Глава 12

– Мне неудобно оставаться у тебя. Да и вообще неловко, что втягиваю тебя в наши разборки. Женя наверняка будет тебя обвинять.

– В чём? – удивлённо спрашивает Захар.

– Да бог его знает. Скажет, что не надо было меня к себе пускать, у неё свой дом есть. Или что надо было мне объяснить, как он любит меня, мозги мне промыть.

– Мы, конечно, друзья с ним, но это не значит, что у меня нет критического мышления. В этой ситуации я его не поддерживаю, и он знает мою позицию.

– Да? Ну хорошо. Раз так…Я постараюсь найти жильё в ближайшие дни.

– Как сможешь, Оль. Я не тороплю.

– Спасибо, Захар. Я расплачусь ,как только зарплату получу.

– Оль, что за бред. Ты ещё за проживание мне не платила. Успокойся и живи. Тебе завтра на работу?

– Нет. Завтра же воскресенье.

– Поездку в суд тоже придётся перенести на понедельник, – говорит Захар.

Киваю. С этим невозможно не согласиться, учитывая, что в воскресенье ни суд, ни ЗАГС не работают.

– Ну хорошо. Тогда завтра договорюсь с подменой, – встаю со стула. Не хочу занимать больше время Захара. Он ведь мне в няньки не нанимался.

– Завтра за вещи забирать будешь?

– Да. Надо съездить. Если поможешь, буду очень благодарна.

– Я же сказал , что помогу.

– Спасибо.

Иду к выходу из кухни.

– А ты чем сейчас заниматься будешь? – интересуется Захар.

– Не знаю, – пожимаю плечами. – В телефоне посижу. А что?

– Просто ты не стесняйся. Гостиная в твоём распоряжении, если хочешь, посмотри телевизор. Может, фильм какой-нибудь или в приставку поиграй. Отвлечёшься немного.

– Ой, нет. Я не любитель игр. Спасибо. Лучше спать пораньше лягу.

*** ***

На следующий день в обед мы едем в нашу с Женей квартиру. Ехать не хочу. При одном воспоминании о том, что он сделал вчера, охватывает мерзкое состояние и тошнота. Не знаю, как смогу смотреть ему в глаза. Лучше было бы приехать, когда его не будет, но эта мысль пришла мне уже в машине. А дёргать в очередной раз Захара не хотелось. Поэтому сижу в машине, смотрю в боковое окно и с ужасом думаю о встрече с Женей. И вроде правда на моей стороне, а я не знаю, что говорить ему, когда зайдём. Я никогда не была конфликтным человеком. Мне легче сделать выводы и промолчать, чтобы больше никогда с человеком не общаться, чем доказывать криком свою правоту.

Одно радует – еду не одна. Опять же неизвестно, как он поведёт себя в присутствии Жени. Я ведь ему никто, а с Женей они дружат много лет.

Захар паркуется перед домом, на парковке для гостей. Выходим.

– Ты сумки взяла? – спрашивает Захар.

– Нет. А зачем? У меня в квартире есть несколько дорожных сумок и чемоданов. Думаю, я имею право хотя бы на одну.

Захар соглашается кивком и идёт к подъезду. Погода сегодня замечательная, тепло и солнечно. Сейчас на пикник, как я и планировала, с мужем съездить, а не вот это всё.

Иду за Захаром, он уже ждёт в подъездной двери.

– Ключи есть? – спрашивает меня.

Вместо ответа, показываю ему домофонный ключ и открываю дверь. Поднимаемся на нужный этаж. Нерешительно стою перед дверью в квартиру. Должна ли позвонить или могу открыть дверь своим ключом?

Захар забирает у меня связку ключей и открывает дверь сам. Я ему безмерно благодарна, что он решительно разрешил мои сомнения. Входим.

На полу у входа стоят женские чёрные туфли с ремешками. Вроде я такие у Ксюши видела недавно.

Неужели она совсем бессовестная? В нашу семью залезла, и даже нисколько не стыдно.

– Так и будем стоять? – спрашивает Захар.

– Нет…просто туфли Ксюшины.

– Понятно, – вздыхает он раздражённо. Злится, наверно, на меня, стою как клуша, вместо того чтобы ворваться в комнату и закатить скандал. А я ведь скандалы даже закатывать не умею.

– Вещи твои где?

– В спальне, – шепчу: боюсь привлечь внимание. ЧУвствую себя воришкой, который прокрался обчистить квартиру. Сама не понимаю, почему так ощущаю себя, ведь эта квартира и моя тоже. Сжимаю кулаки, задираю подбородок и иду в зал. Откуда доносится звук телевизора. Я должна взять себя в руки, должна ей всё высказать. Посмотреть в глаза и сказать, какая она мразь. Я имею полное право отстаивать себя и свои права.

Когда захожу в гостиную, передо мной открывается очень домашняя и уютная обстановка: Ксюша в моём халатике сидит на диване, голова Жени на её коленях, она массирует ему виски. При этом он в одних трениках.

– Какая у вас тут идиллия без меня, – говорю, а губы растягиваются в улыбке. Я не специально, это, видимо, у меня нервное. Сказывается длительный стресс.

Женя тут же принимает вертикальное положение. Ксюша запахивает на груди халат. А я итак вижу, что он надет на голое тело.

– Оля? – смотрит на меня муж. Молчит. В такой ситуации найти веское оправдание довольно сложно.

– И тебе не противно с ней спать? – спрашиваю Женю. – Поверить не могу. Ты ведь ещё вчера мне говорил, что не веришь Ксюше и знаешь, какая она. Неужели у тебя настолько непритязательный вкус.

– Оля, а вот давай без оскорблений. Ты тоже не дева Мария. Так что помолчала бы. Обманывала всех, что девственница, а что по итогу.

– Заткнись, тварь.

Захар тянет меня за руку.

– Оль, ты хотела вещи собрать.

Позволяю себя вывести из гостиной. Но следом за мной идёт Женя.

– А ты какого хрена с моей женой ошиваешься? – муж, словно боевой петух, выпятив голую грудь, идёт на Захара.

– Успокойся, – осаждает его Захар. – Делаю то, что ты должен был сам сделать.

– А кто тебя вообще просил. Я сам со своей женой разберусь.

– Жень, лучше не нарывайся, – совершенно спокойно отвечает Захар.

Они примерно одного роста, но Захар ведёт себя так, будто в два раза выше. У него нет на лице ни страха, ни агрессии.

– Женечка, да успокойся, – тут же причитает и суетится Ксюша.

Я же кидаю в сумку вещи. Пальцы как деревянные. Внутри всё трясётся, но я держусь. Всё-таки правильно, что сегодня приехала, а так пропустила бы такую сцену. И смешно, и горько. Чувствую, если начну смеяться, тут же разревусь. Сейчас самое правильное – просто молчать и игнорировать мужа и Ксюшу.

Зато ЖЕня совсем другого мнения. Сообразив, что с Захаром лучше не связываться, он разворачивается и идёт в спальню.

– Я не разрешаю тебе уходить. Ещё и вещи с собой забирать. У тебя есть дом, вот и живи здесь, – повышает голос, я замираю на секунду, но снова продолжаю собирать вещи.