Глава 8
Мия.
Болезнь, смерть...
Никогда, никогда они не приходят вовремя или ожидаемо. Всегда это больно, страшно, неожиданно. Вчера еще дан Козимо шутил, и играл с Мией в шахматы, и рассказывал, какая красивая весна в Демарко, когда все деревья распускаются, и пахнет яблоневым цветом...
А сегодня он лежит бледный, и Мия прекрасно видит, что это конец.
Может быть, час, два, крайний случай - три. Не больше.
- Отец!
Рикардо рухнул на колени перед кроватью дана Козимо.
Мия сделала шаг назад. Второй... нет, здесь и сейчас ей быть не надо. Пусть отец и сын побудут вместе. Вот, и дан Козимо приоткрыл глаза, кажется, он пытается что-то сказать...
Мия ловко перехватила дворецкого.
- Ньор Джулиани! Надо срочно послать за падре Лелли.
Акилле Джулиани, дворецкий в Демарко, остановился.
Что ж, дана Мия... да, вот так ее и стали называть. Именно дана Мия. Ну не получалось ни у кого назвать ее ньорой или ньоритой, видно же всем, что дана. Дана Мия могла распоряжаться. И дан Козимо ее одобрял, и поддерживал ее решения. И дан Рикардо... ну, тут и вообще все ясно.
- Хорошо. Дана Мия, какие будут распоряжения?
Мия вздохнула.
- Дан Рикардо пока не сможет приказывать. Ему не до того. Поэтому пошлите срочно за падре Лелли, может, он еще успеет принять исповедь у дана Козимо. Прикажите ньоре Гацина готовить поминальную трапезу. Выдать всем синие ленты, задрапировать зеркала... ну и прочее, что полагается.
Мужчина кивнул.
- Хорошо, дана Мия. Я распоряжусь.
- Прикажите приготовить для падре Лелли комнату. Полагаю, ему будет удобнее остаться здесь ночевать, и скажите плотнику. Нужен будет гроб... да, на кладбище... где покоятся Демарко?
- В фамильном склепе.
- Распорядитесь его открыть, проветрить, что ли?
- Конечно, дана Мия.
- Я прослежу.
Мия кивнула, и отправилась обратно. К дану Козимо.
Все же... ей надо попрощаться. А, вот кстати... бутыль с вином Мия прихватила с собой. И кружку тоже, на всякий случай. Кислятина, но сойдет для случая.
Рикардо так и стоял на коленях перед отцом, сжимая его руку. Обернулся он только на звук ее шагов.
- Мия?
- Да, Рик. Выпьешь?
Вино полилось в грубую кружку. Рик принял ее из рук Мии и сделал глоток.
- Спасибо.
Мия тем временем подошла к кровати. Как же меняется человек всего за несколько часов...
Седые волосы прилипли ко лбу, щеки ввалились, превращая лицо в подобие черепа, глаза запали, губы - и те куда-то исчезли...
- Дан Козимо...
Даже руки ледяные и влажные.
И только где-то внутри, в глубине его глаз, горит знакомый огонь.
- Мия...
- Дан Козимо, я позвала священника.
- Спасибо, Мия... Рик... ты помнишь.
- Я поклялся, - согласился Рик.
- Мия... не бросай его, детка.
Мия погладила ледяную руку, взяла ее двумя ладонями, попробовала согреть.
- Обещаю.
Дан Козимо расслабился, откинулся на подушку.
- Хорошо... берегите друг друга, дети...
Дети переглянулись.
Да, конечно, они и будут, и вообще...
Что именно вообще? А неважно. Не до того им сейчас было. Они ждали падре Лелли.
Потом падре примчался, потом принял исповедь у дана Козимо, чуть ли не на последнем дыхании... впрочем, некоторые тайны дан Козимо оставил все же при себе, рассудив, что каяться над в грехах. А знание о предках - это грех?
Вот вряд ли...
Жили они и жили, а как уж их там звали... перечень грехов в Библии указан. Осла он чужого не желал, не крал, не убивал, не прелюбодействовал, чужой жены тоже не хотел... ну и чего?
Диэран Ветреный и его скромные особенности в списке точно не числятся. Так что...
Сие не грех. Сие крохотное отступление. И вообще... чего о предках-то рассказывать?
Так что падре Лелли остался спокоен и доволен и собой, и обедом, и оплатой труда, а дан Козимо около трех часов пополудни отошел в мир иной, сжимая в одной руке ладонь сына, а в другой руку Мии. И в полудреме-полубреду ему казалось, что сквозь его тело проносится ветер. И он летит вместе с ним, высоко-высоко... далеко, на край земли, туда, где только седые волны бьются о скалы... есть только ветер.
Ветер и небо...
***
Рикардо плакал и не стеснялся этого. Мия обняла его, прижала к себе и гладила по волосам, словно маленького. Да, вот так... хоть ты всю округу перелюби, но терять отца... единственного родного человека, который у тебя остался...
Тяжко.
- Я с тобой, Рик. Я с тобой.
- Спасибо, Мия.
Рикардо обнимал девушку, и понимал, почему отец просил его не гнать Мию какое-то время. Да, тяжко одному...
И просто тяжело, и вообще... Мия уже успела обо всем подумать, приказать, распорядиться...
- Мия, я так рад, что встретил тебя. Ты чудесная девушка...
Мия прижалась покрепче к своему мужчине.
Сегодня, да и завтра, им не до любви. И не до похоти. И ничего страстного нет сейчас в ее объятиях. Просто - понимание.
Два человека, друг рядом с другом, два тепла, два дыхания... ты - не один.
Ты - не одна.
Смерть все окутывает своим холодом. Можно сколько угодно говорить, что все ТАМ будем, что расстаемся ненадолго, что встретимся... можно.
Только вот это не утешает даже самих церковников. И очень часто они бывают несчастны в жизни. Закон равновесия.
Если взял на себя ногу, будь ее достоин. А если лжешь, лицемеришь, подличаешь, зарабатываешь деньги на пастве... ну и не обессудь. Любая подлость рано или поздно отзывается. Становится явной, вылезает на свет, раскрывает черную пасть и радостно шипит.
А я вот она! Здрасссссте! Вы не сосссссскучилиссссссь? А я в госсссти!
Или - в хозяева, чего уж там. Иногда единожды совершенная подлость уничтожает всю человеческую жизнь, разрушает и перекраивает все под себя. Но кто об этом думает?
Обойдется, пронесет, повезет...
Любимые оправдания дураков. Мия к ним не относилась. И очень радовалась, что дан Козимо никому не рассказал лишнего. Ни о Рикардо, ни о самой Мие.
Так жить спокойнее.
А сейчас... сейчас они с Риком пойдут ужинать - и спать. Даст Бог - у них это получится. Рядом, делясь теплом и спокойствием. Рядом...
Адриенна
Такие вещи она не переваривала никогда.
И нигде.
И вообще... мразью для такого надо быть!
Адриенна пребывала в гневе и ярости.
Она шла по коридору, когда услышала писк из стенной ниши. Ладно... дело вполне житейское, случается при дворе всякое... кто-то и до кровати не доходит.
А вот звук пощечины...
И презрительное: 'на колени, тварь'...
Что-то это не походило на любовную игру. Никак.
И еще одна пощечина, и жалобный вскрик.
Адриенна решительно отдернула портьеру.
Кажется, этого дана она где-то видела... нет, имени она не помнила, слишком их тут много бегает. А девочка - служанка. На ней и платье служанки, и передник, и лента на рукаве, как положено, бело-алая. Только вот на лице слезы. И в глазах надежда, которая гаснет...
Разве женщина справится?
Разве кто-то будет ее защищать?
- Что здесь происходит? - ледяным тоном поинтересовалась Адриенна.
- Ваше величество?
- Дан?
- Дан Карневали. Базилио Карневали, к вашим услугам.
- Я не нуждаюсь в ваших услугах, - ледяным тоном ответила Адриенна. - А девушка - в вашем внимании. Можешь быть свободна.
Девчонка пискнула, но с места не двинулась. Рука мужчины удержала ее за волосы.
- Ваше величество, - дан Карневали смотрел на нее, как на дурочку, - Не лезьте в это дело. она напрашивалась на трепку, она ее получит... не переживайте, эта шлюха полдворца перебрала.
Адриенна скрипнула зубами.
Что на может сделать?
Отправиться сейчас к королю. Ее выслушают, и даже погрозят негодяю пальчиком. А вот служанку он... изнасилует, может, изобьет... ее в результате и выгнать могут, и беременной она окажется...
Оставлять ее здесь нельзя.
Но как вырвать девчонку из рук негодяя?
Адриенна непроизвольным жестом, как бывало уже не раз, потерла кольцо на своей руке.
И шагнула вперед.
Нет, она не стала выше, не стала страшнее, не полезли у нее клыки, не поползли когти... вовсе даже нет.
Просто...
Само выражение глаз, движения... и крылья распахнулись у нее за спиной - или тень так легла?
Адриенна не знала, но сейчас она была копией прабабки. А появление на поле боя Морганы Чернокрылой враги отмечали криками ужаса.
Не потому, что Моргана была страшна в битве, хотя она и убивала, и не жалела...
Потому, что вот эта аура ужаса, которая пошла от нее...
Залила нишу холодом, заставила девчонку выпучить глаза, подползла к сапогам дана - и взметнулась вверх, захватывая добычу в свои леденящие объятия.
Девчонке досталось самым краешком, и то стало страшно, а вот дану....
Он задохнулся, схватился за горло, и вдруг заскулил, словно обмочившийся щенок.
Да, и обмочился тоже...
То, что стояло перед ним...
Дана?
Обычная баба, которую можно за косу?
О, нет...
Перед ним стояло нечто настолько жуткое, что... лучше бы он рядом с голодной пантерой стоял. И та облизывалась на его печенки-селезенки... ой, мамочка...
Мужчина дернулся - и вдруг рванулся из ниши так, что едва Адриенну со служанкой не снес. Про девчонку и говорить нечего, она так и стояла, дрожа...
Адриенна только головой покачала.
- Роза, помоги мне. Надо ее отвести... да хоть в людскую. Она же сама не дойдет...
- Дана, вы что...
- Что - я?
- Ну вам же не подобает...
Розалия хоть и говорила эти глупости, но девушку помогала вытащить, и по щекам похлопала, хоть и несильно, и платье в порядок привела...
Адриенна едва пальцем у виска не покрутила.
- Не подобает бросать девчонок на произвол насильников. Ну!?
Второго рявка не потребовалось, Розалия осознала, заткнулась - и помогла. Впрочем, на середине пути девчонка уже пришла в себя, и начала бурно благодарить. Повезло - удалось ее сдать с рук на руки лакею, которому Роза шепнула на ухо... нечто важное.
Парень проникся, подхватил девчонку, поклонился, как смог, Адриенне, и утащил несчастную.
Адриенна только вздохнула.
Ладно... будем надеяться, никто и никому не расскажет про ее... особенность. Но она правда не виновата, это наследство Морганы.
Считай - судьба. Кровь-то не сотрешь.
С другой стороны... пусть хоть ужалуются и обкричатся! Если Филиппо Третий будет каждого дурака слушать...
Адриенна махнула рукой и выкинула из головы всякие глупости. Ей было о чем поговорить с прабабкой и без этого подонка.
***
Подземелье не менялось.
Адриенна привычно приложила руку к алтарю, поморщилась, когда кровь потекла по камню, но промолчала. Вместо нее заговорила Моргана.
- Внучка, доброй ночи.
- И тебе, бабушка. Ты довольна?
- Вполне, - не стала отрицать прабабка. - Не спеши рожать, подожди годик, а потом можно и ребенка.
- И проклятие будет снято?
- Будет, Адриенна. То есть на твоих детях проклятия больше не будет.
- На детях Филиппо - тоже.
Моргана пожала плечами.
- Я не хотела, чтобы так получилось. Мне повторить еще раз?
- Нет. Скажи, почему меня... я знаю, другие женщины радуются вниманию мужей. А меня от Филиппо просто тошнит. Почему?
Моргана только хмыкнула.
- Потому что ты связана с другим мужчиной.
- А если я попробую кровь Филиппо? Или он мою?
- И что?
- Может, мне будет не так противно?
Моргана рассмеялась.
- Милое мое дитя. Именно так противно тебе и будет. И еще даже больше.
- Но почему?
- Потому что Филиппо Эрвлин не относится к существам нашей крови. Кровь не станет для вас ядом, как для потомков моего связанного, к примеру, но и действовать не будет.
- Жалко. Я надеялась...
Моргана качнула головой.
- Ты принимаешь что-то противозачаточное?
- Да.
- Вот и принимай. Супруг знает?
- Да.
- Ты сама пополняешь запас?
- Мне приносит придворный медик.
- Что ж. Это хорошо. Какое-то время Эрвлины будут тебя беречь. Потом придется сложнее...
- Понимаю. - Адриенна вздохнула и переключилась хоть на что-то хорошее. - А еще я котенка подобрала...
- Тебе вообще с животными будет легко. Это связанным было сложно, животные их не любили. Но и то, запах можно было отбить. Полынь, чертополох, любисток, лаванда... кстати - роза.
- Роза?
- Только черная. Запах моих роз забивает любой другой.
- Ой, они так разрослись...
- Неудивительно. Тебе плохо - они растут. Не забывай, Сибеллины - свет и счастье своей земли, но мы ведь не можем быть постоянно счастливы. Мы не идиоты, это тем для радости ничего не надо. А мы можем и злиться, и горевать, и плакать... вот, чтобы не причинять вреда людям, выросли эти розы. Чем хуже тебе, темп сильнее они растут.
- Они так весь розарий заполонят.
- Обязательно. Когда я рожала... между прочим, больно!
- Да?
- А ты сомневалась?
- Ну... а средства никакого нет? - наивно понадеялась Адриенна. - Мало ли?
Моргана только головой качнула.
- Когда я рожала, они чуть через реку не переползли.
- Охххх!
- Пришлось потом укрощать. Кстати, тебе бы это тоже сделать.
- Что именно?
- Сходить в розарий. И полить розы своей кровью.
- Зачем?
Моргана только вздохнула.
Да, эта девочка ее потомок. Но как же мало она знает! Какая хрупкая штука - человеческая память! И столетия толком не прошло, а все уже стерлось!
- Дело в том, Адриенна, что все эти розы - одна роза.
- Это как?
- У них один общий корень.
- Как грибница у грибов?
- Именно, - порадовалась Моргана. - Как грибница. И если напоить корни своей кровью, они почувствуют моего потомка и признают тебя хозяйкой.
- И что я смогу, как их хозяйка?
- Что захочешь. Они будут тебя защищать, ты сможешь спокойно ходить среди роз, сможешь приказать им убить.
- Убить?
- Адриенна, эти розы не просто отвод для гнева и боли. Они были последней защитой... когда король уезжал на войну, королева и дети оставались в замке. И если бы враг прорвался... один раз так случилось.
- Да?
- Давно, лет двести тому назад. Король не был убит, он был на войне, но враг решил ударить в спину. Нет ничего страшнее, когда губят близких. Когда тебе некуда возвращаться, когда разрушен дом за твоей спиной... в столицу пришел отряд врага. Немного, пятьдесят человек. Как раз, чтобы и пройти быстро, и суметь защитить себя. Они сумели ворваться внутрь, королева, пока враг пробивался через город, схватила детей и спряталась в Вороньей башне.
- И?
- Она не была нашей крови. Но дети - были. А я была сильнее, я смогла подсказать.
- Она...
- Надрезала руку сына, окропила его кровью корни розы и ребенок попросил защиты. И все... враг не прошел. Розы сами полегли в тот день, но никого не пропустили во дворец.
Адриенна поежилась.
Она почти увидела, КАК это было.
Как рвались к стенам дворца через столицу чужие наемники, конные, оружные, в простых доспехах без всяких символов, как несколько из них все же упало, но остальные преодолели ворота дворца, как они сворачивают к Вороньей башне....
И как рвутся из-под земли черные розы.
Розы гнева и боли.
Кто сказал, что дети не умеют ненавидеть? Кто сказал, что им нее бывает больно? За себя, за мать, за братика или сестренку, за саму столицу...
И розы вырастают на глазах.
Захлестывают когтистыми плетями истошно ржущих коней, те бесятся, сбрасывают всадников, убегают, истошно крича - кони умные. А всадники остаются.
И идут прямо по розам... пока могут.
Доспехи не спасут от шипов. От побегов. От дурманящего аромата цветов, который не дает дышать, душит, обволакивает, побеги спутывают ноги, а стоит упасть - и тебя затянет в этот ковер, шипы отрастают на глазах, грозные и страшные, размером с палец...
Обвивают, уничтожают...
Утягивают вниз, под корни, оплетают так, что наемники становятся похожи на коконы... земля алеет от крови.
Розы не могут отрастить шипы размером с локоть. Но и множество мелких шипов тоже не порадует врага. А смерть от кровопотери...
Она тоже - смерть. Только помедленнее...
- Я напою розы. А... они не кинутся без приказа?
- Конечно, нет! - Моргана даже возмутилась таким предположением. - Или должна быть смертельная угроза твоей жизни, или приказ... больше никак.
- Можно напоить любую розу?
- Да. Они все - одна роза.
- Спасибо, прабабушка.
Адриенна сидела на холодном полу, смотрела на призрака - и была ужасно довольна собой. Вот до невероятности!
Ей было хорошо, спокойно и уютно.
Она дома...
И даже то, что скоро придется возвращаться в часовню, ее не тревожит.
Завтра она напоит розы своей кровью.
Мия
- Кто это такой?
- Не знаю.
- А раньше ты его видел? Слышал? Хоть разговор о нем заходил?
- Нет. Но Мария Капелетти рядом с ним мне знакома. Я с ней не дружил, она старше меня, но виделись, было...
Рикардо и Мия разговаривали шепотом, сидя рядышком за столом.
Рикардо сегодня похоронил отца, отслужили службу, все, как положено, собрались на поминальную трапезу. И...
Ну ладно!
Соседи - это святое! Приехали они - и приехали, ничего плохого в этом нет. С кем при жизни дан Козимо общался, те его и проводить пришли. Но вот дана Амедео Капелетти Мия раньше и не видела, и не слышала. И ладно бы она! Хотя дан Козимо и рассказывал о своих друзьях, за шахматами-то как не поговорить? И заезжал кое-кто, бывало.
Но этого дана точно не было. Был... кажется, дан Козимо что-то рассказывал про дана Вито Капелетти? Да...
Но Мия так понимала, что они должны быть почти ровесниками. А это что за счастье такое?
Сидит за столом мужик лет сорока, краснорожий, самого что ни на есть быдляческого вида, и сметает угощение в три горла? Откуда он вообще взялся?
Почему он Капелетти? И почему рядом с ним такая бледная и несчастная дана?
Мия, недолго думая, вышла из-за стола и направилась к тем, кто знает все и немножечко больше. К слугам. На конюшню. Еще и кувшин вина с собой прихватила, и лицо на ходу поменяла. А плащ накинуть - и вовсе дело минутное.
И расспрашивать.
Мия не собиралась ничего оставлять на самотек, вот еще не хватало! Работа у нее такая... была. И она прекрасно помнила, как сама под видом эданны Белло приезжала в поместья. А если это тоже... убийца?
Или разбойник какой? Да все что угодно может быть! Тут и эданна Капелетти рядом с ним вполне объяснима. Мия могла с ходу штук пять ситуаций придумать, когда эданна привезет разбойника в чужой дом.
К примеру, у него в заложниках кто-то из ее близких. Ее шантажируют какой-либо неосторожностью. Она влюблена по уши. Она...
Да много есть вариантов. А вот какой из них сработал здесь и сейчас?
Выясним!
Так что Мия вошла в конюшню с кувшином вина наперевес. Хорошим таким, литров на пять, не меньше.
- Почтенные ньоры, угощайтесь. Хозяйка передала, сказала, чтобы вы хорошего человека добром вспомнили.
Отказываться не стал никто. У кого-то с собой стаканчики нашлись, кто-то попросил у друга...
- А ты с нами не выпьешь, красавица?
Мия улыбнулась.
Примерно, на такой вопрос она и рассчитывала. Хоть и мордочка у нее сейчас была далеко не красивая, такой хомячок, глаза маленькие, щечки толстые, ничего общего с ее настоящим лицом.
- Да я бы с радостью, но там та-акой скандальный дан... надо бежать, а то всем он недоволен... Дан Капелетти, кажись...
Вино на голодный желудок отлично развязывает язык.
- Какой он дан, тьфу три раза! - возмутился в углу конюх. - Ньор он, самый, что ни на есть, ньор... просто на нашей дане женился.
- А, ну то-то и понятно, что ньор, благородные которые так себя не ведут, - отозвалась Мия. - И чего он придирается, как будто его самого закопать хотят?
- Да он ко всем придирается, - хмыкнул тот же кучер. - Денег у него немерено, вот и оно... у нас-то старый дан долгов наделал - не продохнешь, едва по миру не пошли...
- Вот не похоже! Кони - явные арайцы, - Мия оценивающе оглядела коней. Еще и порадовалась. Можно спокойно заходить в конюшню, беситься они не будут. Смесь трав преотлично действовала, отбивая ее родной запах.
- Оно так, и карета не хуже, - согласился конюх, - но ведь это-то на ньорские деньги куплено! Старый дан Капелетти как все деньги размотал, думал, отыграется, на кон все поставил... ну и дочь с поместьем тоже.
- Ага, - сообразила Мия. - А ньор выиграл?
- Или долги, что ли, выкупил? Кто ж его знает? А потом прошение королю подал и дикие, говорят, деньги за брак с нашей даной заплатил. Она в монастырь уйти хотела, так не дали... вот, заплатил, чтобы через нее фамилию и титул перенять, так он какой-то Перроне, что ли?
Мия кивнула.
- Понятно. Плохо, когда только одна дочь и осталась...
- Да там не одна. Но сын погиб, три девки... разве из внуков наследника выбрать, и то только две замужем, третья вот...
Мия покивала с самым понимающим видом. Ну а чего тут неясного?
Случается...
Правда, стоит это очень и очень дорого, но реально. Она точно знала, потому что Фредо Лаццо как-то рассказывал о такой возможности.
Заплатить придется много, тысяч сто лоринов, уж никак не меньше. И вот... ты уже женат на какой-нибудь дане из древнего и благородного рода и можешь взять ее фамилию... Если ты дан, то можешь просто так перейти в род жены. А если ньор - только с королевского соизволения и после хорошей оплаты.
И есть еще одна сложность.
Ты можешь стать даном по супруге. Но отношение к тебе будет... своеобразное. В лицо плевать не станут, но и не забудут. И породниться не захотят, и не пригласят лишний раз, и своим ты никогда не станешь... стоит ли оно того?
Каждый решает для себя.
Но этому свежесляпанному дану явно море по колено. Ладно, не разбойник, не убийца - и пес с ним. Пусть живет...
Спустя два часа Мия уже так не думала.
***
- Простите, что?!
Глаза у Рикардо были большие-большие, круглые-круглые, и Мия подозревала, что у нее ни капельки не лучше.
Будешь тут!
Амедео Капелетти не нашел ничего лучше, чем прямо на поминальной трапезе подсесть к Рикардо и предложить ему побеседовать наедине. Рикардо, умничка, сказал, что без Мии никакой беседы не будет. И без эданны Марии тоже, если дану Капелетти охота. А нет? Он, Рикардо, и без беседы проживет.
Мия подозревала, что сказано это было исключительно чтобы позлить нувориша, но какая разница? Если мужчина махнул рукой, да и согласился. Еще и добавил, что бабам можно и посидеть - все одно они, кроме молитв и вышивок, ничего не понимают. Ума не хватает.
И как такой придурок деньги заработал? Чудом, не иначе...
- А чего такого? Продайте мне Демарко, хорошие деньги дам, на обустройство в столице вам хватит. И домик купите, и выезд...
Мия открыла рот - и закрыла его, звучно щелкнув зубами. Вот здесь и сейчас... ее просто не будут слушать. Этот мужик даже не услышит... он же свято уверен, что бабы... и далее по услышанному.
Молитвы, дети, вышивка.
Убить сволочь мало!
Рикардо сдвинул брови.
- Зачем вам Демарко? У нас нет общих границ с Капелетти.
- Зато с Ливаро есть. А Ливаро мне тоже поместье продает... к чему тут эти лоскутья? Я человек простой, дан, красиво говорить не привык. Подумайте сами, от вашего поместья дохода - с гулькин хвост. А вот если их несколько объединить, может, толк и будет...
- А мне-то это зачем? - Рикардо не злился. Просто интересовался.
- А то я не знаю, что вы о столице мечтаете! Вот и поедете, дан. Могу даже домик какой посоветовать...
Домик Мия и сама могла посоветовать. Тот самый, на Приречной-поперечной. И платить за него не придется. Но...
Рикардо мог бы согласиться. Есть только одна загвоздка.
Есть даны с землей - и без земли. И отношение к ним разное. Даже крохотный клочок уже важен. А те, кто потерял свое родовое поместье, по глупости или как еще...
Неудачники. И все этим сказано. И отношение соответствует.
Рикардо это тоже понимал. И не хотел продавать землю.
Да и остальные причины...
Отец просил не продавать. Демарко все же родной дом Рикардо. И отношение. А еще... деньги - такая штука. Если кто думает, что, продав нечто ненужное, он получит кучу денег... зря!
Деньги, которые дуриком оказались в руках, имеют обыкновение так же, дуриком, и расходиться на всякие пакости. Вроде как и денег нет, и потрогать потом нечего.
- Знаете что... дан. Я обойдусь без советов. И продавать ничего не хочу.
- Пра-авда? - протянул дан Амедео.
Смущенным или растерянным он не выглядел.
- Можете не сомневаться, - жестко ответил Рикардо.
- А если подумать?
- Можете подумать. Когда покинете мой дом. - Рикардо встал из-за стола.
Дан Капелетти хмыкнул.
- Ваш дом? Да, пока еще ваш... что ж. По-хорошему я предлагал. Не изволите? Будет как в Ливаро.
Мужчина поднялся из кресла и кивнул супруге.
- Мария. За мной!
Как собачке.
Эданна дернулась и помчалась вслед за мужем, взглянув на Рикардо глазами загнанной лани.
Мия хмыкнула.
- Интересно...
Рикардо смерил комнату шагами.
- Интересно? Да что себе позволяет это быдло? Его к людям пустили, а он...
Кипел бы Рикардо еще долго, но Мия решила не тратить время и силы на возмущение. А просто перевела гнев в другую плоскость и прильнула к Рикардо.
- Ты та-ак красиво сердишься...
Поцелуй был горячим, стол удобным, гости не беспокоили...
А решение Мии потом прокатиться по своим делам... Это ведь ее решение. И никому о нем знать не обязательно, даже Рикардо.
***
Эданна Мария Капелетти спала в своей кровати. В своей комнате, на постоялом дворе.
Здесь супруг к ней не приходил. Вычитал где-то, что дан не станет так унижать супругу, совокупляясь с ней там, где нет никакой защиты для стыдливости...
То есть - народу полно и все слышно. А эданны народ такой, тонко чувствующий, нервный, не захворала бы от переживаний...
Ага, от переживаний!
Эданна Мария искренне считала, что если не померла сразу, то и на постоялом дворе не помрет. Вот никогда она не хотела замуж. Но... так все получилось.
Старшие сестры вышли замуж исключительно по любви, то есть без денег.
Она вообще никого не любила, хотела уйти в монастырь, отец обещал ей приданое, но никак не мог выделить, а без него постриг не совершали. Матушка-настоятельница говорила, что Мария пока еще не готова... Ждала.
А потом погиб брат Марии.
И через два месяца она узнала, что выходит замуж. Благо может это сделать. Она же пока еще не Христова невеста!
Как же она рыдала! Как просила! В ноги матушке-настоятельнице кидалась. А когда увидела жениха...
Это был конец всему.
После такого ее не то что в обитель - в поломойки не возьмут! Из трудников погонят!
Ужас какой! Она - и это... этот...
Господи, помилуй...
Увы, Господь был чем-то сильно занят, так что молитвы оказались напрасны. Марии пришлось и выйти замуж за дана Амедео, и спать с ним... вот где ужас-то жуткий... но кто ей давал выбор?
Хотя дан ее не бил, не издевался... он просто совершенно искренне считал женщину - существом, стоящим по уровню даже ниже собаки. А что?
Собака - животное умное, баба - животное тупое. И все этим сказано.
Эданна и дальше оплакивала бы свою горькую судьбу, но...
В окне мелькнула стройная тень.
- А...
Закричать эданна не успела. Сильная рука зажала рот, вторая нанесла удар в солнечное сплетение, и благородная эданна совершенно по-простонародному согнулась вдвое. Было так больно, что она даже не соображала толком, куда уж тут сопротивляться. Хотя вроде и не кулаком били, просто в какую-то точку ткнули. Но как же больно... аж в глазах темно!
Мия этим и воспользовалась.
Несколько ловких движений, и на запястьях и щиколотках эданны стягиваются веревочные петли, а рот затыкается кляпом. Так проще, чем два часа уговаривать не дергаться.
Мия, конечно, сильнее обычной девушки, кровь метаморфов дает о себе знать, но... шуметь ей нельзя. Надо все сделать тихо-тихо. И быстро.
Поэтому сначала удар в болевую точку, скрутить эданну, а как она в себя придет, так и поговорить.
Впрочем, дело свое Мия знала, так что эданна Мария пришла в себя достаточно быстро. И снова задохнулась от ужаса.
Незнакомец, который связал ее (Мия не стала закрывать лицо, просто приняла мужское обличье, чем-то похожее на самого дана Амедео) сидел верхом на стуле, широко раздвинув ноги в сапогах, и пристально смотрел карими глазами.
Эданна заскулила.
Только не убивайте... ну и не насилуйте, пожалуйста!
Возьмите деньги, драгоценности, но не убивайте...
Вслух она это произнести не могла, рот кляпом занят, но мычала эданна весьма и весьма выразительно. Мия едва не фыркнула.
Да нужны мне твои побрякушки!
Тьфу!
- Поговорим, эданна?
Эданна замычала, подтверждая, что к диалогу готова. Мия не поверила. И показала кинжал, который взяла с собой. Устрашательный. Таким даже колбасу толком не порежешь - слишком большой и заточен плохо. Зато как ужасно выглядит! Еще и ржавчина запеклась, как старая кровь. Милое дело кого напугать!
- Эданна, слушай меня. Я сейчас выну кляп. Если ответишь спокойно и внятно на мои вопросы - отпущу живой и невредимой. И барахло все твое при тебе останется. Поняла?
Эданна замычала.
Поняла. Вот и ладно. Но так, на всякий случай...
- Заорешь - печенку выну. Через зад.
И это дошло. Побледнела так, что на простынях потерять можно. Вот и отлично.
Кляп Мия честно вынула, и эданна Мария задышала, словно рыба, хватая воздух широко раскрытым ртом.
- А...
- Ты, эданна, помолчи пока, - мягко посоветовала Мия. - И послушай... не все твоим супругом довольны. Слишком уж резко он взял... вот и уплатили мне, чтобы я его приостановил. Ты мне о нем расскажи, что знаешь, да я и пойду. Ага?
Эданна выдохнула.
Она-то думала... боялась... а тут всего лишь о муже рассказать?
Да на!!!
На Мию такой поток сведений вылился, что девушка чуть в нем не захлебнулась. Кое-как выловила, что именно произошло в Ливано. С Ливано, если быть точным.
А все просто.
Дан Амедео подослал к дану Ливано оплаченную шлюху, которая и раскрутила того на побрякушки, потом на азартные игры... ну и в результате Амедео выкупил поместье практически за бесценок. Не считая оплату женского труда.
Тоже дело.
Но допускать такое в собственной семье Мия не собиралась. Да-да, в своем доме, и вообще, Рикардо она любит, считай, это ее близкий и родной человек. Позволять какому-то зажравшемуся купцу наживаться на ее близких?
Щ-щ-щ-щ-щас! Шесть раз!
Добротой и всепрощением Мия и в лучшие времена не страдала, а уж сейчас-то... Дану Амедео следовало бы прятаться под кровать и громко молиться оттуда всем святым. Авось кто и защитит?
Нет?
Значит - не судьба. При встрече им все выскажете... после того, что могла проделать с человеком Мия, его бы свободно приняли как мученика.
Что и как она будет проделывать, она уже тоже знала. Так что...
Еще немного расспросила эданну и честно предупредила:
- Лежи смирно и не ори. Обещаю, с тобой ничего страшного не случится. Развяжу и уйду. Но если поднимешь тревогу - вернусь. Поняла?
- Д-да...
Мия ловко распустила узлы, сунула веревки в карман и выскользнула в окно. Да, оставлять даже такие следы она не хотела. Зачем? Тихо пришла, тихо ушла...
Жаль, несчастный случай сейчас дану устроить не получится. Не ко времени. Да и слишком уж... не успел поугрожать Демарко, как сразу и помер?
Нет-нет, нам подозрения не нужны.
Все будет тихо, мирно и абсолютно невинно. Примерно через декаду-две, как Мия отыщет, что ей надобно. А пока - домой. Рикардо скоро уже проснется, и Мия хотела встретить утро рядом с ним.
Адриенна
Просто напоить розы своей кровью.
Легко?
Ну... для нормального человека - да. Но ты-то королева! И тебя ни на минуту не оставляют своими заботами!
Вообще никак!
Ни на минуту, ни на секунду... хоть в уборной ты можешь остаться одна. И то благо!
И ночью.
А в остальное время за тобой по пятам следует толпа отвратительных бездельников, которые называются придворными! Причем кое-кому ты еще и зарплату платишь!
Да, как тем же фрейлинам.
Это было принято еще во времена Сибеллинов. Фрейлин брали ко двору из бедных семей, устраивали их жизнь... и да, платили деньги. Конечно, служить королеве - громадная честь, но кушать тоже хочется! А семьи бедные, девочкам дать ничего не могут... поэтому на каждую фрейлину выделялся определенный лимит.
Ткани на два платья в год - обязательно. Белье, чулки и прочее - тоже два комплекта в год. И небольшая сумма денег на сладости. Так правильно.
Эрвлины этот обычай ломать не стали.
Адриенна тоже не стала бы. Но раздражало... Она даже не может пройтись по саду одна! И за ее же деньги! Злит! Даже бесит!
Взять с собой эданну Сабину?
Все равно не гарантия, что никто не увяжется следом. Да и эданне ни к чему знать лишнее. Все же она шпионит для Филиппо Третьего...
Король хоть и уступил свою власть, но пока еще не помер. И как он отнесется к таким действиям... А кто его знает?
Все равно, есть вещи, которые лучше оставить в тайне. Между Адриенной и Морганой. Ну и розами, но те промолчат.
Клинок у Адриенны был, еще со времени СибЛеврана. Привезла с собой, да так и лежал кинжал в одном из сундуков, никто о нем и не задумывался. А вот уединение...
Выход был один.
Или ускользнуть от фрейлин и рисковать навлечь на себя гнев супруга, или идти ночью. Адриенна долго размышляла, но выбрала первый вариант. Да, так будет проще. Ночью и стража более бдительна, есть поводы для волнений, и свидания всякие-разные в коридорах проходят, если ее поймают, она потом вовсе не отговорится... нет, не стоит так рисковать.
Значит, днем.
Но как и когда?
Выход нашелся достаточно быстро.
Две фрейлины - это прямо-таки необходимый минимум. Самый-самый... поэтому Адриенна и отправилась с ними гулять по розарию.
Ей надо полить розы своей кровью?
Вот и отлично, зачем же в другое место идти, а потом к розам бежать сломя голову?
Она желает погулять среди черных роз, понюхать их... кто у нас там из фрейлин самый безответственный? Кого не жалко?
Если что, им, конечно, нагорит, но не сильно. Но все равно, подставлять хороших людей как-то некрасиво, а вот лентяек и склочниц - в самый раз. Так что... дана Марта Дамиано и дана Розалия Брешиа. Ах, какая говорящая фамилия... и брешет, и брешет...
Всех перебрехала!
Ладно-ладно, Розалия, как настоящая дана, не скандалит, словно базарная торговка на ярмарке. Но связываться с дурной девицей тоже никому не хочется. Уж больно язык у нее острый. И ведь не потому, что привыкла защищаться. Просто так воспитывали деточку, объясняя, что выше нее только звезды. А на земле...
Да, на земле - король.
И тут такая беда!
Не берут деточку в королевы. Только фрейлиной. А как хотелось!
А как обидно... вот и срывается девица почем зря.
Не на Адриенну, тут мигом со двора можно вылететь. Но на своих товарок, на служанок, Розалия Меле пару раз плакала...
Жертва была найдена. И церемониться с ней Адриенна не собиралась, вот еще! Порвет, как Тузик тряпку! И косточки сплюнет!
***
Когда Адриенна выразила желание прогуляться за розами, никто не удивился. Эданна Сабина хотела было предложить сопровождающих, но Адриенна взмахнула рукой.
- Нет-нет... вот, дана Дамиано подойдет. Пусть возьмет корзинку, а дана Брешиа ножнички. И нам хватит. Мы ненадолго, буквально на десять-двадцать минут. Хочу лично нарезать розы для своей спальни.
Эданна Сабина даже плечами не пожала.
Ее величество хочет? Значит, пусть делает. Да, раньше она так не поступала, Адриенна вообще была достаточно равнодушна к цветам, но вдруг?
- Мяу, - подтвердил кот с подушек.
Адриенна погладила пушистую черную головку.
- Нурик, ты со мной?
- Мяу.
Конечно, с ней. Он же знает, где нужен. И знает, что ему делать...
Смешно разговаривать с котом? И объяснять ему, что именно тебе нужно? А вы попробуйте. Вот Адриенна так и сделала, и в розарий отправилась процессия.
Впереди - кот, потом ее величество, за ней две девицы.
Поворот, еще один поворот, чтобы никто быстро не подошел.
А вот теперь...
Роза, теперь еще одна роза, и еще одна...
Словно по заказу, налетел порыв ветра, и Адриенна поморщилась.
- Дана Марта, принесите мне шаль, пожалуйста.
Дана Марта послушно кивнула.
- Да, ваше величество.
Адриенна продолжала идти по розарию. Ага, вот и подходящий куст. Даже несколько, да так удачно расположены, если вон с той стороны подойти и наклониться, то ты оказываешься с трех сторон скрыта ветками. Никто и ничего не разглядит. Осталось только...
Адриенна так и сделала. А потом...
- АЙ!!!
Как кусаются коты?
Вдохновенно! Вот даже не сомневайтесь! Пасть у них немаленькая, даже у подростков, зубки острые, клыки длинные, и если кот прокусит кожу, то ранка очень даже легко может загноиться.
Вот кот и попробовал кусаться всерьез. На дане Розалии.
Нурику не хотелось, но Адриенна долго его вчера уговаривала и объясняла, как надо. Хотя коту и сейчас было неприятно тянуть в рот гадкую тетку. Просто фу.
Но - надо!
Даже у котов есть такое слово - Родина!
Так что Нурик примерился - и ка-ак цапнул! Вдохновенно, выбирая то место, где лодыжка помягче и потоньше, а именно сзади...
Розалия завизжала.
Дальше?
Дальше ей захотелось пнуть кота. Но коту-то это было совершенно не нужно. Так что Нурик задрал хвост и побежал от нервной девицы.
Розалия, капая кровью из прокушенной ноги, заторопилась за ним.
Адриенна осталась одна - и тут же рухнула на колени почти в кусте роз. Вытащила кинжал - и резанула себя по ладони.
На землю, под корни, закапала кровь.
- Хранитель, прими мою жертву, как я приняла свой род. Да будем мы достойны памяти предков и потомков...
Этого оказалось достаточно.
Матео Кальци как раз находился с другой стороны от дворца, но все равно бедняга чуть не поседел.
Зашумел над дворцом ветер.
Взвились во́роны над Черной башней, торжествующими криками подбадривая хозяйку.
А розы...
Розам кричать 'Ура' не полагается. Поэтому они просто дали бутоны. Десятки и сотни бутонов, которые тут же распустились. Матео чуть не поплохело.
Подрезаешь ты ветку, а на ней, вот прямо у тебя на глазах, в твоих руках, бутоны, бутоны, и тут же цветы... откуда?! Почему?!
Ответа не было.
Адриенна выдохнула.
Получилось, отлично... теперь можно выпрямиться и посмотреть, кто, что и куда.
О, и дана Марта спешит, вместе с шалью.
- Ваше величество!
- Все в порядке, Марта?
- Д-да...
- Что-то случилось? - невинно поинтересовалась Адриенна.
- Да... там Розалия... она за вашим котом гонялась, ваше величество.
- Это она зря, - пробормотала бывшая дана СибЛевран. Коварство кошачьего характера она тоже успела оценить. Обидеть кису может каждый, не каждый может убежать. Это уж точно...
- Да, ваше величество.
- Что с ней случилось?
- Ваш кот... он ее подпустил поближе, а потом увернулся.
- И?
- Наверное, надо Розалию как-то... или садовников послать...
- Зачем? - ужаснулась Адриенна, прикидывая, что кот еще маленький, он же не тигр, в самом-то деле!
- Она сейчас в розовом кусте сидит. Запуталась так, что сама не выберется.
- Мау, - подтвердил вернувшийся Нурик.
Адриенна расхохоталась так, что кот едва не фыркнул. Странные эти люди... Попросила хозяйка - покусал. Попросила - поводил глупую девчонку по саду. Но что было - даваться ей в руки? Или чтобы она кота пнула? Даже за подобные гнусные мысли должна следовать расплата! Вот и последовала.
Адриенна накинула шаль, срезала еще несколько роз, не слишком-то торопясь на выручку дане Брешиа, и только потом подхватила кота на руки.
- Пойдем, мой хороший. Посмотрим на эту невежливую и невоспитанную дану.
- Мау.
И если бы Адриенна владела кошачьим языком, она бы полностью согласилась. Потому что кот произнес короткое: 'Чего смотреть? Драть надо!'.
***
Адриенна осмотрела дану Розалию и только головой покачала.
- Ай-яй-яй... и что это вы тут делаете, дана?
Дана ответила явно неподобающими словами. И королеву упомянула, и кота, еще и заорала, что таких тварей только ведьмы заводят.
Адриенна мило улыбнулась.
- Дана Розалия, вы полежите пока. А мы пришлем садовников, выпутать вас из кустов. Мало ли что... пойдемте, дана Дамиано.
Марта послушно направилась за ее величеством. И уже на отдалении:
- Ваше величество, у Розалии родня же...
- А у меня муж, - усмехнулась Адриенна. Кот удобно устроился на ее руках и даже помуркивал немного.
- Канцлер...
- С канцлером мы поговорим, - отмахнулась Адриенна.
Просто так она бы Розалию не выгнала. Но после такого конфуза?
Может, ей и повезет? И избавится она от склочной девицы?
***
К фрейлинам Адриенна вернулась в сопровождении даны Дамиано. Эданна Сабина выслушала ее величество и отправила слуг на помощь дане Брешиа. А Адриенна отправилась к Филиппо Третьему.
Его величество был слаб и практически не вставал последнее время. Лежал, читал, писал что-то, смотрел в окно... иногда требовал, чтобы его развлекали музыкой или мимами, но только иногда. А так...
Он готовился уходить.
Знал, что скоро ТУДА, и старался как-то смириться, успокоиться...
Адриенне он даже обрадовался.
- Дорогая невестка!
- Ваше величество, - улыбнулась ему Адриенна. - Мне нужен ваш совет.
- Слушаю вас, Адриенна?
Советовать было интересно. Особенно когда твои труды не пропадут даром.
- Ваше величество, у меня в свите состоит некая дана Розалия Брешиа.
- Да, Адриенна.
- Чья она родственница?
Его величество даже не задумался. Это Адриенна раздумывала часами, а он во всех хитросплетениях родословной ориентировался мгновенно.
- Эданны Вилецци.
- Вот как? И с какой стороны?
- Со стороны ее сестры. Дочь от первого брака мужа сестры эданны Вилецци.
Адриенна помотала головой.
Разбирая с конца... у эданны Вилецци есть сестра, она вышла замуж, и у мужа есть ребенок от первого брака. Как раз эта дана Розалия.
- Если я ее выгоню?
- Не советую. Шума будет много, а пользы мало, - отозвался Филиппо.
- А что с ней можно сделать? После сегодняшнего?
- Что сегодня случилось?
Адриенна пожала плечами.
- Я захотела нарезать цветы...
Его величество внимательно выслушал рассказ о дане Брешиа в розовых кустах, от души посмеялся.
- Дорогая невестка, вам бы лучше ее замуж выдать.
- За кого?
- Учитывая, как выставила себя дана, - за любого. Так... приданого у нее практически нет, это плохо.
- Других ко мне фрейлинами и не устраивали.
- Почему же? Дана Чиприани вполне состоятельна, дана Джойя... а вообще, позовите сюда моего камердинера, Адриенна.
Девушка, не споря, выглянула из двери и позвала дана Иларио Пинну.
Мужчину не пришлось искать долго.
Дан Иларио Пинна когда-то приехал искать удачи в столицу. На военном поприще он ее не нашел, а вот с камердинерством... так получилось. Раз помог его величеству на охоте, второй раз - вместо заболевшего слуги, и Филиппо предложил ему эту должность.
Конечно, для дана оскорбительно...
С другой стороны, а жить впроголодь не оскорбительно? Выпрашивать у короля подачки?
Или получать честные деньги за честную работу?
Иларио выбрал второй вариант и вот уже тридцать лет служил своему господину верой и правдой. И знал много чего интересного...
Сейчас он вежливо поклонился дане Адриенне. Посмотрел на короля.
- Ваше величество...
- Дан Пинна, ты мне скажи, про дану Брешиа ничего не слышно? Может, кто жениться на ней хочет или еще что...
- Что-то случилось, ваше величество?
Адриенна скрывать не стала и, повинуясь взгляду его величества, повторила историю еще раз.
Дан Пинна задумался. Потом качнул головой.
- Нет... так, чтобы вот именно дана Брешиа - нет. Она лично ни в чем не замечена, но я слышал, дан Эммануэле Казатти ищет себе жену.
- И не может найти? - удивилась Адриенна.
- В его семье не так давно, дет десять назад, был серьезный скандал. Отец и сын не поделили любовницу, и сына он случайно убил. Жена сошла с ума, пыталась свести счеты с жизнью...
- Хм.
- Недавно она умерла. Дану Казатти нужна молодая и послушная супруга, которая будет сидеть в поместье и рожать детей. Много.
Адриенна задумчиво кивнула.
- Полагаю, дане Брешиа это не понравится. Но мне как-то все равно.
- Дело в другом, Адриенна. Кто был при скандале?
- Я и Марта.
- Марта Дамиано, Адриенна?
- Да.
- Вот ее и нужно выдать замуж. Но не за Казатти.
Адриенна даже головой помотала от такого выверта сознания, и его величество доходчиво объяснил:
- Адриенна, к вам в свиту устроили и бесприданниц, и много кого... если вы сейчас устроите судьбу Розалии, что они увидят? Что можно оскорбить королеву и получить за это награду.
- Ой, - растерялась Адриенна, которая не подумала о подобных гадючьих ходах. Маленькая еще, не привыкла. - А как тогда быть, ваше величество?
- Дану Розалию оставьте пока при себе. Только дела ей давайте погрязнее. За ночной вазой следить, к примеру.
- С удовольствием, - отозвалась Адриенна. - Подкормку для роз можно сделать...
- Вот-вот, подумайте. Чтобы она пожалела о своем хамстве. А дану Марту надо выдать замуж, и выгодно.
- За дана Казатти?
- Надо просто разобраться, что там произошло. Ладно, у меня сейчас дел мало, - пожал плечами его бывшее величество. - Иларио, напиши от моего имени письмо дану Казатти, пригласи его завтра на беседу.
- Да, ваше величество.
Адриенна вопросительно поглядела на короля.
- Я могу присутствовать?
- Пока не стоит, ваше величество, - подчеркнул ее статус Филиппо. - Я просто побеседую, а когда дело дойдет до конкретного одобрения или неодобрения помолвки, уже вы будете принимать решение. И сами беседовать с даном.
- Да, ваше величество, - согласилась Адриенна.
Филиппо Третий кивнул. Умненькая девочка. Ах, как же он тогда не прогадал! И, отпустив камердинера, поглядел на Адриенну.
- Позаботьтесь о нем, Риен. Когда меня не станет, Иларио потребуется помощь.
Адриенна кивнула.
- Мне понадобится личный дворецкий... лишь бы муж не был против.
- С ним я поговорю.
Адриенна не возражала. Пусть так. А Розалии поделом будет. Навек запомнит, что фрейлины - не базарные торговки.
Мия
Убить - несложно!
Но надо это сделать так, чтобы никто ее лично не заподозрил. А вот это уже куда как сложнее.
Не ньор какой помер, не крестьянин, которых много, не нищий с большой дороги.
Помрет дан. И к тому же такой... маститый.
Жалко Мие его не было. Ей уж давно никого жалко не было, лет пять, по прикидкам, да и не в том дело.
Кто его знает, этого дана Капелетти, какие у него связи, кто им там интересоваться будет... а вдруг?
Может, у него родня такая-растакая, сейчас королю скажет, и все. Привет...
Будет расследование...
Ладно.
В своей способности замести следы, Мия не сомневалась. Но на Демарко даже тени подозрения упасть не должно.
Она сама виновата.
Расслабилась, когда с Рикардо встретилась, эти четыре дурака, потом девчонка, потом ее мать...
Убить-то надо было, но плохо получилось. Все знают, из-за кого это произошло.
Доказательств нет, но...
Люди. Говорят.
Вот всем бы им онеметь на годик!
Увы, такой радости у Мии не будет. А Рикардо...
Одно пятно уже есть, связей нет, при дворе, а вот с убитым Амадео связь будет. И зачем такое?
Нет-нет, Рикардо должен быть вне всяких подозрений.
А значит...
Только несчастный случай.
Не сердечный приступ, не удушение, не яд. Все должно быть именно так, чтобы люди видели. И обвинить в этом никого не могли.
Так что...
Мия тренировалась.
Идея у нее была, тем более, дан Амедео оказался заядлым охотником... ладно! Не совсем, чтобы уж. Но он твердо был намерен влиться в местное общество, и очень активно стремился стать настоящим данном.
Бывает такое...
Новообращенные стараются стать святее Христа со всеми его апостолами.
Шлюхи строят из себя праведниц.
Убийцы... Мия точно знала, что когда-нибудь займется вышиванием. Или вот... как ей Джакомо придумал, будет молитвенники переписывать. И будет очень-очень праведной.
И убивать никого не будет... наверное. Уж детей точно этому не научит...
Да, если у нее будут дети от Рикардо.
Хочется?
Очень!
Именно от Рикардо... Мия так решила для себя. Предохраняться она не станет, чему быть, тому и быть.
Но сейчас она не беременна. А потому...
Что можно списать на несчастный случай?
Ну... болезни, но это она организовать не сможет. Это надо пожить в его замке, а значит кто-то будет в курсе. Дана Мия пропала, дана Мия вернулась... опа! А в это время и человек помер?
Нет-нет, это неправильно.
Подавиться чем-нибудь? Теоретически можно. Практически, поди, впихни ему ту кость поперек горла.
Упасть откуда-то с высоты?
Увы, эданна Мария упомянула, что супруг высоту боится. Даже спальня у него на первом этаже... тут он от любого благородства отступить изволил.
А еще-то что?
Что такого интересного она может придумать?
Пожалуй, только охота. А там...
Лошадь испугалась, понесла, сбросила всадника... все. Это может быть и на виду у всех, и вообще... только вот от чего понесет лошадь?
А, тоже не страшно.
Духовые трубочки и дротики придумали давно. Мия просто подождет и выстрелит. Это один из вариантов.
Второй - клок волчьей шкуры. Или медвежьей... смотря, что удастся добыть. Не любят лошади этих зверей, это инстинкты. Да и саму Мию не любят, тут главное занять подходящее положение.
Свернет ли дан Амедео шею?
Определенно, свернет. Она поможет, если что...
Остается малое. Дождаться охоты, на которую будут приглашены все... кроме Демарко. Вот не приглашают Рикардо... и с горя он напьется. А куда он денется?
Сонное зелье у Мии еще есть... когда там очередная охота? Благо, осень...
Тут тебе и олень, и лось, и косуля, и пушное зверье...
Долго ждать Мие не пришлось, буквально, пару дней... и она провела их с толком. А именно, наведалась к соседям.
Ах, как же даны и эданны недооценивают слуг и служанок!
Пара сочувственных слов, пара монет... и мы получаем полный список и побед, и обид... да и дан Козимо этим интересовался, и Мие рассказывал.
Лишний раз девушка убедилась, что знания - высшая ценность мира. Оставалось их применить правильно. Чтобы дан Козимо поехал куда ей нужно и задержался... а для этого...
Пишем, Миечка!
Пишем!
Эх, жаль, что Джакомо хотел так поступить с Сереной, он был полезен. И... не жаль. Останься она в столице, и никогда не встретила бы Рикардо, не знала бы счастья...
Так что все хорошо. А чтобы было еще лучше, мы сейчас возьмем надушенную бумагу, и...
***
Дан Амедео!
Я знаю, что вы хотите стать крупным землевладельцем.
Мой муж сильно оскорбил меня, заведя шашни с дочкой одного из соседей, и я хочу отсюда уехать. В столицу.
Вы произвели на меня самое лучшее впечатление во время нашей короткой встречи. Вам можно довериться.
Постарайтесь отстать от охоты, я подъеду к вам и поговорю. Вы получите его поместье, а я деньги.
Прошу вас, как человека надежного и благородного, уничтожить это письмо. Если оно попадется на глаза слугам, у меня будут серьезные неприятности.
Эданна Орнелла Джулиано.
Дан Амедео покрутил письмо в руке, ухмыльнулся.
Помнил он эту эданну... и действительно, поместье ее супруга было неподалеку. Что ж, можно и заняться.
А насчет шашней... да, она права. Дан Джулиано действительно спал с дочкой одного из соседей, такие вещи дан знал. Значит, жена узнала и решила отомстить.
Интересно, только в деньгах... или во всех, хе-хе, смыслах?
А что?
Мужчина он надежный, интересный, серьезный... и эданна, между нами говоря, тоже вся такая... сочная, что твое яблочко! Такую... укусить бы!
А то его... кислятина церковная!
Как взглянет, так и у дерева сучья отпадут!
Что ж.
Он будет держаться чуть позади охотников, и ждать встречи. Посмотрим, что она ему принесет. Обиженные бабы... м-да! Это сила...
Письмо дан Амедео скомкал и кинул в камин. Бумага прогорела почти мгновенно, недаром Мия от души пропитала ее благовонным маслом.
Масло же!
Охота назначена, наживка проглочена... осталось что?
Правильно. Подсечка. Не то, чтобы Мия любила рыбалку, но когда-то они с Лоренцо сидели на берегу пруда, еще в Феретти... и вообще, рыба - безмозглая. Ее не так жалко, как зверье.
Поэтому - рыбалка.
Так Мия о своей операции и думала. Кстати, вот курица идет на цып-цып-цып. А рыба?
Буль-буль-буль подойдет?
Адриенна
Охота...
Веселье?
Трубят рога, развеваются знамена... Адриенна охоту не любила.
Такую - нет.
Одно дело, когда как в СибЛевране, люди охотятся ради пропитания. Там, кстати, Адриенна лично разрешала семьям охотиться.
Не всем. Нет.
Кто-то умеет охотиться, кто-то не умеет, кому-то охота нужна, чтобы выжить, кому-то для развлечения...
Как и здесь.
И последнего Адриенна решительно не переваривала.
Поставил человек силки, поймал в них зайцев - это одно. И есть бывает нечего, и одежда к зиме нужна, она понимала.
Волка убил... эти твари наглые, если их не прореживать, они и скот режут, и в деревни врываются, и в дома, и в лес выйти никому не дают... тут тоже понять можно.
А вот когда убивают, чтобы похвастаться... да чем!?
Чем ты тут хвастаешься, убогий!?
У тебя загонщики, слуги, арбалет, да не один, а у зверя только клыки и когти! Он УЖЕ обречен.
Это - подлость, а не охота.
Ты возьми, сам пойди в лес, вам выследи того же волка или медведя-шатуна, сам на них... с рогатиной, например, на медведя.
В СибЛевране было один раз, шатуна так загоняли.
Тут и слов нет - все и честно, и по делу. А вот это... хищничество... тьфу!
Вслух Адриенна ничего не говорила, и не плевалась, и смотрела вежливо. Показывать, что ей не нравится охота, тоже было нельзя. Это двор.
Змеиная гадючья яма.
Если хоть на миг приоткроешь свои слабости, тебя ударят. Жестоко, расчетливо, без всякой жалости. Адриенна это понимала. И благословляла и свою кровь, и свое чутье, благодаря которому избегла уже многих и многих неприятностей.
Лучше промолчать.
А охота...
Показать вежливое равнодушие, да и только.
Если супругу это нравится, долг хорошей жены - разделять его увлечения. Не больше.
Не меньше.
Адриенна готова выехать на охоту, готова...
Не поняла?!
А вот это уже наглость...
Его величество сидел на лошади с совершенно неописуемым выражением лица, потому что к кавалькаде придворных подъезжала очаровательная дама в алом, на белой лошади.
Эданна Вилецци решила присоединиться к охоте.
***
Ческа злилась.
Филиппо она сейчас видела реже, чем надо бы, и пусть он заверял ее в своей любви, и подарки дарил, и ночи с ней проводил, когда получалось, все равно...
Мало!
Слишком мало!
Это все Адриенна... стерва такая!
Эданна была неглупа, но в некоторых ситуациях... она просто не сообразила, что Филиппо, при всей его влюбленности, при всем обожании Чески, стал королем. А значит, куча дел, которая раньше лежала на плечах его отца, теперь плавненько так переползла на его плечи. Те хрупнули, но вроде пока выдерживали.
Кстати, во многом благодаря Адриенне. Та и двор занимала, и с отчетами казначейства управлялась вполне прилично. Филиппо сначала проглядывал выборочно ее выводы, а потом и это делать перестал.
Успокоился.
Да, Адриенна не ангел, и вообще, не то, что он хотел, но как постоянно говорит отец, жену НЕ НАДО любить!
Вот не надо - и все тут!
Для любви у тебя есть любовница, есть полный двор всяких девок... в любых позах люби! Не стесняйся!
А жена - это другое.
Это перво-наперво опора, друг, соратник, если хочешь, человек, который поддержит и поможет, который родит тебе детей и будет вести твой дом. И детей воспитает так, чтобы предки тебе вслед не плевали.
Любовь ты можешь найти где угодно. А настоящего друга... подругу - намного сложнее.
Филиппо, пожалуй, с отцом соглашался. И то сказать...
Рыцарские баллады примерно о том и пели.
Жена - для дома, детей, хозяйства.
Дама сердца для любви.
И много-много баб для тела.
О потаенном смысле баллад Филиппо, как и многие, не догадывался. Хотя все ведь несложно.
Кто такая дама сердца?
Человек, за которого ты отдашь жизнь. По своему выбору. Брак обусловлен выгодой, материальными соображениями, и то - это твой дом, твоя семья, ты обязан их защищать. А даму сердца ты выбираешь сам.
Это как шаг на следующую ступень.
За друга, за любимую, за родину...
Вот, как друг, Адриенна короля вполне устраивала. Ладно уж... пусть живет.
А Ческа - это другое.
Это звезда, свет, счастье, любовь... это самая лучшая и прекрасная женщина мира... да знает, знает она об этом! Он же говорит!
Реже видятся?
Вас бы так в повозку запрячь, вовсе бы ноги протянули!
Один королевский суд чего только стоит, а ведь раз в три дня проходит! И поди, отмени! А магистрат? А цеха? А корабли, верфи, купцы... да тут перечислять на три года хватит! Что, Ческа, не понимает таких простых вещей?
Конечно, понимает!
У его величества дел на порядок больше, чем у его высочества!
Не понимает?
Правда!?
Быть не может!!!
Так что взаимонепонимание привело к предсказуемым результатам.
Эданна Франческа металась по своему замку, злилась, а потом решилась, да и отправилась на охоту.
Филиппо действительно не сердился. Он просто улыбался... выглядела эданна так, что хоть сейчас богиню с нее пиши! Невероятно красивая!
Точеное лицо, золотые волосы, белая лошадь... он невольно потянулся к очаровательному видению. Но... сначала заартачился конь, и не двинулся с места, а потом почти перед его лошадью возникла черная как смоль кобылка.
- Дорогой супруг, я надеюсь, вы пригласите эданну на охоту?
Голосок у Адриенны был звонким и чистым. И слышно его было преотлично.
Франческа скривилась.
Вот ведь... стерва!
Если бы Адриенна спорила, если бы протестовала, тут можно и поиграть, и клин вбить между супругами.
Но она-то не возражает...
Наоборот, получается так, что Ческа здесь по милости этой... к-королевы!
Стерва!
Филиппо, напротив, взглянул на супругу с благодарностью.
- Да, пожалуй. Эданна, вы присоединитесь к охоте?
- Да,, - что-что, а голос у Чески тоже был хорош. - Благодарю вас, ваши величества.
Адриенна честно могла признаться сама себе, что соперница и красивее, и увереннее в себе, и вообще... ее недостаток - ее запах.
Воняет, как будто ее охапкой лилий закидали.
И из-под этого запаха другой... тонкий, знакомый... металлический.
Кровь?
Да... но это как раз нормально для женщин в некоторые моменты жизни. Пахнет эданна кровью - и пусть ее, всякое бывает.
Отвечала Ческа вроде бы обоим, но смотрела при этом только на Филиппо. Адриенна предсказуемо разозлилась. И мило улыбнулась.
- Я буду рада, дорогой супруг, если потом эданна составит компанию моим дамам. Она ведь не солдат, чтобы мужественно разделять с мужчинами все тяготы охоты.
Филиппо кивнул.
А что?
Понял он именно так, как и сказано. После охоты мужчины на минутку испачканы, да и выпьют они, и вообще... Ческа прекрасно подождет его рядом с Адриенной. А уж потом, ночью он к ней придет.
- Ваше величество так добры, - проворковала Франческа, снова глядя только на Филиппо. И Адриенна не выдержала.
- Дорогой мой супруг, - легкое касание к рукаву, но такое... собственническое. Здесь она королева, и это ее муж. А Ческа так, из милости. - Полагаю, вам уже пора. Эданна, составьте мне компанию - ненадолго. Я вас сейчас отпущу.
Франческа сдвинула брови, но здесь и сейчас у нее выбора не было. Не подчиниться прямому приказу королевы?
На глазах у короля и всех придворных?
Ай-яй-яй.
Такого ей и Филиппо не простит. Можно кусать и жалить втихомолку, можно. Но чтобы прилюдное неповиновение слову короля?
Нельзя.
Адриенна, при всех ее недостатках - королева. И Филиппо будет вынужден призвать к порядку любого, кто посмеет ослушаться. Потому что следующий шаг - неповиновение королю. И ослушание тоже.
А что?
Можно же...
Филиппо отцепил от рукава дублета ручку ее величества, поцеловал тонкое запястье - и умчался.
Адриенна оглядела эданну ледяными синими глазами, и чуть тронула лошадь.
Эданна Франческа была вынуждена следовать за соперницей. И придворные это видели.
И не только это...
Адриенна и Франческа выглядели, как две противоположности. Черные локоны - и золотые. Черная лошадь - и белая. Даже наряды для верховой езды... Адриенна не выдержала, и заказала себе черное платье с серебряным шитьем. Эданна Ческа была в алом.
День и ночь.
А еще - тип красоты.
Эданна Франческа напоминала скульптуру. Адриенна - клинок. Кто победит в противостоянии?
Кто возьмет верх?
Пока эданна была вынуждена ехать вслед за Адриенной, которая никуда не торопилась. И разговор начинать тоже не торопилась.
Что ж...
Ческа чуть тронула конские бока, наездницей она была отличной, и кони женщин пошли ноздря в ноздрю.
- Ваше величество, я могу быть вам полезна?
- Эданна, за столько лет вы забыли все правила поведения? - лениво укусила Адриенна. - Вроде вы были фрейлиной... давно, правда.
Франческа вспыхнула.
Укол попал в цель. Это королева может обратиться к любой из своих подданных. А вот придворные дамы... Только после разрешения ее величества. Или старшей дамы...
Разгневанная Ческа выглядела еще более очаровательно, но Адриенна на нее не глядела. Они ехали к месту привала.
Там, на берегу лесной речки, будет устроен шатер, там разожгли костры, там купальни...
Адриенна молчала, пока они доехали, пока она не спрыгнула с лошади, и небрежно кивнула эданне Ческе.
- Следуйте за мной, эданна Вилецци.
Франческа стиснула зубы, но послушалась.
Адриенна медленно шла вдоль берега ручья.
- Эданна, дана Розалия Брешиа приходится вам родственницей, не так ли?
Франческа даже удивилась. В ее понимании, Адриенна просто издевалась, поэтому она ждала новых укусов. Но не делового холодного вопроса.
Адриенна молча ждала, пока эданна осознает вопрос и даст ответ.
- Да, ваше величество.
- С кем она сговорена? Если вообще сговорена?
Эданна задумалась.
Розалия ее вообще-то не интересовала. А что?
Пристроена? Все, отлично и замечательно, ты фрейлина, дорогуша. Дальше крутись сама, как пожелаешь...
- Я не в курсе, ваше величество.
Адриенна начала этот разговор не просто так.
Для дана Брешиа слишком много чести, если королева напишет ему о его дочери.
И личное участие в семье Вилецци она тоже принимать не будет.
Но если у Розалии будет еще один нервный срыв, Адриенна с чувством выполненного долга уберет нахалку из своих фрейлин. Еще и глазами похлопает, мол, она не при чем.
Она хотела, даже думала замуж ее выдать, но...
Не повезло.
А срыв у Розалии будет. То, что ее мачеха - родственница Чески, еще ничего не значит. И сейчас дана Брешиа занимается самой неприятной работой при ее величестве. Да, и насчет ночного горшка - тоже верно. И чтение вслух, с выражением. А Розалия читает плохо, так что
Адриенна демонстративно делегировала ей эту обязанность, мол, неграмотная женщина - позор семьи.
Эданна Сабина видела, конечно, что дело идет к взрыву, но вмешиваться не собиралась.
Дана Брешиа ей тоже не нравилась, и если ее уберут от двора... всем проще будет!
- Очень жаль. Кем вам приходится Розалия?
- Она мне не кровная родственница, - Франческа и не заметила, что они с Адриенной уже не кусают друг друга, а беседуют. Причем Адриенна как-то так развернулась, и идут они в обратном направлении. - Моя сестра замужем за ее отцом.
- Хорошо, эданна. Напишите своей родне. Я хочу переговорить с ее отцом по вопросу поведения его дочери.
- Да, ваше величество.
- И догоняйте охоту, - Адриенна улыбнулась, движением руки отпуская собеседницу.
Франческа с ужасом обнаружила, что ее... переиграли!?
Да... И придворные твердо уверены, что ее величество... да, она благородно снизошла до любовницы мужа.
Вот стерва!
Франческа хотела, было, сказать нечто ехидное, но...
Адриенна так сверкнула глазами, что эданна подавилась собственным ядом, поклонилась и заторопилась к своей лошади. И как это у девчонки получилось?
Но страшно же!
Словно стоит кто-то... и... да. Прикидывает, как удобнее тебя убить. Надвое рассечь? Или...
Страшно.
Просто - страшно....
***
Эданна Франческа, конечно, потом взяла реванш. Во всех позах, в постели его величества. Но осадочек остался.
Ческа понимала, что вот это... оно врожденное. Как дыхание, как цвет глаз... ледяных, синих, прозрачных... Адриенна ничего не делает нарочно. Она просто....
Она просто королева.
А эданна Франческа, даже если и сядет на трон, все равно будет одной из многих. Обидно, правда?
Очень обидно...
***
Адриенне было не до эданны.
Насчет даны Розалии она все сказала - и выкинула эти мысли из головы. Его величество был полностью прав - пристраивать дану надо, но медленно и ненавязчиво, чтобы все остальные себя так же вести не начали. Глупость - она куда как заразительнее ума. Увидят, что ее величество на все готова, лишь бы спихнуть дрянь, и начнется...
Нет-нет, все в свой черед. А пока...
Адриенна посмотрела на лес.
Чего бы она не отдала, лишь бы сейчас вскочить на лошадь, и ехать по лесу. Не гнать, не лететь... просто ехать. А может, и просто пройтись...
Но королева не может ходить одна... за ней должен следовать целый куриный полк.
Что ж.
Даже так, это все равно будет лес. И... у Адриенны была еще одна мысль. Поэтому она вернулась к фрейлинам, которые были неподалеку и наблюдали за своей госпожой.
- Эданна Сабина, у нас есть зерно?
- Зерно, ваше величество? - эданна искренне удивилась просьбе.
- Хочу покормить птиц.
А, ну если птиц, тогда понятно. Такое вполне обыденное и мирное желание... пшеница нашлась очень быстро, и Адриенна отошла к краю лагеря.
Это тоже поняли все. И даже жест, который отогнал фрейлин на расстояние.
Птицы же...
Конечно, и к ее величеству они не прилетят - она ж не святая! Но и рядом с ней крутиться не стоит, так, в пределах видимости... ой?
'Ой' у Марты получился весьма выразительным. И у Челии, и у Теодоры...
Адриенна только руки вперед вытянула, сложенные в горсть, с насыпанным в них зерном... и минуты не прошло, а какая-то лесная пичуга уже уселась на ее пальцы. И зачирикала, подзывая своих.
- Зеленушка, - опознала Челия. - но как... они же трусливые!
Ни зеленушки, ни Адриенна об этом не задумывались.
Птицы видели перед собой потомка Морганы Чернокрылой, и не боялись.
Адриенна была рада им,, и тоже не думала, что обычные люди как-то так не делают... а почему? Она же делает, может, и у других получится?
И к скворцам, которые порхнули рядом и распелись так, словно на площади выступали, она отнеслась вполне спокойно. Разве что подвинула ногой мешочек с зерном так, чтобы содержимое высыпАлось из него на траву...
Вокруг королевы зашумел настоящий птичий базар.
Адриенна оглянулась.
Нет, все далеко. А потому...
- В лесу охотники. Опасность. Скажите всем, всем... они убивают.
Большего птицам и не надо было. Кто-то кушал, кто-то слушал...
- Ваше величество?
Кто-то рискнул подойти поближе. А вот это - зря!
Птицы заверещали, и так вспорхнули вверх, что Адриенне показалось на секунду - метель началась.
Нет, просто перья.
Ей-то повезло. Несмотря на черное платье. Птицы существа умные, и свою кормилицу не тронут... а вот подошедшему досталось от души. И перьев, и продукта переработки зерна на него вылетело в избытке. И дан отфыркивался.
Адриенна подняла брови.
- кто вы такой, дан, и что вам угодно?
Дан Сильвано Тедеско, а это был именно он,, вдруг улыбнулся. Весело и искренне.
- Простите, ваше величество. Я всего лишь хотел предложить свою помощь, но теперь... полагаю мне самому нужна помощь, чтобы отчиститься.
Да уж.
Придворный соблазнитель выглядел откровенно нелепо и смешно. Куда там очаровывать?
Адриенна пожала плечами.
- Помогайте, дан. Вот это зерно надо рассыпать там, где трава не слишком высокая... вот здесь. Под деревьями. Дальше птицы разберутся сами.
Дан кивнул и повиновался.
Адриенна, не обращая на него внимания, развернулась и отправилась обратно, к фрейлинам. Мужчина проводил ее задумчивым взглядом.
Разбираться в женщинах Сильвано давно научился. И отлично понимал - безнадежно.
Он может ходить на голове, шевелить ушами, петь серенады, засыпать ее величество бриллиантами... бесполезно!
Просто бессмысленно.
Ее величество не увидит ни его, ни любого другого мужчину... или ее сердце занято, или оно спит, но не Сильвано его будить.
С другой стороны, домики в столице на дороге не валяются. Может, стоит попробовать?
А дальше будет видно...
Сильвано улыбнулся про себя, рассыпал зерно и зашагал переодеваться.
Вот... сволочные твари! Всего обгадили!
***
Мясо пришлось покупать в ближайшей деревне.
Обычно охотники возвращались с добычей, но в этот раз жертвами их стрел пали пара десятков на редкость безмозглых зайцев, два лиса и один волк.
Все остальные животные успели вовремя удрать от загонщиков и охотников, предупрежденные птицами.
Адриенна затаенно улыбалась у костра.
Она была спокойна и довольна.
А вот поделом!
Убийство ради бессмысленного убийства? Рыбалкой займитесь, что ли! И то... иные рыбы уж точно поумнее придворных дам будут! Они молчат!
Это огромное их достоинство! Они - молчат!