Глава 56. Выйду замуж!

— Мам, ты объяснишь, что случилось? — Злата заходит на кухню и стягивает шапку, которую она затем встряхивает, избавляясь от влажного липкого снега. — По телефону ничего не сказала и сейчас молчишь.

— Я тоже не в курсах, что происходит, — Ира за столом похрустывает печеньем. — Я сорвалась сюда с педикюра. А ехать не ближний свет. Еще таксист козел попаплся.

Я хожу кругами по кухне и кусаю губы, обняв себя за плечи.

— Она уже минут пять так бегает, — Ира отхлебывает из чашки крепкого чая. — Туда-сюда, туда-сюда.

— Мама, блин! — вскрикивает Злата. — Я к тебе сюда почти три часа ехала!

Резко останавливаюсь спиной к своим гостьям, делаю вдох и выдох и громко признаюсь:

— Сергей сделал мне предложение!

Это случилось вчера после сытного ужина. Мы вышли прогуляться по скрипучему снежку, потом, как два дурака, покатались с горки и поиграли в снежки.

Повалялись в снегу, полюбовались звездами и пошли обратно, замерзшие, румяные и довольные.

За несколько домов до моего дом он неожиданно опустился на одно колено и достал кольцо из кармана пуховика. Правда, два раза он его уронил в снег, но все же в третий раз протянул его мне со словами:

— Выходи за меня.

Я минуты три-четыре в шоке молчала, а потом сказала:

— Зачем?

Самый глупый вопрос из всех возможных, но Сергей, видимо, был готов к такой реакции, поэтому спокойно ответил, серьезно вглядываясь в мои глаза:

— Затем, чтобы ты была моей женой. Затем, чтобы мы стали семьей.

Но какая семья в пятьдесят пять с другим мужчиной? Семья это не только муж и жена, это еще и общие дети, и у нас с Сергеем их не было и уже не будет.

Мои с Вовой дети не станут для него детьми, а его сыновья не будут моими сыновьями.

Эта мысль меня очень напугала под снегопадом. Если мы поженимся с Сергеем, то говорить о семье — глупо и наивно.

Мы будем узаконенной парой и только.

— Так поздравляю, — говорит Ира. — Значит, скоро поедем платье выбирать?

— Слава Богу, — Златка медленно оседает на стул напротив Иры, — а я думала, что что-то плохое случилось. Блин, мам. У тебя такой голос был… будто кто-то умер.

— А я уже привыкла к драматизму твоей мамы, — фыркает Ира. — Любит она нагнать трагедии, мрачности, отчаяния, — опять хрустит печенькой и бубнит, — но ладно, я тоже напряглась.

— Девочки! — восклицаю я и разворачиваюсь к Злате и Ире, — вот какой мне замуж?!

— Обычный замуж, — Ира пожимает плечами и хмурится, — только не говори, что ты Сереге от ворот поворот дала.

— Я сказала, что мне надо подумать…

— Он, наверное, не этого ожидал, — Злата вскидывает бровь. — Да ни один мужик такого не ждет.

— А о чем тебе подумать надо, Лара? — Ира отставляет чашку с чаем.

— Разве это не глупо? — сажусь за стол. — Нам же и так неплохо. Что изменит штамп в паспорте? Детей я ему уже не рожу…

— Ты посмотри, как у тебя мать, — охает Ира. — Вертихвостка! Самая настоящая вертихвостка! Всю душу мужику вывернула, с женой его бывшей познакомилась, а теперь замуж не хочет!

Я понимаю, что мои сомнения со стороны выглядят глупыми и сомнительными. Я хочу быть с Сергеем, а он — со мной, но эта мысль, что не будет той классической семьи, ради которой люди вступают в брак, меня удручает.

— То есть тебя устраивает представлять Сергея… как ты его обычно представляешь? — Ира озадаченно почесывает щеку. — Ах да, ты говоришь… Это Сергей и мы с ним вместе, так?

— Так, — нервно постукиваю пальцами по столешнице.

— А будешь говорить, что это твой муж, — Ира откидывается на спинку стула. — Звучит намного лучше.

— Мой муж… — шепотом повторяю я.

Очень странно.

Моим мужем я раньше представляла Вову, а теперь им станет Сергей? Прислушиваюсь к себе. Во мне есть страх, волнение и… теплый огонек. Да, я бы, наверное, хотела бы назвать Сергея мужем.

И узнать, что я почувствую, когда скажу “Сергей, мой муж”. Огонек в груди разгорается ярче и закрываю красное от смущения лицо ладонями.

— Мам, — начинает тихо Злата. — Я терпимо отношусь к Сергею. Никаких восторгов, но и негатива нет.

Убираю руки от лица и в слезах смотрю на Злату. Чувствую себя предательницей. Детей с Вовой нарожала, но семью не сберегла, а теперь собралась замуж за другого.

Сложно. Почему в жизни так все сложно?

— Но так будет с любым из мужчин, — говорит дочка. — Каким бы он ни был распрекрасным. Мы не будем против твоего счастья и того, если рядом будет тот человек, который будет любить и заботится.

Приняла. Моя дочь приняла, что между мной и Вовой уже точно нет ничего. Такое бывает, что родители становятся чужими людьми, у которых осталось лишь общее прошлое.

Но не будущее.

Мое будущее зеленые глаза Сергея, которого я назову мужем. Да, это будет другой союз. Не тот, что был заключен между мной и Вовой по дурости и глупой незрелой влюбленности.

— Бедный мужик, — смеется Ира, — он там, наверное, не пьет-не жрет. Переживает.

Сергей так растерялся, когда я сказала, что мне надо подумать.

Закусываю кончик языка.

Я, наверное, опять была очень высокомерной.

— Мам… — Злата касается моей руки.

— Я выйду замуж, — решительно встаю. — А вот возьму и выйду. Имею право!

— Имеешь, конечно, — Ира оживает и тянется к блюдцу с печеньками, — ну что, когда платье выбираем? И чур, — грозит мне пальцем, — я буду подружкой невесты!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍