Глава 23

Игорь К Никите я мчал, не помня себя. Если кто и мог сказать, куда Егор повёз мою жену, то это его сестра. Пока опера проверяли данные, мне оставалось только ждать, но я знал: ожидание равносильно смерти. Интуиция подсказывала, что время терять нельзя. – Отец? – нахмурившись, осмотрел меня сын, открыв дверь. – В чём дело? Я же сказал, что… – Лиза у тебя? Он пропустил меня в квартиру. – Зачем тебе Лиза? – Её брат похитил твою мать. Где Лиза?! Подруга дочери появилась из комнаты раньше, чем Никита позвал её. Судя по её напуганному виду, она слышала, что я сказал. Но мне было не до её душевного равновесия. – Где твой брат? – Я… Я не знаю. – Лиза, где Егор? У него моя жена, мать твою! – Отец… Я пригвоздил сына взглядом. Лиза побледнела. Я пожалел, что не взял с собой Настю. Она хотела поехать, но я решил, что лучше будет, если кто-то останется дома. Сейчас же решение показалось сомнительным. Возможно, дочь быстрее нашла бы подход к бывшей подруге. Никита повернулся к Лизе с ожиданием. Она перевела растерянный взгляд с меня на него и покачала головой. – Я правда не знаю, клянусь. Мы… Он мне ничего не говорил. Даже не звонил с того дня, как я попала в больницу. Я… Он хотел провернуть что-то с документами – и всё. – Лиза, где твой брат? – процедил я. – Адреса, люди… Всё, что придёт на ум. – Я не знаю. Клянусь! – Пап, тихо. – Сын строго глянул на меня и опять повернулся к Лизе. Она посмотрела на него. – Да не знаю я!.. – чуть истерично воскликнула она. – Пожалуйста, подумай. Я стиснул зубы. От этой девчонки зависела не только жизнь Леры, но и моя. И жизнь нашего нерождённого ребёнка. От неё зависели мы все. Она заломила пальцы. Сейчас она мало напоминала ту девушку, которая обольстительно улыбалась мне, закидывая ногу на ногу. – Лиза, пожалуйста, – попросил я. – Куда твой брат мог отвести Леру? Подумай? Может, у него есть квартира или… – Подождите, – прошептала она и буквально побелела. Её глаза стали огромными. – Я не уверена, но… – Лиза! – прорычал Никита, схватив её за плечи, и вгляделся в лицо. – Он как-то говорил про котлован. На одном из объектов. Я не знаю, где именно, но… Он говорил, что это была бы идеальная… – У неё побелели даже губы. – Что идеальная? – рявкнул Никита. – Идеальная могила для… для Грачей. – Её глаза распахнулись до предела. Она смотрела на Никиту, словно сама не верила в то, что сказала. – Он… он так говорил. Я выругался. Котлован, объект… Мне хватило нескольких секунд, чтобы понять, что это за место. Стройка в двадцати километрах от города. Котлован должны были выкопать после того, как установится стабильная плюсовая погода. Но котлован вырыли перед тем, как ударили морозы, после чего стройку приостановили. – Он не мог… – прошептала Лиза. – Он… Боже… – Она приложила ладонь к губам и пошатнулась. Никита подхватил её, и она рухнула ему на руки. Её волосы колыхнулись, тело обмякло. Сын выругался. Я схватился за телефон и набрал следователя, ведущего поиски. – Я знаю, куда он её повёз! – рявкнул в трубку. – Пишите адрес, я еду туда. Лера Мокрый снег огромными хлопьями падал на лицо. Глаза жгло от непрекращающихся слёз, связанные руки болели. – Давайте, Валерия Вячеславовна. – Егор толкнул меня к припорошённому снегу котловану. – Вперёд. Лера – Лера – Лерочка… Я упёрлась у края. Замычала, попыталась оттолкнуть его. Схватив за плечо, он развернул меня к себе лицом и улыбнулся улыбкой злого гения. Протянул руку и резко сорвал с моих губ клейкую ленту. Я вскрикнула от боли, а он глухо, злобно засмеялся. В нём не осталось ничего от приятного парня, которым я его знала. От молодого привлекательного мужчины – тоже. Сейчас это был озлобленный человек без возраста. – Егор, послушай меня… – Я не хочу вас слушать! – прорычал он. – Это вы меня послушайте, Лера. Моя семья разрушилась из-за вашей, вы… – В смерти твоего отца виноват только он! – в сердцах воскликнула я. – Он был пьян, и… – Заткнись! – заорал он и, размахнувшись, со всей силы ударил меня по лицу. Я вскрикнула и повалилась на землю. Мокрый снег обжёг руки. Егор рывком поставил меня на ноги и тряхнул с такой силой, что поплыла голова. Меня затошнило, и я схватила ртом холодный воздух. – Всё вы, – прошипел он. – Ваши деньги. Вы, сволочи, откупились от всего. Но ничего… – Он толкнул меня к котловану. – Ты, тварь, сдохнешь. Сдохнешь, а перед смертью узнаешь, что чувствовал он. Я… – Егор! – воскликнула я, пожалев, что сказала до этого. – Давай поднимем документы. Ты ошибаешься, Егор. Всё не так, как ты думаешь. Мы не бросали твою семью. Мы выплатили вам компенсацию. Если бы мы только знали про вашу маму… – Замолчи, тварь! – заорал он и снова ударил меня. – Заткнись! Заткнись, сука! Не смей говорить про моего отца и мать! – Он поднял меня и ударил снова. Подтащил к самому краю и толкнул в котлован. Я почти почувствовала, как лечу вниз, но Егор удержал меня. Подтянул к себе и скривил губы. – Страшно, сука? Знаю, что страшно. Что ты дрожишь? Думала, я тебя хочу? А ты знаешь, я бы трахнул тебя пару раз, представься возможность, ты неплохо сохранилась. Но ты же вся такая правильная… Его тёплое дыхание опаляло разбитые губы. Надо было сразу после Нового года вернуться домой. Надо было сходить с дочерью на концерт её любимой группы, надо было подарить Никитке в детстве ту машинку… В беспорядочный поток мыслей ворвался отдалённый гул сирен. Егор тоже услышал его и напрягся. В сердце зародилась надежда. – Егор, давай… – Даже не мечтай, тварь, – просипел он и, разжав пальцы, толкнул меня от себя.