Глава 9.

Сначала дошла до его кабинета, но там не застала. Телефон также отключён.

Я никогда не следила за мужем и не просила, чтобы он отчитывался, куда уехал, но сейчас думаю, что пора ввести такую практику, хотя бы пока мы не закончили важное дело.

Но, кажется, как раз то самое важное дело его теперь не очень интересует.

Мне теперь кажется, он уже смирился, что мы не заключим такой важный для нашей компании контракт. Возможно, потому, что у него какие-то свои планы. Хотя, почему «возможно»? Я в этом теперь уверена.

Кручу снова в руках платёжки, которые оставила мне главный бухгалтер.

Деньги словно растворились в воздухе, оставив после себя лишь загадочные записи в отчётности. Цель платежа «На нужды компании» и больше ничего.

Никак не получается теперь отсоединить в голове одно от другого. Одно – это платёжки. Другое – его измена десять лет назад.

Эти платёжные документы неожиданным образом стали для меня возвращением в прошлое. Потому что его поведение стало казаться мне таким знакомым…

Слышу звук подъезжающей машины. Аркадий приехал домой.

А следом за ним, совершенно неожиданно, появляется наш сын со своей девушкой.

Наш дом для них всегда открыт, поэтому они приезжают без предупреждения, когда хотят. Я, естественно, рада моим родным, но разговор с мужем придётся отложить на пару часов.

Наблюдаю за мужем. Аркадий сидит напротив меня, расслабленно откинувшись на спинку стула, и спокойно обсуждает с детьми всякую ерунду. Он абсолютно невозмутим, как будто ничего важного не произошло.

Сделка отложена? Ну и ладно! Ему хоть бы хны и никаких признаков для беспокойства, нервозности.

Он весело рассказывает Игнату о том, какую машину хочет купить себе, обсуждает погоду, шутит над чем-то с сыном.

Маша всё больше грустит и ничего не кушает. Надя пытается с ней о чём-то поговорить, но она не идёт на контакт. Всегда жизенрадостная девушка неожиданно словно закрылась ото всех.

– Всё в порядке у тебя? – спрашиваю, когда мы с ней убираем со стола.

– Да, мама, всё хорошо. Не беспокойся за меня, – обнимает за плечи и кладёт голову на моё плечо.

– Маш...

– Мам, не сейчас, ладно? – смахивает слезу. – Пока не хочу говорить, мамочка.

– Проблема разрешимая? – единственное, что спрашиваю её.

– Наверное, – говорит уклончиво. – Да, да, разрешимая, – видимо, желая меня успокоить.

Ближе к вечеру, когда наконец все разошлись, засунув посуду в посудомойку, поднимаюсь в нашу спальню.

Слышу, как шумит вода в душе, и жду, когда он выйдет. Его нет довольно долго.

Наконец, дверь ванной открывается, и он выходит, вытираясь полотенцем. Его взгляд скользит по мне, задерживаясь на секунду дольше обычного.

– Ты сегодня вся какая-то... напряжённая. И Маша тоже. Что-то случилось у вас?

– Аркадий, сегодня я разговаривала с главным бухгалтером...

Он замирает, полотенце больше не движется по волосам. Его глаза становятся серьёзными, и он отворачивается, возвращаясь в ванную. Там он проводит несколько, как мне теперь, кажется, долгих минут.

Сменив полотенце на домашний костюм, возвращаться в спальню. Садится рядом со мной на кровать, и мы оба молчим. Молчание странно затягивается и становится раздражающим.

– Пришла жаловаться, старая грымза, – сдаётся.

– Ну да. Рассказала как ты… выводишь по-тихому деньги. Сам скажешь, куда и зачем?

– А если не скажу?

– А если не скажешь, тебя ждёт аудит. Несмотря на то что ты умный финансист, ты тоже можешь совершать ошибки. И в этот раз, похоже, это случилось. Если ты сам готов сказать, о чём речь и куда уходят деньги, я готова выслушать.

– Вот ведь! Всё испортила! – начинает психовать.

– Кто что испортил? Я не понимаю тебя.

– Главбухша твоя, дура занудная, всё испортила!

– И чем она дура? Это её работа!

– Я ведь просил её не говорить тебе ничего! Хотя бы ближайшие месяцы!

– В смысле... – вообще уже не понимаю, о чём он говорит. – Не говорить, что ты обворовываешь нашу компанию? Ты совсем чокнулся? – теперь уже и я выхожу из себя. – Ты же адекватный, вроде, человек. Я же узнаю всё равно, или позднее или раньше об этих расходах! Что с тобой происходит, в конце концов?!

– Никого я не обворовываю! Я, наоборот, для нас стараюсь! У тебя день рождения скоро, я хотел сделать сюрприз! Хотел представить тебе одну идею, которой буквально заболел совсем недавно, но твоя сотрудница всё испортила!

– О чём ты?

– Ладно, чего уж теперь... – вздохнув тяжело, направляется в свой кабинет. Несколько минут тишины, затем возвращается, держа в руках папку для хранения эскизов. Бросает её на кровать передо мной. – Я придумал новую идею, где мы сможем объединить нашу линию по пошиву обуви и линию по изготовлению одежды. Вот, посмотри! – присаживается рядом и начинает лихорадочно листать страницы.

Его поведение после моих вопросов заметно меняется: он теперь нервничает. Говорит, говорит, говорит, но в глаза мне не смотрит.

– Вот так… – через несколько минут замолкает.

– Но ты мне ничего не говорил... – тихо произношу я, не понимая, почему он скрывал это от меня раньше.

– Ну я же сказал – сюрприз для тебя! – отвечает он, слегка раздражённо, с обидой. – Думала, что только ты с Меркуловым такие умные и креативные? Нет, я тоже умею мыслить нестандартно, хоть и больше работаю с цифрами!

Беру в руки бумаги, начинаю рассматривать и не знаю, что сказать. Честно, неожиданно. Пока в голове у меня крутились другие мысли, на что он мог потратить эти деньги, а здесь… эскизы? Новая коллекция? Аркадий придумал? Чудеса…

– Ну что? Порвать? Выкинуть? – смотрит на меня с вызовом.

– Не пори горячку!

– Ты сама подумай, Линка, это же так круто создать ещё один новый бренд, и пойти дальше, чем тот уровень, на котором мы находимся.

– Я не уверена, что это возможно, – признаюсь.

– Почему?

– Тебе мало того, что у нас есть? Я и там работаю слишком много, не смогу больше ближайшее время новые проекты тянуть. Всех денег не заработаешь, – говорю правду.

– А мне мало! Больше хочу! – раскидывает руки в стороны, словно обнять этот мир хочет и присвоить его себе. А насчёт тебя, не лезь, дай время и денег, я сам всё организую.

– Именно на это ты и воруешь деньги из бюджета компании?

– Вот ведь заладила! Я не ворую! Я беру на дело!

– Хорошо. Но имей в виду, что больше суммы, чем пятьдесят тысяч в день без моего согласия … на дело, – делаю паузу, – ты никуда не переведёшь.

– Вот так вот, да? А где поддержка? Где восхищение моей идеей? – возмущён практически до бешенства. – Погоди… Ты закрываешь мне возможность распоряжаться деньгами компании? – наконец-то доходит, что я только что ему сказала. – Не доверяешь своему мужу? – Он словно берёт меня на «слабо» теперь и требует, чтобы я опровергла это.

– Да, я не доверяю собственному мужу. Какие бы идеи не возникали в твоей голове, мы раньше всё обсуждали. А сейчас ты изменился до такой степени, что я смотрю на тебя и словно другой человек передо мной. Ты проворачиваешь эти вещи за моей спиной, а это сродни обману. Помнишь главное правило в нашей семье в отношениях? Не врать! Ты меня накрутил про компанию, с которой мы планировали заключить сделку и слился. Другие разбираются с этим, а теперь вдруг ты придумываешь новые идеи и не обсудив со мой берёшь деньги.

– А я что, отчитываться должен?

– Нет, конечно. Но ты не ответил главному бухгалтеру на что потратил деньги. А это, согласись, очень плохой знак.

– Зря я тебе рассказал свою идею, – не слушает мои доводы. – Надо было молчать до последнего и делать то, что хочу я.

– Хватит претензии высказывать. Откуда полезли обиды? Кризис среднего возраста в голову ударил, что ли? Понял, что ты вдруг рядом со мной не состоялся или что?

– Допустим! Я тоже в этой жизни что-то стою!

– А я хоть раз тебя в этом заставила усомниться? – молчит. – Поговорить об этом хочешь? У тебя, если неожиданно ко мне какие-то претензии появились, так ты скажи. Молчать зачем?

– Нет! – рявкает недовольный.

– Ну, тогда спокойной ночи.

Я опять плохо спала и сегодня. Теперь, кроме вопросов о компании, в моей голове кружилась ещё одна мысль: претензии к жене обычно возникают, когда её с кем-то сравнивают. И Аркадий, видимо, именно сейчас этим и занимается.

А на пути в новую у Аркадия жизнь лежали старенькие грабли…