Глава 49

В голове змеиным клубком вьются подозрения. «Не верю!» – кричит внутренний Станиславский, захлёбываясь в похмельном коктейле из обиды и злости. Слишком гладко всё складывается. Матвей, хихикающий о своём «третьем размере», Костя, мычащий что-то про любовь – театр абсурда, где я – не факт, что невольный зритель. Вполне возможно, я главная героиня, которую безжалостно разыгрывают. Матвей мог бы и в гостиницу отвезти Костю. Да и квартира у него, где его якобы ждёт гостья, отнюдь не однушка. Костин дом, пусть и через забор от маминого, но всё же огромен. Там вполне закрываются ворота, двери, на крайний случай и замки в комнатах. Глядя, как Матвей сбрасывает бесчувственное тело Каминского на диван, я швыряю ключи в одну из коробок, расставленных в коридоре. В этой партии я буду играть по своим правилам. Уголки губ дрожат в нервной и хищной усмешке. Пусть пьяный фарс продолжается. Да, я обещала, что не стану устраивать разборки, но… Да когда это было? Я и подумать тогда не могла, что все те, кого Настя назвала соучастниками и преступниками, войдут в мой дом и окажутся все вместе под одной крышей. Пусть лучше я буду балаболкой, чем законченной идиоткой. – Всё тайное рано или поздно становится явным. – я, готовясь к ночной охоте за правдой, сразу в лоб заявляю будущую претензию. Прелюдия встречена вопросительным взглядом Матвея и сдавленным хмельным стоном Кости. – Ладно, вы Сашу подставили, – с нарочито небрежной улыбкой продолжаю я, – Я могу понять, что вы друг друга прикрывали. Но зачем вы подставили Настю? – Ээмм… Ты о чём, Надь? – Матвей имитирует бурную мозговую деятельность. – Не догоняю пока… – Да ладно тебе. Я в курсе ваших конопляных дел. Мне побоку. Я единственное не поняла, Костя так и не смог объяснить, зачем вы подставили Настю? – Ты угораешь, что ли? – хмыкает Матвей, присев на подлокотник дивана и вытянув ноги. – Кто её подставлял? Она же истеричка. Заладила со своими истериками и задолбала подозрениями. Мы ей бабла дали, чтобы она свалила. Все в плюсе остались. Какая ещё подстава? Ммм… Бабла ей дали? Что-то об этом Настя упомянуть, видимо, забыла! – Да? Ну, знаешь, как-то неправдоподобно звучит. Зачем ей брать у вас деньги? – Ну, а где бы она их ещё взяла? У неё же там подозрение на какую-то болячку нашли. Онкология, что ли? Я не помню. Короче, всё в нужное время случилось. Но мы тут вообще ни при чём, учти. Так что, я реально не понимаю, о какой ты подставе говоришь. – он бросает нервный взгляд на наручные часы. – Да и пора мне уже. Ага, пора ему. Кто же его выпустит? Ночь только начинается, и чутьё подсказывает: впереди – кровавый пир правды. Костя, спящий сном праведника, такая же Настя, спящая в нашей спальне, и Матвей… Он-то явно знал больше, чем говорил. И я вытяну из него эти знания, даже если придётся вырвать их зубами. В эту ночь маски будут сорваны, а секреты вывернуты наизнанку. – Получается, ты тоже не знаешь. – киваю я, привалившись плечом к дверям. Закрываю тем самым ему проход из зала. – В тот день или днём ранее Настя тебе сюрприз в своей квартире приготовила. Костя его сфотографировал со всех сторон и обвинил Настю в домогательствах. Выставил всё так, будто это она для него квартиру украсила. – Чё за бред? – Матвей морщится очень правдоподобно, как будто действительно впервые об этом слышит. – Показать тебе ту нашу переписку? Недавно я её уже проверяла, чтобы показать кое-кому другому. Я знаю, что фотографии и сообщения на месте. Посмотришь? Мне мерещится, будто Костины ресницы жутко подозрительно подрагивают. Возможно, ему именно в этот момент что-то снится, но что-то я больше склоняюсь к тому, что этот актёришка погорелого театра отыгрывает передо мной очередное представление. – Ну-у, – тянет Матвей, – Валяй. Только недолго, ладно? А что там может быть долгого? Я достаю телефон, и экран вспыхивает, словно молния. – Вот, полюбуйся. – шиплю я, поднося телефон к его лицу. Матвей пытается его выхватить, но я отскакиваю. – Эй, в моих руках! Костя, этот "спящий красавец", издаёт нечленораздельный стон. Глаза его приоткрываются. – А вот и наш главный папарацци проснулся, – усмехаюсь я. – Что скажешь, Костенька? Подтвердишь версию с 'баблом на онкологию'? Объяснишь, почему так подставил Настю передо мной? Тишина в комнате становится звенящей, каждый вдох как удар колокола, отсчитывающего секунды звонящего молчания. – Да что там такое? – Матвей, стоящий спиной к очнувшемуся Косте, похоже, наконец, всерьёз заинтересовался. Я без слов отдаю ему телефон, не сводя взгляда с почти не моргающего бывшего мужа. – Ну и? Зачем это представление? – складывая на груди руки, я прохожу в комнату. Костя морщится и садится на диване, растирая виски руками. – До чего же ты, сука, дотошная. – выдыхает он. – Неугомонная. Тебе во всё нужно свой нос засунуть. – Не понял? А чё за прикол, Костян? Когда это Настя к тебе лезла? – Матвей, видимо, проанализировав всю скудную информацию, задаётся вполне разумными вопросами. – Костян? Не гони? Ты чего, катил шары к моей бабе? – Это было после того, как вы разбежались. – выдаёт лжец. – Мне-то не пизди. Кроссы мои стоят. В углу, смотри. Кого ты лечишь? Не видел, что фоткаешь? – Тебе ли не похуй на неё было? Сам говорил, что она пиявка и прилипала. Втюрилась в тебя по уши и проходу не давала. – Слыш, братан, это вообще другое. Я мог что угодно говорить, но пока её трахал я, ты не имел права к ней лезть! Такой же был уговор. Я твою Надьку не тронул. Хотя хотел. Даже махнуться девками предлагал, чтобы всё честно было. Ты мне чуть хлебало не разбил, а сам? Я не понял… Ты охерел, Кам? Вообще берега попутал? Костя лишь усмехается. – Ты сейчас гонишь. Идёшь на поводу у моей бывшей. Не догоняешь, что именно этого она и добивалась? Я тебе только сегодня рассказывал, что ей и квартиры, и всего, что я ей покупал, мало – она мою семью против меня настроила! Наплела, что я бухарь и неадекват. Даже мать настропалила, чтобы я Милке компанию передал на время! Сейчас она на друзей моих нацелилась. Хорош вестись на бабские провокации. Включи мозг. Я не могу сдержать ехидную ухмылку и понятливо киваю: – Не поверишь, Матвей, но мне он все эти годы ту же пластинку крутил. Все плохие, я хороший. Все неправы. Я не то думаю, не то чувствую, не так понимаю… Забавно. – Да ну вас на хер. – рвано выдохнув, Матвей протягивает мне телефон и бросает Косте. – Я тебе последний раз помог. Больше мне не плачься. Ищи другого компаньона и собутыльника. – Ты реально из-за детского обещания сейчас похеришь нашу дружбу? Из-за какой-то дырки? – Костины слова режут слух. – Детское оно или нет, а я ему следовал. И к твоим девкам не лез. – Так и я к твоим не лез! Херня это всё. У меня были причины, чтобы Настя от нас отвалила. Как и у тебя! Тебе напомнить, что она нас сдать хотела? – По хуй. Завтра об этом подумаю. Я погнал. Бли-и-ин! Вот блин! А как он пойдёт-то? Я в какую из коробок ключи кинула?