Глава 22

Лера Выбрав нежно-розовое платье для беременных, я пошла на кассу. Моя двадцатилетняя дочь беременна от женатого мужчины – такой же факт, что я беременна от Игоря. И с этим ничего не поделать. Да и зачем? Новогодняя ночь расставила всё по местам. Мы – семья, и только в наших силах сделать так, чтобы ею мы и оставались. Рождество – самое время оставить позади всё плохое и довериться надежде. Я всё ещё боялась, что, если вернусь и зайду в нашу с Игорем спальню, увижу картинку – он и Лиза. Но рано или поздно мне придётся через это перешагнуть. Как, я точно пока не знала, но придётся. Настя решила вернуться в нашу старую квартиру. Сказала, что они будут ждать меня. Почему она не осталась со мной, я не знала. Может, думала, что так я решусь быстрее, а может, опасалась, что стану упрекать её. Расплатившись, я вышла из магазина. Подарки мужчинам куплены, дочери тоже. Рождество – волшебная пора, но чудеса зачастую делаем мы сами, и Новый год стал тому подтверждением. Игорь и дети сотворили для меня маленькое светлое чудо. А, может, совсем не маленькое. *** Написав сообщение, я убрала телефон и вытащила брелок от машины. Но только хотела снять её с сигнализации, передо мной выросла тень. – Егор? – На меня накатил страх, и я отступила на шаг. Губы его были презрительно поджаты, глаза наполнены леденящей душу темнотой. – Добрый день, Валерия Вячеславовна. Я в панике осмотрелась по сторонам, но вокруг, как нарочно, не было ни одного человека. Только стоящие рядами машины смотрели на нас потухшими фарами и возле колонны примостилась одиноко брошенная тележка. По телу пробежал холодок, но я запретила себе показывать страх. – Пропусти меня, пожалуйста, я тороплюсь. – И куда вы торопитесь? Или мы всё-таки перейдём на ты? – Его губы чуть изогнулись. – У меня есть дела, Егор. А тебе не стоит усугублять своё положение. Я знаю, кто ты, но… – Сестрёнка проболталась? – Если бы не Лиза, правда всё равно бы открылась. Мне жаль твоего отца, но… – Но? – Он сократил расстояние между нами, и я упёрлась в соседнюю машину. – Ни хрена тебе не жаль, сука. Ни тебе, ни твоему мужу. Но мы это исправим. – Он дотронулся до моего лица. – Я заставлю его пожалеть. Долг платежом красен. – Егор, ты… – Замолчи. – Егор крепко сжал мой подбородок и, склонившись, процедил мне в губы: – Замолчи, сука. Его губы оказались на моих. Я попыталась отвернуться, но он удержал меня и сильно надавил на щёки. Поцеловал грубо, жёстко, до боли, и, заведя руку мне за спину, открыл дверцу машины. Игорь – Мне кажется, нормально получилось. Настя вытащила из духовки запечённую с картошкой утку. – Посмотри, па. – С виду нормально. Что внутри – не узнаем, пока не попробуем. – Па! – возмутилась дочь. – Сам бы взял и готовил, раз такой умный! – Я предлагал заказать в ресторане. – В ресторане – не то. Мама всегда сама готовила. С этим было не поспорить. Рождественский стол Лера принципиально накрывала по всем правилам. Я присмотрелся к утке. Выглядела она и правда отменно, аромат тоже стоял что надо. Я в который раз убедился, что моя дочурка стала взрослой. – Сколько времени? – спросила Настя и посмотрела на часы. – Мама написала, что в шесть приедет? – Да. – Я тоже глянул на время. Было без пяти. Дочь убрала утку обратно. – Я переодеваться, – бросила она и ушла к себе. Я прошёл в гостиную и осмотрелся. Посреди стола ждала своего часа свеча в банке, вокруг салатника Настя положила декоративные бусы, еловые ветки украсила игрушками. Всё, как любит Лера. Жаль, что Никита приехать не сможет. – Мне хорошо? – спросила дочь, заглянув в комнату. Я кивнул. – Пап, ты даже не посмотрел! Мне хорошо или нет? Она продефилировала мимо в элегантном платье по колено. – Ты прекрасна. – Да тебе всё было бы прекрасно, даже если бы я мешок надела, – фыркнула она. – Хорошо, ты кажешься толстой и кривой. – Пап! – воскликнула она и, схватив с дивана декоративную подушку, бросила в меня. – Ещё раз такое скажешь, я с тобой месяц разговаривать не буду. Наградив меня недовольным взглядом, Настя ушла обратно. Да что ей нужно было сказать?! Пойми этих женщин! Взяв пакет с подарком для жены, я достал продолговатую коробочку с браслетом. Ей всегда нравились изящные украшения, но теперь браслет вдруг показался обыденным. Заказанные для жены розы стояли в вазе на подоконнике, и что ещё сделать, я не имел понятия. В гостиную опять вошла Настя. Платье на ней было то же, а волосы она собрала лентой. – Мама не писала? Я проверил телефон. – Нет. – Странно, она обычно всегда раньше приезжает. И пробок вроде нет… Присев на подлокотник дивана, она изящно сложила руки на коленях. Я залюбовался ею. Как бы там ни было, а жизнь я прожил не зря. Дочь посмотрела на цветы. – Как думаешь, мама вернётся? – Я же тебе пообещал, что всё для этого сделаю. Настя вздохнула и дотронулась до живота. Когда она так делала, мне становилось неловко, и как завести разговор о беременности, я не представлял. Что я мог сказать Насте? Что посоветовать, когда она утром закрывалась в туалете? Прошло ещё порядка десяти минут, а Леры так и не было. – Может, мама передумала? – озвучила дочь мои собственные опасения. Я поджал губы и, подойдя к окну, посмотрел во двор. В свете фонарей кружил снег, вокруг царило умиротворение и покой. Ни света фар, ни прохожих. Настя подошла и дотронулась до моей руки. Посмотрела с вопросом. Я позвонил Лере, но на звонок никто не ответил. – Не нравится мне это, Насть. Если бы мама передумала, она бы… На дисплее появилась фотография жены, телефон зазвонил. – Да, Лер… – Салют! – Голос принадлежал совсем не Лере. – Мы тут с твоей женой решили развлечься. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, кто это. – Егор. – Я стиснул телефон. – Где Валерия? – Валерия рядом. Но говорить она не может, уж прости. Подтверди, что не можешь, – процедил он. – Давай! – рявкнул Егор. Послышалась возня и мычание Леры. – Убедился? Пора платить по долгам, Грач. Счастливого Рождества.