Глава 31. Он

Вопрос сына заставляет меня задуматься и посмотреть на него, как на восьмое чудо света. Сын тем временем деловито говорит:

— Тебя устраивает, что вы по отдельности? Страдать в отдалении приятнее?

Артем говорит со мной таким уверенным голосом, смотрит ясным взглядом, будто это я, а не он считался погибшим. Будто я блуждаю в лабиринте, а он видит все четко и без перегибов.

Невероятно сложно разговаривать на эту тему, обсуждать с сыном свои личные отношения. Эй, когда он так повзрослеть успел? Я помню его открытым, добрым и немного взбалмошным. Но сейчас передо мной стоит рассудительный молодой мужчина, не боящийся поднимать сложные вопросы и темы. Поэтому я заставляю себя отвечать честно.

Мне кажется, мы все заслужили быть честными друг с другом сейчас, в особенности, с сыном.

— Нет. В том, как я сейчас живу, нет ничего приятного.

Этот ответ дался мне нелегко, но я это сделал.

— Тогда я не понимаю! — разводит руками Артем. — Тем, как все сложилось, ты недоволен, но и не делаешь ничего, чтобы это исправить.

— По лицу прилететь может!

Шучу, конечно, ведь Тоня не из таких женщин, которые будут вести себя, как хабалки, или полезут в драку. Но все же я уверен, что Тоня сможет дать мне пощечину, если я полезу к ней с жаркими объятиями или даже поцелуями. Все-таки она довольно темпераментная женщина, хоть на время это и было забыто нами.

— Или не только по лицу. У Тони… темперамент, — говорю взбудоражено, но пытаясь скрыть волнение.

— Так за дело же прилетит? Или как? — продолжает пытать меня сын.

Чувствую себя словно под прицелом.

Что за допрос, честное слово!

— Ладно, хватит. Что мы все о нас, да о нас, ты о себе расскажи.

Сын улыбается, глазами смотрит так, давая понять, что мне не удалось навсегда уйти от этой темы.

— Я для того и вернулся, чтобы о вас послушать, понять, как вы тут жили… Что же касается меня, то я пока не знаю, чем займусь, и чего мне теперь хочется. Про отношения тоже пока не думаю.

Я собираюсь сказать, что его девушка уже год как замужем и родила, но Артем мене опережает.

— Моя бывшая девушка в отношениях, у нее семья с другим мужчиной… — вздыхает. — Вряд ли будет рада узнать, что я воскрес. В любом случае, это ничего не изменит.

Кажется, по этому поводу он совсем не злится, сказав, что и сам бы не смог жить годами, храня верность умершему, тем более, что встречались они совсем недолго. Тем не менее, думаю, возвращение Артема еще наведет шумихи. От любопытных отбоя не будет.

— Сегодня здесь останусь, так уж и быть, переночую в доме.

Я стараюсь не показывать, как сильно я рад компании. Впервые за эти месяцы буду не один, дожился!

— Потом… Не знаю даже, — пожимает плечами сын.

— Зачем ты завел разговор о том, что будет потом? Живи со мной, Артем. Я буду только рад. Все равно оформление документов, вся эта волокита займет время.

— Да, я понимаю. Но и ты пойми, пап. Это временно.

Хоть так.

Не описать словами моей радости!

— Говоришь, у мамы ателье? Ремонт там…

— Да.

— Думаю, ей помощь не помешает. И, пап, — добавляет строго. — Надеюсь, ты по этому поводу гундеть не будешь. Я пока не готов к работе в офисе и, знаешь, не уверен, что хочу продолжать идти по твоим стопам.

Подобное заявление для меня прозвучало очень неожиданно.

Если бы не все эти события, я бы сейчас сразу же кинулся переубеждать Артема и возмутился, что он ничего не понимает. Но сейчас я смотрю на многие вещи иначе, поэтому не спешу делать поспешные выводы.

— Не спеши, у тебя полно времени со всем разобраться, — говорю я.

Потом мы возвращаемся в дом.

Время уже позднее, но никто не спешит расходиться, все взбудоражены. Поэтому я предлагаю всем заночевать у нас дома, и согласие последовало незамедлительно.

Мы все рады тому, что Артем снова с нами, но в глубине каждого из нас жив страх: вдруг он исчезнет с наступлением утра, как дымка? Глупый, иррациональный страх, но он присутствует, и я четко понимаю, что и Тоня, и Лена, и даже Варя остаются сегодня в нашем доме именно по этой причине.

Вещи наших девочек всегда лежат в их комнатах. С этим никаких проблем не возникнет. Тоня внезапно засмущалась.

— В спальне полно твоих вещей осталось, — говорю я негромко. — Пойдем.

Мы входим в спальню, которая была нашей супружеской, и одновременно замолкаем, чувствуя смущение, сгустившееся в воздухе.

— Я думала, ты от всего избавился.

Тоня бросает на меня быстрый взгляд. Я опираюсь затылком о дверь, наблюдая за бывшей женой.

— Сейчас я бы все отдал, чтобы мы снова были вместе, — произношу я. — Говорю от чистого сердца.

— Яр, прекрати! — тихо просит Тоня. — К чему это сейчас?

— Когда еще? Ты должна знать, я жалею. Очень жалею о том, как поступил с тобой, с нами, с девочками. Я не перестаю себя корить за то, что заставил всю семью пройти через это. Мне нет прощения, и самое смешное, что я понял тщетность своих усилий. Понял, что пыжился напрасно, внутри пустота. Любка эта… — выругался.

— Яр, у нас был тяжелый, насыщенный день. Я устала и не хочу сейчас обсуждать твою Любку с ее кустиками, — фыркает.

У меня такое чувство, будто я покраснел.

— Кстати, что с ней?

— Она под стражей. Просила встречи с тобой, хотела принести извинения.

— Пусть оставит свои извинения при себе! — возмущается Антонина. — Она чувствовала себя на коне, когда ты ей потакал, злорадствовала и сочилась ядом. Потом вообще как с катушек слетела. А теперь, что? Надеется отделаться одним простите-извините? Нет! Как говорится, бог простит, а я… я не обязана прощать всех и вся!

Бросив на меня быстрый взгляд, Антонина быстро берет необходимые ей вещи и движется к двери.

— Дай пройти, Ярослав.

— Можешь остаться здесь, — киваю на комнату. — Я посплю в другом месте.

— Нет. Я не буду спать там, где…

— Господи, Тоня, я же сказал, не было ничего у меня с ней! Тем более, в доме?

— Забавно. Ведь однажды Лена прибежала ко мне только потому, что Любка пришла и вела себя в нашем доме хозяйкой. Она и дочь твою отсюда выжила, а ты…

— Как пришла, так и ушла. Я спал здесь один!

Что за ссора вообще такая глупая? Я думал, что мы уже перешагнули эти обиды.

— Было и было, чего теперь, всю жизнь эту Любку проклятую вспоминать?!

— Как у тебя все просто, Яр! Не буду я здесь спать, понял? Сам спи на огромной кровати и наслаждайся, а я на диване в гостиной посплю.