Глава 19. Поцелуй

Мы заходим в пятиэтажный торговый центр, где раньше я бывала достаточно часто, но даже представить не могла, кто его владелец. Торможу в самом центре и оглядываю толпу людей, которые с бумажными пакетами в руках хаотично движутся в разные стороны, словно муравьи. — Как тебе удалось заработать денег, чтобы всё это приобрести? — не скрываю восторга. — У меня, как и у твоей дочери, гениальные математические способности, — слышу улыбку в голосе. Его слова вызывают во мне ступор. Миша, конечно, тоже хороший бизнесмен. Но он процветает благодаря удачно подобранной команде сотрудников. У него отличные менеджеры, бухгалтера… секретарша… и та отличилась. Мотаю головой, чтобы прогнать ядовитые мысли. — Прошу! Саша галантно придерживает мне дверь, ведущую в ресторан. — Спасибо. Я прохожу внутрь. Немцов отпускает руку и слегка, еле-еле заметно, дотрагивается до моей талии. Я готова поклясться, что это было не случайное прикосновение, а самое что ни на есть намеренное. Но больше всего в этом моменте меня поражает реакция моего тела. Сердце колотится. А в месте, где его пальцы прикоснулись ко мне, остался огненный след. — Скажи, что думаешь. Немцов обводит рукой просторное помещение с панорамными окнами и аккуратными круглыми столиками. — Мило, — пожимаю плечами. — Я не просил тебя оценить их дизайн. Как тебе это помещение под ваш ресторан? Не могу отвести взгляд от его лица. От приоткрытых губ, из которых вырывается резкий выдох. — Диана, перестань так смотреть на меня! — Как? — мой голос дрожит и почти не слышен. Саша кладёт руки в карманы брюк, не отрывая от меня цепкого взгляда. Затем улыбается. Медленно, с лёгкой дерзостью, от которой по спине бегут мурашки. — Точно так, — он наклоняется к моему уху, — ты смотрела на меня, когда лежала подо мной. Я со свистом выдыхаю и отступаю назад. — У тебя было столько женщин. Ты не можешь этого помнить. Что за ерунду я несу? Самой от себя тошно. — Но я помню, — его улыбка становится шире. — Так что скажешь по поводу ресторана? Поворачиваюсь к барной стойке и скольжу взглядом по мраморным полам, стенам, покрытыми серыми обоями. — Здесь нужно будет провести ремонт и переделать практически всё! — Это не проблема. — А что насчёт окон? — Что с ними? — Задумка Аделины предполагала, что женщины будут оторваны от любопытных взглядов. А здесь панорамные окна, ведущие на внешнюю парковку. Саша по-доброму усмехается. — Я всю жизнь считал, что женщины только и делают, что ищут внимания. А оказывается, им нужно укрытие от мужчин. — На время, — не сдерживаю ответной улыбки. — На время, пока они за поеданием низкокалорийного салатика будут обмывать мужьям косточки? — Что-то вроде того, — начинаю смеяться. Саша смотрит на меня и больше не улыбается. Его глаза становятся холодными, в них больше нет ни капли былого веселья. Я замираю, поражённая его резкой сменой настроения. Повисает тишина, которую нарушает громкий хлопок двери. Мы оба оборачиваемся, глядя на новых посетителей. — Значит, решено. Сделаем здесь ремонт. Я вижу, как его скулы напрягаются, и он избегает вновь смотреть мне в глаза. — Отлично. — Поехали. — Так скоро? — У меня плотное расписание. Немцов пулей летит к выходу, а я еле успеваю перебирать за ним ногами на шпильках. Его движения рваные, словно он с трудом сдерживает бурю в себе. Когда мы подходим к машине, я не выдерживаю и спрашиваю в лоб: — Почему ты злишься? Саша подходит ко мне. Очень близко. Его спина прямая, как натянутая струна. Он буквально прижимает меня к машине. — С чего ты взяла, что я злюсь? — голос низкий, рвущийся через напряжение. Моя ладонь ложится на его грудь, как призыв остановиться. Ещё шаг, и он буквально впечатается в меня. — Я так сильно тебя раздражаю? Саша молчит, внимательно вглядываясь в меня. Его глаза прожигают мне душу. Я не выдерживаю. Отвожу взгляд, будто прячусь от пули. — Ты меня не раздражаешь, — наконец говорит он. — Рада это слышать. Немцов не двигается, продолжая стоять непроходимой скалой, пока не добавляет: — Я просто пытаюсь понять… — Что именно? — Почему меня так безумно тянет к тебе. Его взгляд становится пронзительным и болезненно прямым. — Тебя тянет ко мне? — Не притворяйся, что ты тоже этого не чувствуешь. Я молчу, ощущая, как в груди сжимается комок. А по телу разливается волна тёплого, сладкого волнения. Сердце отчаянно колотится, будто само хочет подтвердить высказанную догадку. — Саша, — произношу его имя, пытаясь сохранить остатки самообладания, — ты действительно что-то чувствуешь ко мне? — осторожно переспрашиваю, не до конца доверяя его словам. — Ещё как. Воздух между нами звенит. Потрескивает как раскаты грома. Его дыхание касается моей шеи, и я невольно запрокидываю голову. В нос ударяет запах мужского парфюма. Он дурманит, окутывая меня запахом настоящего порока. В сознании вихрем проносятся сотни вопросов и сомнений, но единственное, что вырывается вслух, — это просьба: — Тогда поцелуй меня! — выдыхаю неуверенно. Он удивлённо приподнимает бровь, явно ожидая подвоха. Я облизываю губы и смотрю на него не отрываясь. Гляжу в серые омуты мужчины, которого привыкла ненавидеть и желать одновременно. Саша наклоняется ещё ниже и прищуривается. — А что на это скажет твой муж? — его губы растягиваются в хищном оскале. Чёрт! Ну и к чему тогда были эти откровения? Зачем? Зачем я всё это слушала? Он опять надо мной издевается! От возмущения я толкаю Немцова в плечо, заставив подвинуться. Мои щёки пылают огнем негодования. — Козёл! — отхожу на безопасное расстояние и обнимаю себя за плечи. — Возможно, — спокойно соглашается он, открывая мне пассажирскую дверцу, — зато я не предаю тех, кого люблю. Сделав суровое лицо, резко оборачиваюсь. — А вот это уже ложь, о чем мы оба прекрасно знаем! — возмущаюсь я, сжимая кулаки. — О чём ты? — Саша морщит лоб. — Почему, ты думаешь, я сбежала от тебя тогда? Не знаешь? Я тебе скажу. Ко мне пришла твоя невеста! Лживый ты ублюдок. Она показала ваши фотографии и поведала о твоём разгульном характере. Чёртов бабник! Решил повеселиться накануне своей свадьбы! Так что не надо читать мне лекции о верности. Я, в отличие от тебя, всегда была верна своему любимому человеку. Воздух вокруг нас становится плотным, будто его натянули как плёнку. Саша смотрит на меня во все глаза. Словно видит впервые. Мне уже плевать, что он сейчас скажет. Не хочу слышать его жалких оправданий. — Я сама доеду обратно! — бросаю через плечо и убегаю. Лишь бы побыстрее скрыться от нахальных глаз.