Глава 46

Виктор

Я брожу по квартире. Три шага туда, три шага обратно. Все получается так, как я и хотел: сначала – я посеял сомнения, потом все подогрел, а теперь – я просто буду наблюдать, как земля горит под ее ногами. Я чувствую странное удовольствие: не злорадство, скорее – удовлетворение от того, что мои действия точны и хладнокровны.

В голове прокручиваются кадры сегодняшнего дня, мой разговор с ректором, с ее мамой. Я помню, как Малинов чуть заметно наклонил голову, как взгляд его поменялся – он стал другим. Холоднее. Рассудительнее. Я слышу собственные фразы, как будто это голос на записи: «Она ломается», «Ее нужно прикрыть», «Это во благо». Да, во благо. Мое благо. Я горжусь тем, что умею планировать, манипулировать, добиваться результата.

Но меня тревожит еще одно чувство. Любовь к ней. Эта ненормальная, болезненная потребность. Боюсь сказать вслух, даже себе самому, насколько она велика. Я хочу, чтобы Мия принадлежала мне. Даже если для этого придется жечь мосты. Она – моя. Я заставлю ее быть моей. Я хочу этого. И это желание оправдывает многое.

Долго стою, смотрю на экран. Хочу позвонить и сказать что-то умиротворяющее: «Мия, все наладится», «Я рядом», «Давай поговорим». Но голос в голове шепчет: нельзя быть таким мягким. Если я дам ей выбор, она воспользуется им и не вернется. Но и ничего не делать я тоже не могу, ведь пропасть между нами становится слишком большой.

Набираю номер. Сколько времени проходит, прежде чем я слышу гудки? Секунды? Нет. Вечность. Первый раз – сбрасывает. Сердце колет. Звоню второй раз. Накручиваю себя: может, не может ответить? Может, она с другим? Но я-то знаю, что она любит меня – и она всегда отвечает.

– Алло, – слышу наконец-то.

– Мия, – говорю ровно. Первая эмоция – облегчение. Но я ощущаю от нее не смирение, а напряженность.

– Витя… – слышу в ответ.

– Как ты? Все в порядке? Мне кажется, у тебя был непростой день, – делаю вид, что беспокоюсь.

Она вздыхает. Но все же делится со мной. Я ловлю каждое слово и повторяю в голове уже отрепетированный разговор: «Мне жаль», «Я понимаю», «Давай я тебе помогу». Однако в тот момент, когда она говорит о работе, я чувствую, как внутри меня закипает раздражение. Разве Мия не понимает, почему так происходит?.. Разве я не имею права распоряжаться ее жизнью? Разве она не должна была думать о последствиях?

– Ты понимаешь, – говорю холодно, – что многое зависело от тебя? Я вынужден был… действовать.

– Это ты? – шепчет. – Ты все подстроил? Ты говорил с ректором?

Я не могу молчать. Мне хочется, чтобы она знала: да, это я. Я заставил посмотреть на нее иначе. Я хочу, чтобы Мия почувствовала мою силу. Хочу, чтобы поняла, что я моя могу отнять у нее все, за что она так цеплялась.

– Я думаю, ты быстрее догадаешься, – говорю спокойно. – Мог ли я бездействовать, когда ты позволила себе… вычеркнуть меня из своей жизни? Нет.

– О чем ты говоришь? – спрашивает она. – Что ты сделал, Витя? – возмущение вспыхивает и тут же переходит в растерянность.

Я не собираюсь скрывать. Мне хочется, чтобы ей было страшно. Чтобы она почувствовала то, что чувствую я. Хочу, чтобы она вернулась ко мне и умоляла ее простить. И не потому что она хочет, а потому что понимает, ее мир разрушится без меня.

– Ты знаешь, – отвечаю. – Ректор получил от меня некоторую информацию. Теперь он уже не так уверен в тебе. Не стоит удивляться, если от тебя отвернутся те, кто был раньше рядом. Ты сама во всем виновата. Тебе и расхлебывать. Только не пытайся сделать меня крайним. Никто не поверит твоим словам.

Ее дыхание становится прерывистым. Я знаю, что сейчас она в панике.

– Почему ты это делаешь? – шепчет она. – Ты не можешь так… Ты же… мы были…

– Мы были? – переспрашиваю. – Да. Мы были. Потому что я этого хотел! Потому что я терпел и позволял! Но терпеть дальше я не намерен. Если ты не научишься вести себя со мной с уважением – я уничтожу твою репутацию. Поняла?

– О чем ты? – в ее голосе страх. И в этот момент я понимаю, что все делаю правильно. Я хочу, чтобы страх захлестнул ее. Чтобы она посмотрела на мир по-новому.

– Узнаешь, – говорю тихо. В этой фразе столько обещания, столько угрозы. – Будь осторожна, когда идешь по улице. И не забывай оборачиваться.

Она прерывает звонок.

Жалко ли мне Мию?.. Никакой жалости. Никакого сожаления. Только удовлетворение. Я улыбаюсь. Я сделал свое дело.

Я откладываю телефон и строю новые планы. Нужно закрепить успех.

«Разговор с сыном. Точно!» – приходит мне в голову.

Если Кирилл отвернется от нее, если примет мою сторону, Мия сломается окончательно. И она приползет ко мне. А я? Я буду делать выбор.

Приму ли ее обратно? Возможно. На своих условиях.