным. Перед внутренним взором как будто перевернули песочные часы, и я физически ощущала каждую песчинку, которая падала на дно, и с каждой из них таяла моя надежда. И вера. В любовь до конца жизни, в то, что она вообще существует, в верность. – Да, я поеду не один.