РОМАН. 51 глава

Марина Максимовна реагирует очень спокойно.

Гораздо спокойнее, чем я того ожидал... и это хорошо: есть шанс, что все это – какое-то сплошное большое недоразумение, и Алина Игоревна ошибается...

– Да уж, – фыркает моя подчиненная с явной насмешкой над показанным видео. – Представляю, что вы обо мне подумали. Марина Максимовна принимает от родителей взятки!

Ну да, конечно, она сразу все поняла... поняла, на что я намекаю, в чем подозреваю...

Она ведь умная женщина!

Мне сразу становится как-то стыдно, и я как будто бы даже начинаю оправдываться, по крайней мере, мой голос звучит именно таким образом:

– Прошу прощения, мне и самому неловко и неприятно, но... я обязан выяснить правду!

– Понимаю. Но в конверте не деньги, – говорит она, и у меня как будто бы сразу от сердца отлегает... даже при том, что она еще ничего не объяснила, не предоставила никаких доказательств! Один только ее уверенный голос и открытый взгляд заставляют думать: она говорит чистую правду! – Там билеты в театр, – продолжает она и начинает рыться в сумке. – Он у меня с собой, кстати... – протягивает конверт мне, я открываю: и правда билеты! – Спектакль-то сегодня. Не верите – спросите у самой Ирины Александровны, или у ее сына Ричарда, или у моей дочери Милы, или у Алана Германовича, Нонны Михайловны и Лилии Эрнесовны – они все в курсе...

– Я непременно спрошу, – киваю я, но уже понимаю: вопрос исчерпан.

– Кстати, – говорит она вдруг. – У меня один билет свободен. Буду рада, если составите компанию.

– Что?! – переспрашиваю, опешив. Она меня в театр зовет?!

– Ну... – Марина Максимовна немного смущается, но все же говорит: – Я собиралась идти со своей дочерью, но у нее возникли другие, не менее важные дела. Лучшая подруга театр не очень любит. Мама старенькая и постоянно болеет, с ней на такое мероприятие уже не выбраться. А с мужем... ну, вы и сами знаете, что мы в процессе развода.

– А как же Иннокентий Иванович?! – спрашиваю я с улыбкой.

– Думаю, он все-таки не мой типаж.

– А я, значит, ваш?! – спрашиваю невольно, а потом, сообразив, какую глупость сморозил, быстро себя поправляю: – Простите, я не то имел ввиду...

– Все нормально, – кивает Марина Максимовна. – Просто вы – приятный и адекватный мужчина, и я буду рада, если вы составите мне компанию как коллега и друг.

– Ну что же, – подвожу я итог. – Почему бы и нет. Я с удовольствием!

– Вот и отлично. Начало в девятнадцать часов. Встретимся с вами в фойе?

– Да, за пятнадцать минут до начала.

– Договорились.

Мы прощаемся, Марина Максимовна уходит, а я задумываюсь, как же забавно все вышло!

Когда она вошла – я боялся, что мне придется ее уволить.

А теперь она вышла – и между нами уже есть договоренность пойти вместе в театр.

Ну не удивительно ли?!

Эйфория проходит минут через десять, и меня начинают грызть вопросы.

Правильно ли я поступил?!

Имел ли я право согласиться?!

Профессионально ли это, этично ли?!

И почему вообще я сказал «да» так легко, практически не задумываясь?!

Обрадовался, что она не виновата и не брала взятку?!

Или все сложнее, глубже, и она... нравится мне?!

Ну, то есть, не просто как подчиненная, коллега, человек... как женщина!

Разве так можно?!

Она ведь все еще замужем – и несмотря на ее протесты, муж не планирует отпускать ее, а еще он – владелец бизнеса, которым я сейчас управляю!

К тому же, у нее есть еще один ухажер!

А я что?!

Я все равно через год-полтора вернусь в Москву, закончив с этой работой.

Стоит ли мне начинать здесь какие-то близкие отношения?!

И почему я вообще думаю про отношения с Мариной Максимовной?!

Чтобы отвлечься от мыслей, которые крутятся бешеным хороводом в моей голове, а заодно и окончательно закрыть дело, я решаю пообщаться со свидетелями, которые должны подтвердить, что Марина Максимовна не берет взятки, зато очень любит театр, и между ней и мамой одного из учеников давняя договоренность о том, что та достает для нее билеты.

Я звоню Ирине Александровне, а потом поочередно вызываю в свой кабинет Алана Германовича, Нонну Михайловну и Лилию Эрнесовну: все они, как один, подтверждают то, что сказала Марина Максимовна.

Меня окончательно отпускает, и я наконец начинаю заниматься своими стандартными ежедневными делами.

Заканчиваю около пяти и понимаю, что ехать перед спектаклем домой уже нет смысла.

Зато есть смысл переодеться, точнее – приодеться перед театром!

К счастью, у меня в кабинете есть несколько смен костюмов на случай, как говорится, важных переговоров.

Два черных, один синий, один костюм-тройка серого цвета, менее официальный, и несколько рубашек и галстуков на все случаи жизни.

Вот бы знать, в чем будет Марина Максимовна, чтобы подобрать костюм в тон ее наряду!

Но, увы, я этого не знаю.

Можно позвонить и спросить, конечно, но это, думаю, перебор.

В итоге, я выбираю серый костюм-тройку, решив, что все остальное – слишком пафосно.

Театр-то не классический, а экспериментальный!

В шесть вечера я заказываю такси, чтобы успеть.

Когда оказываюсь в театре, то не сразу замечаю Марину Максимовну, настолько она преобразилась!

В школе она всегда выглядит скромно: блузы пастельных тонов, юбки-карандаши, брюки со стрелками, строгие миди-платья прямого кроя.

Сейчас же на ней роскошное золотисто-желтое платье точно по фигуре, красиво подчеркивающее каждый изгиб, и туфли на невысоких, но очень изящных каблуках.

Волосы не убраны в строгий узел на затылке, а завиты и рассыпаны по плечам.

На лице – немного косметики.

Подхожу ближе: какой изумительный аромат парфюма!

Если бы я не знал, насколько это скромная и приличная женщина, я бы подумал, что у нас свидание!