Глава 49

Аня срывается с места и бежит ко мне, Костя за ней. Люди перед ними расступаются. И продолжают смотреть любопытными взглядами.

- Что это все значит? – дочь обводит рукой фотографии.

- Ровно то, что ты видишь, Анна.

- Мам, мы не знали, - Костя бледный, обхватывает себя руками.

- Не тут, - показываю взглядом на служебное помещение.

Дети идут за мной.

- Нас дедушка пригласил, - начинает Костя, когда я закрываю дверь. – Мы хотели с тобой поговорить, спросить, как ты могла изменять папе… А тут такое.

- Полагаю, теперь вопрос снят, кто и кому изменял, - я держусь, не показываю эмоций, а за лицами детей наблюдаю, пытаюсь считать их реакции.

На данный момент там только ужас и неверие. Они пытаются все переварить.

- А эти фото… они настоящие? – спрашивает тихо дочь.

- Ань, если ты думаешь, что это фотошоп или другие технологии, чтобы очернить твоего папочку, то нам не о чем говорить.

- Я… нет… я просто… - дочь опустив голову бредет к стулу. Падает на него. Запускает пальцы в волосы. – Как же так… Мы же верили… мы думали… а там Илья еще…

- Ты нас оставила. Ты ничего не объяснила. Мы остались одни, - надувает губы Костя.

- А теперь откинь свой эгоизм хоть на миг и подумай, как было мне? Я ли вас оставила? Не твое ли было желание остаться дома и ничего не менять? – строго смотрю на сына, он втягивает голову в плечи.

- Мы не хотели развода…

- Я тоже. Но случилось то, что случилось. А вместо поддержки, что я получила?

- Мам, а те фото… Илья… он тоже с Кристиной? Она же с Захаром наши друзья. Адель… она что дочь папы? – Аня говорит, и словно не верит своим же словам.

- Да.

- А как же мы? – хором с Костей.

Снова они. А как мне их мало волнует.

Дверь в помещение открывается. На проге стоит Андрей Степанович. Завидев деда, они вздрагивают.

- Регина, ты больше не будешь это все проходить одна, - обращается ко мне. – Ане с Костей давно пора взрослеть и нести ответственность за свои поступки.

- Мы ничего не знали! – снова хором.

- Вы младенцы? У вас в голове каша? Мозги вам для чего даны? А зачем, ведь с папенькой удобнее. Я уж не говорю, что ты натворила, Анна, - свекор смотрит на внучку так, что она будто в размерах уменьшается от его взгляда. – Регина, ты в курсе, от кого она беременна?

- Нет.

Этого мне пока выяснить не удалось. Слишком мало времени было на все.

- От Степана, мужа Тамары.

С трудом перевариваю информацию. От мужика, который старше Славы. От своего начальника.

Хочется спросить, чем она думала, но вопрос неуместный, потому, как если бы думала, такого бы не сотворила.

- Это все Илья! – выкрикивает. – Он сказал, что ты дедушка из-за папы, которого не любишь, оставишь нас с носом. И нам надо самим себе пробивать дорогу. Он говорил закрепиться на фирме Степана, проявить себя, наладить контакт. Илья хотел, чтобы он профинансировал его новый бизнес. И мы бы тогда были независимы. Мы должны сами думать о себе… Он хотел подстраховаться.

- А ты решила раздвинуть ноги? – все же вырывается у меня.

Смотрю на дочь, как она сейчас похожа на отца, только его молодая и женская версия.

Жутко от этого.

- Мам, я решила, что ребенок приблизит наши планы. Хотела показать Илье, что я и сама что-то могу. Если бы Степан в меня влюбился и у нас был бы ребенок, он бы на все условия согласился.

Тот случай гогда слов нет… Только мотаю головой.

- Ань, ты че со стариком? – Костя морщится. – Фу… Даже за бабки, это же перебор. Ребенок от него же навсегда с тобой останется!

Дочь начинает жаловаться, что Степан, наоборот, взбеленился, а его жена ее едва не прибила. Ей страшно. Заливается слезами.

А мне страшно, от того, что она до сих пор не поняла, как себе жить сломала. Своими же руками.

- Помогите мне… мне так плохо, - тянет ко мне руки, но я с места не двигаюсь.

- Раз ты так все отлично рассчитала, значит, сама и дальше справишься, - холодно изрекает Андрей Степанович. – Пора взрослеть, Анна.

- Я сделаю аборт! – выкрикивает в отчаянии. – И все будет как прежде! Мне не нужен этот ребенок! Я хочу от любимого человека! А этот… - замолкает, с опаской поглядывая на деда.

- Если малыш зачат, значит он родится. Я против абортов. Степан также.

- Ты с ним говорил? – ее глаза округляются.

- Говорил.

- О чем?

Свекор не отвечает, только испепеляет ее взглядом.

- Мама, мамочка, помоги мне…

- Об этом надо было думать, когда ты свои «хитроумные» планы строила, - отвечаю отрешенно.

- Я сама не справлюсь! Мне так страшно!

- Справишься. Молодая. Руки, ноги на месте. Устроишься на работу и будешь готовиться к появлению ребенка. Все сама. Заодно подумаешь, как твоей матери было остаться без поддержки самых близких людей, - припечатывает Андрей Степанович. – А если надумаешь чудить, - усмехается, - Разговор будет не такой теплый.

- Теплый? – хнычет. – Вы меня сейчас… вот так… как не родную…

- Все в твоих руках, Анна. Покажи на что способна. Включай мозги и начинай жить.

- Без денег? А как я беременная работать? А сколько всего малышу надо? А врачи? Мне питаться? Вы меня сгноить хотите? Я же беременна!

- Вот и покажешь на что способна. Беременность – не болезнь. Жилье у тебя есть. Не на улице оставляем.

- За него платить надо!

- Заработаешь, - свекор отворачивается от Анны и переводит взгляд на Костю. Сын тут же к стене прижимается. – А с тобой, Константин…

- А я ничего не делал! Я вообще не понимаю, что происходит. Я лишь хотел, чтобы папа и мама были вместе! – выпаливает скороговоркой.

- Пора тебе мужиком становиться. Поедешь в закрытое училище, без выходных, без карманных денег, при строгой дисциплине без каких-либо вольностей.

- Мама! – Костя бросается ко мне. – Ты же этого не допустишь?! Ты же моя мама! Скажи ему! Я все осознал! Я так больше не буду! Я там не выживу! – сжимает мою руку, на глазах слезы.

- Да, мам! Мы же твои дети! Прости нас! Скажи дедушке, что он очень жесток! – Аня тоже вскакивает и ко мне на шею бросается. – Что мы будем с тобой! Мы будем помогать и о тебе заботиться! Мы все-все поняли!