Глава 22.

СПУСТЯ ДВА МЕСЯЦА.

Казалось бы, совсем недавно мы повздорили с Сергеем Алексеевичем, но это событие до сих пор отзывается во мне лёгким волнением. То, что между произошло даже сложно назвать просто ссорой или недоразумением. А другого сравнения придумать не могу.

Мы извинились друг перед другом. Это важно для меня. И первой извинилась я, потому что я всегда извиняюсь, когда понимаю, что не права. Неважно, кто передо мной: подчинённый, незнакомец или… Нет, слово «или» здесь неуместно. Я постоянно гоню его от себя.

На тот момент, когда он оказался рядом мои переживания вылились на него. Он совершенно точно не заслуживал такого. Ему просто не надо было идти за мной и не пришлось бы видеть меня настолько уставшей и разбитой.

И всё же, несмотря на моё поведение, я благодарна ему. Благодарна за то, что он оставался спокойным, терпеливым, даже заботливым.

Да, я привыкла все проблемы и переживания носить в себе, но в тот момент мне почему-то стало настолько невыносимо это состояние, когда всё в себе, что сорвало стоп-кран.

Его уверенность в том, что всё будет хорошо, позволили мне очнуться и взять себя в руки, вспомнив, кто стоит передо мной.

Я же сама учила детей, что нельзя позволять эмоциям брать верх. Почему тогда рядом с ним себе это позволила?

Наверное, потому что уже давно чувствую его … своим человеком. Не знаю, как иначе ещё объяснить свои ощущения рядом с Меркуловым. Точнее, знаю, но не хочу и не позволяю.

Мы поговорили, и выяснилось, что наши дети познакомились гораздо раньше, чем я могла предположить.

Полгода назад они встретились на корпоративе, который организовала наша компания в честь моего дня рождения.

Я, если честно, тогда даже не обратила внимания, как Дмитрий, сын Меркулова, приехал за своим отцом. А Маша, моя дочь, как раз приехала за мной и Аркадием.

Они встретились именно там, и оказывается, уже не расставались. Ребята не хотели афишировать отношения, но это их право.

Дмитрий, как выяснилось, когда ему Маша рассказала, что беременна, в своим двадцать, будучи так же студентом, просто растерялся, ляпнул фразу «надо теперь думать как быть дальше», а Машка расценила это на фоне с моей историей с её отцом, что он тоже предаёт её и убежала.

Наложилось одно на другое.

Иногда теперь я вспоминаю тот вечер, где судьба наших детей изменилась.

Шашлыки, костер, гитара в руках Меркулова, хорошее вино, отличная компания и звёзды над головой.

Удивительная встреча, случайность, влюблённость, и вот скоро Сергей Алексеевич и я станем дедушкой и бабушкой.

Меркулов рассказал мне позже, что не живёт с сыном уже более десяти лет, потому что его жена сначала согласилась поехать с ним в Италию, но потом решила вернуться в Россию, отказавшись дождаться окончания оплаты кредита за рестораны, сеть которых он там открыл.

Сергей Алексеевич остался в Италии, а жена с сыном уехали, и она подала на развод, открыто сказав, что больше не любит его и просто искала повод вернуться в Россию.

С Дмитрием он отношения поддерживал, помогал финансово, но общался не часто. Только когда сам вернулся в Россию, отношения стали очень крепкими.

На вопрос: почему он здесь не открыл рестораны, ответил, что работа в этом направлении здесь, и в Италии – две большие разницы, а эксперименты ставить не хотелось. Вспомнил про свой основной диплом и устроился ко мне в компанию.

Я-то думала ему деньги важны и нужны, и он работал ради этого, а оказалось, что с ними у него всё в порядке. Для него было важнее то, что мы с ним изобретали и создавали.

И если раньше мы с замом общались только по рабочим вопросам, теперь мы с Сергеем Алексеевичем общаемся на тему рождения будущего внука или внучки.

Иногда невольно мы перескакивает с «вы» на «ты», но вспоминая о субординации, возвращаемся к деловым отношениям.

Настроение повышает и тот факт, что со дня на день мы едем на сделку.

И казалось бы, так много поводов для радости, ведь я добилась того, чего хотела, но не получается у меня радоваться.

И тот, кто портит эту радость, естественно, является мой теперь уже бывший муж – Аркадий.

Я дала ему время, чтобы он написал заявление на увольнение по собственному желанию. Он покивал и… ушёл на больничный.

Он словно энергию теперь из меня тянет издеваясь, не желая просто уйти.

Он знает, что руки мои по трудовому законодательству связаны пока он «болеет», и пользуется этим в полной мере.

Ну ещё бы… со мной он потерял много, хочет хоть здесь урвать хоть что-то от денег моей компании.

Развели нас, кстати, как раз довольно быстро. Дети совершеннолетние, никаких обязательств и брачный договор позволили моему адвокату одним судебным заседанием решить вопрос расторжения нашего брака.

И вот я теперь свободна в наших супружеских отношениях, но не свободна как работодатель от работника.

Он тянет уже два месяца, закрыв один больничный и через три дня выходя на другой. Но я всё равно найду, как решить этот вопрос, иначе это буду не я.

… – Ангелина Евгеньевна, к вам ваша … свекровь просится пройти.

– Кто? – не сразу понимаю даже о ком речь.

– Ваша свекровь.

– Ко мне? – удивляюсь.

– Да. Она говорит, что это срочное.

– Ну тогда пусть заходит… раз срочное, – секретарь кивает.

Если сказать, что я растерялась, это значит ничего не сказать, но раз уж пришла, послушаю, что ей от меня надо.

– Здравствуй, Ангелина, – приветствует меня сухо, стоит и сомневается, сесть или остаться стоять.

– Добрый день, – показываю ей рукой на кресло возле стола переговоров. – Присаживайтесь.

– Я не буду придумывать причины для того, чтобы спросить главное. Спрошу сразу: почему вы расстались с моим сыном?

Повисает молчание.

Для меня её вопрос странный, потому что как я была уверена, что Аркадий ей всё рассказал.

– А сын ваш вам не рассказал?

– Он сказал, что встретил другую женщину и ты не простила ему этого, – гордо поднимает голову, словно её оскорбляет эта ситуация.

– Рада, что хоть рассказал правду вам, – улыбаюсь.

Вижу, как она сжимает губы, видимо, желая нагрубить мне, но по какой-то причине не делает этого.

– Ладно, я, хотела бы высказать своё мнение на тему измен. Позволишь?

– Так вы мне его уже высказывали десять лет назад. Я всё помню. Во всём виновата женщина, а точнее я. Была, есть и буду. Зачем вы пришли? Чтобы мне это повторить?

– Нет, я о другом теперь хочу сказать.

Умом понимаю, что разговаривать мне с ней не о чем особо, но выгнать совесть не позволяет, да и любопытство тоже присутствует, не без этого!

Интересно её послушать! Неужели пересмотрела свою точку зрения на поведение собственного сына и хочет признать, что была не права?

Или хочет сохранить со мной контакт, потому что финансовая кормушка закрылась? Аркадий вряд ли теперь потянет её капризы и хотелки.