Глава 36

Жора дёргает меня за локоть. Грубо вытаскивает из машины, но я рада, что приехали, и мне не придётся ублажать его ртом. Из меня вряд ли бы вышла хорошая проститутка. Запах потного мужского тела, заставляет мой желудок сжиматься от отвращения.

– А ну, пошла, – Жора толкает меня вперёд, и я едва не расстилаюсь на асфальтированной дорожке. С трудом ловлю равновесию. Поднимаю голову и встречаюсь глазами с Женей.

– Оль, ну вот зачем надо было сбегать? Я ведь не хотел тебе плохо делать, ты сама вынуждаешь.

– Может, и Захар вынудил, чтобы его повешали? Просто потому, что поступил по-мужски? Не стал такой тряпкой, как ты ! Ради денег и мать родную продаст, – мой голос дрожит ,но я больше не собираюсь отмалчиваться.

Смерть Захара будто лезвием полоснула по стене из комплексов и сомнений, просто одним ударом, перерубив прошлые устои и правила. Я больше не готова молчать. Не готов, не хочу!

– Захара повесили? – взгляд Жени бегает, будто он пытается уловить фальшь в моих словах. Но мне не зачем врать. Смотрю в его глаза, не отводя взгляда. С ненавистью и презрением.

– Босс сказал от него избавиться, – сообщает Жора обыденным тоном. – Тем более он Паху пристрелил.

Женя на секунду прикрывает глаза, по лицу пробегает что-то, напоминающее о сожалении, но тут же на место возвращается прежняя равнодушная маска.

– Я предупреждал его несколько раз…Это его выбор.

– А разве не твой? Это ведь ты ввязался в этот криминал. Из-за тебя умер твой лучший друг, а меня таскают за шиворот, как собачонку. Ненавижу тебя!

Я сплёвываю на землю перед ним.

– Заткнись, – цедит сквозь зубы Женя. – Отведи её в комнату.

Приказывает Жоре и тот неохотно подчиняется. Берёт меня рукой за шею и толкает вперёд, к дому.

– Не трогай меня!

– Побрыкайся ещё. Не посмотрю на твоего мужа, выдеру так, что мало не покажется.

– Может, мужа и не боишься, но и Циклоп тебя за это по голове не погладит.

– О, какая ты осведомленная. Поверь, я найду что ему сказать.

И хоть меня распирает от злости и ненависти, я всё же решаю немного помолчать, пока не увижу этого треклятого Циклопа. Столько разговоров о нём, все боятся, лишь разговорами нагоняют страх.

Мы поднимаемся на второй этаж. Дом намного богаче, чем тот, в котором держали меня.

Как только за мной захлопывается дверь, бросаюсь к окну. Но все ручки сняты, окна не открыть. Пластиковые пакеты я вряд ли смогу разбить. В комнату не так много мебели. Двуспальная кровать, комод , прикроватные тумбочки. Обыскиваю каждый ящик, может, мне повезёт, и я наткнусь на что-то острое. Было бы отлично отомстить им за Захара: и Жене, и этому одноглазому циклопу. Но в ящиках лежит какая-то мелочь. Несколько книг, рамка для фотографий пустая. Зато стекло от рамки, самое настоящее. А если её разбить…Главное, чтобы сломалось не вдребезги, а на тонкие куски.

Сдёргиваю с кровати подушку и покрывало ,вынимаю стекло из рамки и кладу его на покрывало, а сверху накрываю подушкой, чтобы никто не слышал, звук битого стекла. После нескольких попыток разбить стекло , мне всё-таки это удаётся.

Теперь надо найти, чем обмотать конец, чтобы можно было спокойно держать в руках и не пораниться. Отрываю кусок простыни, навожу порядок. Не знаю, такие ли заточки делают в тюрьмах, но ничего другого я придумать не могу. Да и времени нет. У меня будет время только на один удар. Надо будет целиться в шею.

*** ***

Просыпаюсь от громкого шёпота. Из соседней комнаты доносятся голоса.

– Вот зачем ты его притащил? Жить надоело. А если и нас пристрелят, – шепчет женский голос.

– Да, Люда. Не начинай. Мне чё надо было смотреть на него, как он в петле дёргается?

– Ну, спас и спас, а тащить то к нам зачем надо было?

– Эх, молчи, а! Перед человеком неудобно. Мужик хороший.

Поднимаюсь с кровати, горло ещё болит ,и голова пульсирует. За окном уже темно. Это же сколько я времени потерял. Что теперь с Олей и где её искать?

Выхожу на кухню, где за столом сидят хозяева дома. Андрей сразу же подскакивает.

– О, пришёл в себя, а мы тебя будить не стали. Сон – лучшее лекарство, – тараторит он. – Есть, наверно, хочешь? Ты садись, Люда накормит. А в город сегодня уже не уехать. Завтра с утра только.

Сажусь за стол, желудок действительно скручивает от голода. Люда ставит передо мной отварную картошку, сковороду с жареным луком и салат из помидор и огурцов.

Ем молча, обдумываю, что делать завтра. Как найти Олю? Её, скорее всего, увезли к Циклопу. Надо заехать в полицейский участок. Нет, сначала Стаса найду. С ним поговорить надо. Если в отделе стукач, но мне там лучше не показываться.

– Может, сто грамм? – спрашивает Андрей.

– Нет. На завтра мне нужна ясная голова. А вы, Люда, не переживайте, – поворачиваюсь к хозяйке дома, которая ногтем царапает дырочку в клеёнке на столе.

– Они к вам не придут. Им нужна только та девушка. Они её получили, за мной не вернутся. Тем более они же думают, что я умер. Просто не болтайте об этом, и всё будет хорошо. И за помощь я вас тоже отблагодарю , как в город приеду.

– Да ничего не надо, – отказывается Андрей. – Я же по доброте душевной. Уж очень ты порядочным мне показался.

– Спасибо, Андрей! Но я тоже хочу по доброте отплатить. Очень уж вы вовремя появились.

– Ну давай, тогда за доброту и хороших людей. Горло своё продезинфицируй, легче станет.

Он наливает несмотря на мой отказ, рюмку водки, и я опрокидываю её залпом, чтобы не обидеть хозяина.