Глава 58. Идеальные рабочие отношения
Игорь
«Ты издеваешься надо мной…»
Третий день наблюдаю за Снежаной через камеры и млею, глупею, зверею от ее улыбки. Эта женщина улыбается всему, что есть в моей гребаной кухне: посуде, продуктам, даже коллегам, которые совсем недавно не ахти как к ней относились. Кажется, я принял на работу мисс «Улыбку 2019».
— Боже, сделай так, чтобы наш малыш был похож на нее… Хотя если будет девчонка, это ж мне понадобится ружье, чтобы отгонять женихов! Благо, имеется… — бурчу себе под нос, откидываясь на кресле.
Я неплохо управляюсь с оружием, периодически езжу пострелять с приятелями. Есть не только ружье, но и пистолет, храню в сейфе, как и положено. На самом деле это по для самозащиты, и стрелять мне приходилось пока лишь в мишени или по банкам из-под пива.
«О чем я только думаю… Мой ребенок еще размером с микрогорошину, а я уже собрался отстреливать женихов!»
Надо закрыть трансляцию, приняться за документы, вон их сколько накопилось на столе. Я директор или… или! Не могу прекратить пялиться, не могу собраться с мыслями. Снежана вообще очень пагубно на меня действует. Точнее раньше, когда мы занимались с ней любовью минимум раз в день, всё было хорошо. Зато теперь, когда доступ к телу закрыт, хочется лезть на стену или бегать по потолку.
Иметь ее рядом адски сложно. Умом понимаю, что должен быть благодарен хотя бы за это. Я бы с ума сошел, если бы она уехала. Спасибо, что не вычеркнула меня из своей жизни. Однако душа всё равно грозит разорваться в клочья от того, что не могу себе позволить даже банальное объятие.
Что за идиотская идея — просто растить ребенка вместе? Глупость, совершенная глупость. Ведь куда лучше жить вместе — это же очевидно, разве нет? Мне вот, например, очевидно. Только не как соседи, которые вместе исключительно ради ребенка, я такого соседства не переживу. Мы могли бы быть нормальной любящей парой, которой мы и были еще совсем недавно.
Я на своей жене хотел жениться раз в сто меньше, чем на Снежане. Но Марина пошла за меня, а Снежок не хочет скреплять себя такими обязательствами. Не верит мне. Удивительная штука — жизнь, за последний месяц я сомневался в миллионе разных вещей, зато в своих чувствах к ней был уверен, а мать моего будущего ребенка не верит.
С другой стороны ее сложно винить, слишком много навалилось на хрупкие плечи моей Снежной королевны. Предательство, развод, еще одно предательство. Наверное, ей просто нужно время, чтобы успокоиться, начать снова мне доверять.
Интересно, сколько времени? Неделя? Месяц? Я долго не выдержу. Но я должен постараться, делом дать ей понять, насколько она мне небезразлична, показать, что она со мной в безопасности. Буду за ней ухаживать. Ненавязчиво, но так, чтобы она чувствовала — я рядом и готов строить с ней семью.
Докажу ей всё и покажу! Главное — не сойти с ума в процессе.
Я смогу… Смогу?
* * *
Снежана
— Как ты там, мой Сладик? — шепчу тихонько, чтобы не услышала Дарья, моя соседка по рабочему месту.
Сладик — потому что сладкий, так я прозвала моего малыша. Буду называть этим именем, пока не выясню пол, а там посмотрим. И да, очень похоже, что я из тех сумасшедших мамаш, которые беседуют с собственными животами, а еще бесконечно брызжут счастьем по поводу и без. Хотя как по мне — повод имеется и весомый. Имею полное человеческое право ходить с лыбой до ушей хоть завязочки пришей. У меня в конце концов счастье — долгожданный ребенок, которого я уже обожаю со всех сторон, и плевать, что я беременна какой-то месяц. Для меня мой малыш реальней чем всё остальное меня окружающее.
Чешу животик, которого еще нет, и думаю, что в этот момент чувствует малыш.
«Я тебе на дни рождения буду готовить такие сласти, — продолжаю с ним болтать про себя, — что все друзья обзавидуются! А по выходным буду печь блинчики, оладьи… орехи со сгущенкой! Это же такая вкуснотень!»
— Ты залетела, да? — вдруг спрашивает Дарья.
Киваю, хотя говорить никому пока не собиралась. Кажется, мне просто не удержать в себе эту новость.
— Догадаться было не сложно, — хихикает она. — Поздравляю! Это здорово! Я тоже так улыбалась, когда была беременна своим Гошкой, волшебное время первых недель, когда тебя еще не тошнит…
— Я не знала, что ты замужем! — всплескиваю руками.
— Мужа нет, а вот ребенок имеется, да…
— Извини… — поджимаю губы.
Надо же было такое ляпнуть, ведь сама собираюсь рожать без мужа. Но Даша, похоже, совершенно не обижается. Продолжает болтать как ни в чем не бывало. Пока готовлю очередную порцию эклеров, мы с ней самозабвенно сплетничаем.
Вообще заметила, что отношение коллектива ко мне изрядно изменилось. Причем в лучшую сторону и не смотря на мою самоволку! Ведь после того, как Алпатов свозил меня на анализ ХГЧ я просто ушла с работы и два дня не появлялась, никому ничего не объяснив. Впрочем, думаю, за меня всё сказал Игорь.
К тому же с исчезновением из кухни некоторых особо вредных личностей дружить со мной перестало быть зазорным. Сушеф, точнее новый шеф-повар очень мне благоволит. Да и за внимание Мальцева больше никто не борется, поскольку самого Мальцева нет. Словом, работать в «Сапфире» стало одним удовольствием.
«Интересно, это Игорь постарался, или всё само собой устаканилось?»
Склоняюсь к тому, что Игорь. Слишком трогательно он обо мне стал заботиться. Так и норовит отвезти, привести. Похоже, выучил мое расписание наизусть.
— Снежана, тебя просят в зал! — заглядывает на кухню один из официантов.
— Кто?
— Подруга, Светлана…
— А-а, спасибо!
Подхожу к шеф-повару и прошу:
— Можно мне отлучиться на пятнадцать минут? Все заготовки я сделала, последний заказ тоже…
— Конечно, иди! — кивает он.
У меня такое ощущение, что с тех пор, как наш сушеф стал шеф-поваром, его голова стала еще больше. Или он просто теперь ходит с более горделивым видом.
Беру из утренних запасов две порции торта «Наполеон», выкладываю на тарелки, ставлю на поднос и спешу сначала к бармену за облепиховым чаем, а потом к Светику. Она сидит за столиком у окна, завидев меня, машет рукой.
Раскладываю тарелки, чашки, ставлю чайник. Только хочу сесть напротив, как слышу за спиной смутно знакомый мужской голос:
— Какие люди и без охраны…
К нам подходит рослый, плечистый блондин в строгом сером костюме. Но почему-то буравит взглядом именно меня, а не Свету, хотя здоровается с ней первой.
— Привет! — а потом снова поворачивается ко мне: — Ну? Не узнала? Пашка Моргунов, одноклассник твой! Снежана, помнишь, как мы с тобой в школе дружили? Даже на свидание бегали!
И тут я его узнаю. К слову, дружбы не помню… А вот единственное свидание, закончившееся шантажом, намертво засело в памяти! Я, наверное, и в девяносто буду помнить, как Пашка сфотографировал меня полуголую, потом требовал за это фото, чтобы я дала ему себя потрогать, а когда отказала, заставил поиздеваться над Игорем! Сволочь и гад! Если бы не он, может, у нас с Большим Боссом всё сложилось бы совсем иначе.
«Еще подходит как ни в чем не бывало, здоровается…»
Моргунов словно не замечает моего презрительного взгляда, ведет себя как ни в чем не бывало.
— Нет, ну Светку-то я сразу узнал, на встрече выпускников виделись, а вот тебя… Снежинка, ты и мелкая была супер, а сейчас вообще… Кто ты тут? Официанточка?
— Снежана — повар-кондитер! — строго отвечает ему Светик. — А ты иди отсюда, Моргунов! Мы с тобой любезничать не намерены!
— Чего? — он хмурит брови и складывает руки на груди.
— Того! — киваю в такт Светиным словам. — Иди куда шел!