Глава 22 · Соленья

Надежда

Сегодня Эву выписали из больницы. На удивление быстро, но Гена обмолвился, что девчонка написала отказную, мол, не может терпеть больничные стены.

Привыкла, дрянь, к хорошим условиям. Хотя я была бы только рада, если бы эта гадина пробыла в палате как можно дольше. Но ладно. Так тоже неплохо.

Ведь моя задумка вскоре сбудется. И чем быстрее это произойдет, тем лучше.

– Эвелина! Рада тебя видеть, – натягиваю фальшивую улыбку, едва заметив сучку на пороге дома. – Как ты себя чувствуешь?

Нужно же проявить заботу. Сочувствие. Поддержку. Внутри меня всё ликует. Мой план сработал как по маслу! Эта девчонка вся измученная, худая, бледная. Тенью ходит. Идеально.

– Лучше, – тихо отвечает Эва, даже, я бы сказала, сквозь зубы, проходя в дом. – Спасибо, Надежда Павловна.

Между нами напряжение. Она чувствует. Чувствует мою фальшь. Мою игру. Не глупая ведь девчонка. Хитрая. Но я ещё хитрее.

– Отдохни, – говорю я, выжимая из себя максимальную доброту и сочувствие. – Не спеши приступать к работе.

Я же дружелюбная хозяйка. Заботливая.

На самом деле, мне не терпится увидеть, как мой муж попадётся в мои сети.

Я установила скрытые камеры по всему дому. И теперь жду. Жду, когда смогу поймать его с Эвой на горяченьком.

– Большое спасибо, – дрянь ловит мой мотив, натягивает такую же приторную неестественную улыбку. Она кажется немного вымученной, ведь организм не обманешь. Она уставшая, ослабшая и обессиленная. Вот такой она мне нравится больше. Такой я теперь впредь и хочу её видеть. Жалкой, ничтожной. Не способной ни на что.

– Думаю, завтра мне станет получше и я смогу вернуться к работе, – голос Эвы скрипит от натуги. Продолжаю улыбаться, кивая в согласии.

– Я тебя не тороплю, Эвелина. Всё-таки тебе нужно восстановиться после такого… Отравления.

– Я чувствую себя лучше. Благодарю за сочувствие, – сухо произносит Эва и проходит в свою комнату.

До конца дня её не видно. Видимо, приходит в себя. А может, строит новый план мести. Или план, как охмурить ещё сильнее моего похотливого мужа.

Вечером приезжает моя дочь Вика со своим мужем Кириллом.

– Мама! Мамочка! – задорно лепечет Варя, бросаясь к дочке в объятия. Вика подхватывает её на руки и прижимает к себе.

– Милая, я так скучала…

Невольно улыбаюсь, смотря на своих родных. Сегодня у меня состоится важный разговор с дочкой.

Единственное, что меня тревожит – состояние Вари. Я боюсь, что её страх никуда не денется. И мне даже немного стыдно перед Викой за то, что после пребывания в моем доме у Варюши психика расшаталась.

– Мама, как ты? – спрашивает Вика, обнимая меня.

– Все хорошо, – бодро отвечаю я. Не привыкла жаловаться, уж тем более своим родным. Но дочь все равно смотрит на меня с тенью сочувствия.

– Я рада, – тихо говорит Вика, качнув головой.

– Ну что, давайте поужинаем? – приглашаю всех к столу. Вовремя приезжает и Гена с работы.

Если он вообще работает. Пользы от его разъездов не вижу от слова совсем.

– Мам, а где Эвелина? – спрашивает Вика, заметив, что сегодня я сама накрываю на стол и хлопочу над ужином.

– Она плохо себя чувствует. Отравилась, даже в больницу попала, – честно выдаю я, заметив, как Гена нервно кашляет в сжатый кулак.

– Ой, надо же… Бедная, – в голосе дочки звучит искреннее сочувствие, но это только лишь потому, что она ещё не знает правды.

– Да. Думаю, такое она надолго запомнит, – хмыкаю я, бросая короткий взгляд на предателя. Гена едва заметно вздрагивает, а затем отводит глаза в сторону, делая вид, что ведет беседу с зятем.

Далее мы ведем непринужденный теплый разговор. Вика воодушевлено делится впечатлениями от их с Кириллом поездки. Дочка рассказывает, что они поселили кучу необычайных мест, показывает фото и видео.

На миг даже начинает казаться, что все по-прежнему. Что мы крепкая, любящая семья. Что нет никакой болезни, нет никакого подлого предательства, нет Эвы, нет лжи, тайн, интриг…

Позволяю себе поверить в эту сказку буквально на несколько секунд. А дальше я не позволяю себе быть слабой и жить прошлым.

У меня есть цель. Я пру к ней навстречу как танк.

– Мам, тебе тоже обязательно надо там побывать! Давай я все организую? Съездите с папой, отдохнете, наберетесь положительных эмоций! Тебе это будет полезно, мамуль… – дочь берет меня за руку и смотрит глазами, полными надежды. Боли. И жалости.

В груди все переворачивается.

В горле встает ком. Скоро и мир моей дочери перевернется с ног на голову.

Но я не могу молчать.

– Бабуль, и я с вами хочу! – лепечет Варя, улыбаясь своей детской непринужденной улыбкой.

Гена напрягается, его челюсти плотно сжимаются. Конечно же, он не хочет никуда со мной ехать, и пытается не подавать вида.

И я, в отличие от дочери и зятя, вижу его нервозность издалека.

Можно подумать, я большое желание испытываю.

– Вы возьмете меня с собой? – Варя смотрит на меня щенячьими глазками.

– Да, милая. Только чуть позже. Сейчас у бабушки много работы… Как только я с ней разберусь, мы обязательно съездим в путешествие, – увиливаю от ответа, дабы не вселять в малышку ложную надежду.

– Викуль, у меня там в подвале соления стоят, хотела вас угостить, чуть не забыла! Поможешь мне? – нахожу причину, чтобы остаться с дочкой наедине. И так, чтобы это не выглядело слишком подозрительно.

– Да, конечно, – тут же соглашается она, и мы встаем из-за стола.

Едва отходим на достаточное расстояние от столовой, я беру Вику за руку и тащу в комнату для гостей.

– Мам, что такое? – дочь непонимающе хлопает глазами.

– Вика, нам надо поговорить.