Глава 39

Но теперь Алексей смотрел не на меня. Его взгляд был пригвожден к Максиму. Мой почти бывший муж мгновенно считал угрозу, исходящую от него. Он почувствовал её кожей еще до того, как осознал рационально. Это был инстинкт собственника, который вдруг обнаружил на своей территории другого хищника — более сильного, более спокойного и, что самое страшное, более законного в этом пространстве.

— Юля? — голос Алексея прозвучал неестественно громко. Он начал торопливо пробираться к нам. — Не ожидал увидеть тебя здесь...

— Я тоже тебя не ожидала… — произнесла я, не скрывая разочарования в голосе.

Я почувствовала, как Максим рядом со мной медленно поднялся. Выпрямился во весь свой немалый рост, и внезапно Алексей на его фоне стал казаться каким-то мелким и суетливым.

Я тоже заставила себя встать, чувствуя, как предательски подкашиваются колени.

— Юля, нам нужно поговорить. Сейчас же, — заявил Алексей, оказавшись рядом.

Он схватил меня за руку — не больно, но властно — и потянул на себя. Я почувствовала, как Максим мгновенно напрягся от этого жеста, а руки его сжались в кулаки.

— Отпусти, — тихо сказала я, глядя мужу прямо в глаза. — Ты устраиваешь сцену!

— Мне не нравится этот тон, — Максима тут же вмешался, втиснулся между нами, разделяя. — Не стоит говорить так с ней! Юля никуда не пойдет. Она не хочет.

— А вам-то откуда известно, что Юля хочет, а что нет? — Алексей перевел взгляд, полный ненависти, на Максима. — Я что, не могу поговорить со своей… — он сделал особое ударение на следующем слове, — всё ещё своей женой? Наедине!

Я почувствовала, как Максим рядом со мной буквально «набычился». Он не отошел, наоборот — сократил дистанцию, закрывая меня собой наполовину.

— Нет, — отрезал он.

— Хорошо, — прошипел Алексей язвительно. — Раз ты нашла себе такого защитничка, буду говорить при нем. Мне скрывать нечего! Значит, это его ребёнка ты решила на меня повесить? — Алексей выплюнула эти мерзкие слова мне в лицо. — Думала, я проглочу этот «подарок» к разводу и буду платить за чужое отродье?

— Леша, замолчи, — прошептала я, чувствуя, как внутри всё обрывается. — Ты не понимаешь, что несешь. Заткнись!

— Я-то как раз всё отлично понимаю! — рявкнул он. — Евгения мне сказала, что ты беременна. И я, как дурак, на секунду поверил, что случилось чудо… А глядя на то, как этот… за тебя впрягается, пазл сложился. Решила выбить побольше денег из меня, да?

Мир вокруг меня не просто рухнул — он взорвался, осыпая меня острыми осколками унижения. Я стояла, чувствуя, как кровь отливает от лица, оставляя только мертвенную бледность. Всё, что я так тщательно выстраивала, вся моя стратегия «тихого развода» и тайного сохранения ребенка, была растоптана в одну секунду чужими грязными ботинками.

Алексей же, опьяненный собственной яростью и ощущением «правоты», не собирался останавливаться.

— Что, не ожидала, что я узнаю? — он сделал шаг вперед. — Думала, я буду оплачивать последствия твоего романа?

Я бросила быстрый взгляд на Максима. Его лицо превратилось в гранитную маску. Глаза потемнели до черноты, а челюсть сжалась. Он узнал о моей сокровенной тайне вот так — из грязного рта моего бывшего мужа, на глазах у толпы студентов и коллег.

— Алексей, замолчи... — прошептала я. — Остановись, пока не поздно!

— Поздно для чего? — Алексей обернулся к залу, как будто призывая зрителей в свидетели. — Для твоей репутации? Так она уже итак на дне!

Он не успел договорить.

Движение Максима было настолько стремительным и коротким, что я даже не успела моргнуть. Тяжелый, глухой звук удара кулака о челюсть эхом разнесся по притихшему залу. Алексей отлетел назад, снеся собой стойку с рекламными буклетами, и осел на пол, прижимая ладонь к стремительно опухающей щеке. В его глазах застыли шок и недоумение.

— Ты… ты что творишь?! — прохрипел Алексей, пытаясь приподняться. — Охрана! Вызовите полицию! Я тебя засужу, подонок!

Максим даже не шелохнулся. Стоял рядом со мной, как скала.

Алексей замер на полу, переводя взгляд с Максима на подбегающих к нам охранников. Но те, к его удивлению, не бросились скручивать Максима. Напротив, они встали по стойке «смирно», ожидая распоряжений от ректора.

— Вывести его, — коротко бросил Максим.

Алексея подняли под руки и повели.

В этот момент я увидела Милену. Она стояла в стороне, бледная, растерянная, расстроенная. Смотрела на нас испуганно расширенными глазами, и в этом взгляде было столько вопросов, что мне стало страшно.

Её триумф был растоптан грязным скандалом отца, как и моя сокровенная тайна.

Максим повернулся ко мне. Весь его гнев мигом куда-то исчез.

— Юля, — он осторожно взял меня за плечи. — Посмотри на меня.

Я подняла глаза, полные слез. Мне казалось, что всё это происходит не со мной, что я просто в каком-то чудовищном и ужасном сне, от которого мне всё никак не удаётся проснуться.

— Мы уходим, — сказал Максим и взял меня за руку. — Сейчас же. Пошли...