Глава 26

Дитрих, отпустив мой локоть, приблизился к стене, провел по ней ладонью, из-за чего та пошла рябью.

– Дитрих Эрнст Редривер запрашивает доступ в покои короля.

– Принято, – потусторонний шепот разнесся по комнате и моментально затих, заставляя задаваться вопросом, уж не слуховые ли галлюцинации у меня?

Я моргнуть не успела, как передо мной появился зияющий темнотой проход в человеческий рост. Немного напоминал вход в пещеру, только более… жуткий из-за острых необработанный камней, окружающих черноту. В которую нам с Дитрихом, судя по всему, и предстояло войти.

– Нам… туда? – спросила я.

Разумеется, туда, но выглядело это место не слишком обнадеживающе. Дитрих кивнул, сделал шаг – и половина его тела буквально исчезла в непроглядной тьме этого потайного хода.

– Тебя взять за руку? – Дитрих улыбнулся, явно понимая, какие ощущения у меня вызывает этот тайных ход.

– Лучше на ручках, – хихикнула я, пытаясь увидеть хотя бы что-то в темноте. Бесполезно.

И только когда я заметила излишне довольное выражение на лице Дитриха, то осознала, что стоило бы промолчать! Проклинать свой длинный язык было поздно, сопротивляться бесполезно, а дергаться на руках Дитриха, который подхватил меня и нес в сторону темного прохода, небезопасно. Поэтому я, пробормотав кое-какие нецензурные слова из тех, которые в приличном обществе не озвучиваются, а в неприличном приводят всех в восторг (или хотя бы вызывают одобрительные кивки и полные понимания улыбки), зажмурила глаза.

– Можешь открыть глаза. – Я определенно осознавала, что мужчина надо мной посмеивается. И не где-то в глубине души, а вполне себе откровенно!

Я распахнула глаза: весь тайный проход оказался широченным коридором, залитым теплым бежеватым светом. На стенах висели картины, а справа от себя я даже заметила пару уютных кресел.

– Ты раньше не мог сказать, что вход отличается от наполнения? – с досадой спросила я, приподнимая голову.

– А разве нужно было? Такая прекрасная умная женщина ведь не стала бы судить книжку по обложке, а тайный коридор в покои короля по входу в него?

Игнорируй, Кира, игнорируй. Пока не освоишься в этом мире, два из трех словесных раундов будет за Дитрихом. Но вот потом…

– А что за дело у короля ко мне? – спросила я, беззаботно сидя на руках Дитриха.

Спора на тему того, идти мне самой или позволить Дитриху меня перенести, я не хотела: и так меня смутил, одного раза достаточно.

– Пока я и сам не знаю, но не волнуйся, я буду более чем полностью стоять на страже твоих интересов и не позволю тебе ввязаться во что-то опасное или невыгодное. – В одну минуту шутник, а во вторую уже тот, на кого можно положиться. – Мы пришли. Предпочтешь на моих руках осматривать покои короля или…

– Или, – отрезала я, становясь на пол перед простой дубовой дверью без единой ручки.

– Жаль, – вздохнул Дитрих, а после толкнул дверь двумя руками, которая тут же исчезла. – Прошу, проходи и чувствуй себя как дома.

К элегантной роскоши поместья Редривер я уже привыкла, но покои короля есть покои короля. О богатстве свидетельствовало все: от люстр, украшенных драгоценными камнями, до тяжелых штор и кучи магических предметов из золота и серебра, сваленных в груду мусора около стола. Ну не позолота же там? Впрочем, несмотря на то, что комната короля буквально кричала о богатстве и достатке, такая роскошь не была безвкусной. Наоборот.

Я продолжила осмотр: множество шкафов с книгами у стен, кресла, столы и кровать чуть в отдалении. Такое чувство, что в покоях пытались совместить и кабинет, и спальню, и библиотеку, и много чего еще. Благо площадь позволяла.

– Смотрю, что заставлять ждать короля – это у Редриверов семейное. – Высокий мужчина с копной длинных черных волос вышел из-за огромного шкафа, забитого книгами. – Мог бы хоть стучать, чтобы я при леди предстал в более внушительном виде.

То есть сейчас король, который ростом ничуть не уступал Дитриху, во всем черном, подчеркивающем его фигуру, считает, что вид у него не внушительный? И его властная аура, от которой мурашки по коже, совсем не чувствуется, и мне не хочет спрятаться у Дитриха за спиной?

– А зачем тебе перед леди, которая является моей невестой, нужно представать в более внушительном виде? – Дитрих моментально встал передо мной, полностью заслонив от взора короля.

– Именно потому, что она – твоя невеста, Дитрих, – сказал король. – На правах старшего родственника я должен производить хорошее впечатление в таких случаях. Ладно, давайте приступим к делу, присаживайтесь. Без представлений, Дитрих потом брошюрку обо мне даст, зря что ли глашатаи, королевские информаторы и еще куча людей над ней несколько месяцев работали, хоть кто-то почитает. Там почти все правда, но положительные моменты преувеличены раза в два.

– А… – Я только выглянула из-за плеча Дитриха и открыла рот, как меня тут же перебили:

– А о вас я и так все знаю. Любое перемещение человека из другого мира в мое королевство может пройти лишь в том случае, если я изучу его биографию, узнаю цель прибытия, решу, что нахождение целесообразно, одобрю и, конечно же, подпишу разрешение. Так что лучше сразу про дела.

– К делу так к делу, братец, – сказал Дитрих, указывая на роскошнейшее кресло с резными ножками и высоченной спинкой: – Кира, присаживайся. Прежде чем ты начнешь меня, королевское величество, расспрашивать обо всем, скажи-ка, что за человек был, чье присутствие не смог уловить Двен?

– А почему ты решил, что я знаю? – ухмыльнулся король.

– Потому что иначе весь дворец стоял бы на ушах. – Дитрих пожал плечами и встал около моего кресла, чуть облокотившись на него и скрестив руки на груди.

– Так неудобно, когда меня слишком хорошо знают. Это мой новый слуга, – сказал король. – Новый слуга, который знает и, более того, применяет новый тип запретной магии, о котором ты мне рассказывал. Более того, он даже может объяснить, каким образом Аделия околдовала Каллисто. Мне его пригласить?

– А про Каллисто откуда?..

Точнее, тут надо было спрашивать, когда же успели! Дитрих и король лишь улыбались, переглядываясь. Троюродный брат, значит? Большего родного напоминает. А хитростью и способностью пробуждать любопытство так вообще близнецы.

– Эсми, можешь войти, – сказал король.

На стене тут же возник проход, похожий на тот, который использовали мы с Дитрихом, и в проеме возник невысокий и очень худой человек в плаще. Это не тот, кого я встретила в коридоре!

Я быстро взглянула на Дитриха, который хмурился, но промолчал. Король представил нам этого незнакомца.

Незнакомку.

Плащ упал в кресло, и стало понятно, что под ним скрывалась девушка. Удивительно красивая: невысокая, изящная, длинные золотистые волосы лежали так, словно она только что вышла из дорогущего салона, да и само лицо было таким совершенным, что невольно возникали мысли – действительно ли передо мной человек?

Король щелчком пальцем заставил стул подъехать прямо к девушке, и та сразу же присела, забросив ногу на ногу.

– Это Эсми, она иномирянка. И она эксперт в новом типе запретной магии.

– Я так понимаю, ты уже выяснил, что это за тип.

– Именно. Но лучше об этом расскажет Эсми, так как она больше меня знает.

А голос у девушки под стать внешности. Мелодичный и очень нежный, ласкает словно морская пена. Неудивительно, что король на нее поглядывает как-то по-особенному. Не слишком откровенно, но все же с тем самым интересом, который свойственен мужчинам по отношению к привлекательным женщинам. Мне было бы интересно посмотреть на мужчину, который не заинтересовался бы этой смесью сирены, нимфы и эльфа.

Стойте, а как же мой прекрасный как бы фиктивный жених?.. Я резко вскинула голову и… встретилась взглядом с Дитрихом. Легкая теплая улыбка, подмигивание. И ни одного взгляда в сторону Эсми. Что ж… Я хотела посмотреть на такого мужчину. Посмотрела.

А теперь неплохо было бы послушать о магии. Я не эксперт, но что-то мне подсказывало, что лишним не будет.

Новый тип магии называется «Подмена сущности». Именно из-за него мы увидели у окна в нашем крыле не изящную фигуру девушки, а какого-то высоченного человека, который показался нам всем мужчиной. Работа этой магии очень проста: она заставляет всё вокруг воспринимать то, на чем применили магию, чем-то иным. Так девушка с огромным запасом магии внезапно превратилась в мужчину без капли магии и с минимальным количеством жизненной силы. По идее, ее «образ» был аналогичен манекену. Именно поэтому Двен и дети не сразу заметили ее – слишком привыкли полагаться на магию, которая быстрее зрения распознавала все живые объекты рядом. А вот я, человек без магии, не имевшая подобной привычки, сразу увидела постороннего.

– Кажется, мне придется заставить моих подчиненных тренироваться усерднее. – Дитрих разочарованно покачал головой. – Нет магии – и уже как беспомощные дети.

– Ты их угробить планируешь? – живо поинтересовался король. – Куда уж усерднее! Мне отдай, я найду им применение.

– На самом деле, на этот трюк, когда я замещаю саму себя на что-то неодушевленное, пока никто не среагировал, кроме… Его Величества, – сказала Эсми, пожимая плечами. – В этом мире магия заменяет вам почти все остальные чувства. С одной стороны, это удобно, уровень магической осведомленности среди магов поражает воображение, а с другой – идеальная среда для тех, кто использует подмену сущности.

– Кажется, я догадываюсь, как приворожили Каллисто. А также о других особенностях этой запретной магии, – заметил Дитрих.

– Догадываешься? Я вот не сразу понял, – сказал король. – Впрочем, у меня и не было столько времени на размышления, как у тебя.

– Все дело в том, что ты лучше разбираешься в политике и науке, а я – в магии и сражениях. – Пожал плечами Дитрих. – Если я правильно понимаю, то магия подмены сущности работает и в отношении законов этого мира.

– Вы либо рассуждайте сами, либо я все-таки продолжу, – сказала Эсми, закидывая ногу на ногу и складывая руки в замок.

Эта поза абсолютно не ассоциировалась с ее ангельской внешностью. Впрочем, и манера разговора – спокойная, уверенная и непоколебимая – тоже мало соответствовала ее трепетно-воздушному виду. Ну и еще в Эсми было… немного наглости. Ладно, много. Я бы так королю и генералу не сказала. Банальный инстинкт самосохранения, не говоря уже об остальном.

– Продолжайте, прекрасная леди, – рассмеялся король.

Подмена сущности работала не только в отношении людей и простых магов, но еще и перекрывала магические законы этого мира. Например, случай с Каллисто. Каллисто – призрак, на которого привороты не действуют. Вот только он сработал. Все потому, что запретная магия заставила законы мироздания воспринимать Каллисто как живую сущность вместо мертвой.

– А кулон? – спросила я. – Разве не в нем было дело?

– Посредник? – предположил Дитрих.

– Ни то, ни другое. Усилитель, – ответила Эсми. – «Подмена сущности» – очень сложная магия. Много требований как к самой магической силе, так и к способности ею управлять, что очень сильно сокращает количество людей, способных ее использовать. Понимаете, о чем я, да?

Спасибо за риторический вопрос, который для меня риторическим не являлся. Дитрих, прекрасно зная об уровне моей осведомленности, сказал:

– Резерв у магов может быть большим или не очень. Обычно чем меньше запас магических сил, тем проще его контролировать. И наоборот. Чем больше магии, тем сложнее ей управлять. Представь, как хорошо ты сможешь управлять ручкой, но насколько сложно тебе будет сделать то же самое с огромным двадцатиметровым столбом из железа? Так и у магов. Поэтому найти магов, способных управлять большим резервом так, словно у них в руках ручка, хотя на самом деле железный столб, практически невозможно. Я бы сказал, что ты их не встретишь, но…

– Но уже встретила нас троих, – король нахально улыбнулся и подмигнул мне. – Дитрих прав, «Подмена сущности» – невероятно проблемная магия.

– И, по идее, ее распространение не должно было выйти за пределы моего мира, – сказал Эсми. – Но один человек придумал усилитель, который расширял список тех, кто может этой магией воспользоваться.

– Этот амулет и был у Аделии, которая без него оказалась не просто не способна применить запретную магию, но и даже ее поддерживать, что доказывает сложность использования, – кивнул Дитрих. – У Аделии средний резерв и весьма недурственный контроль. Неспособность контролировать уже запущенную магию при таких исходных данных говорит о ее поразительной сложности. Поэтому первая проблема…

– Это амулеты, – кивнул король.

– Технологию изготовления мы скрыли, однако тот, кто принес магию в этот мир, порядком запасся ими, – горько усмехнулась Эсми. – К тому же, нельзя забывать о тех редких исключениях, кому усилители не нужны.

– А кто ее принес? И с какой целью? – нахмурился Дитрих.

– Меня интересует не только это. – Король покачал головой и усмехнулся. – Зачем кому-то создавать столь жуткую магию, которая способна нарушить законы не только нашего мира, но и многих других? Сама суть этой магии противна природе и всему сущему… Кому вообще в голову могут прийти подобные вещи?

Эсми, казалось, вся поблекла, а ее уверенность лопнула как мыльный пузырь.

– С вами все хорошо? – участливо спросил Дитрих. – Вы побледнели.

– М-м-м, относительно. Все-таки я пользователь столь ужасной магии. – Как ни странно, ни капли упрека в словах, лишь искреннее сожаление.

– Эксперт, но не создатель, – сказал король. – И вы не используете ее в дурных целях, наоборот… А вот создатель этой магии подверг опасности многих. Вы не расскажете нам о нем?

– К сожалению, не могу. – Эсми качнула головой.

– Обет молчания?

– Нет. Я не знаю, кто создатель. Никто не знает. Мое государство искало нулевого пользователя, но, увы. – Эсми развела руками. – Все, что смогли найти – несколько книг в магических библиотеках, причем в общих секциях. В них можно брать любую книгу, не указывая свое имя или фамилию, так что даже невозможно понять, кто читал ее, а кто нет. Да и сами книги учету там не подлежат, что не дает нам понять, как давно эта книга появилась.

– А еще неизвестно, кто принес этот тип запретной магии в наш мир, – добавил король с уверенностью.

Я так понимаю, что эту ситуацию с Эсми они уже обсуждали, а сейчас повторяли для Дитриха и почему-то для меня.

– Как и то, кто сделал амулеты. Именно поэтому я здесь. И готова не только приложить все усилия, чтобы поймать этого человека или нескольких, но и компенсировать ущерб, который «подмена сущности» нанесет вашему миру.

– И как же вы это сделаете? – А Дитрих не всегда вежлив.

Его тон был почти… оскорбительным? Словно он насмехался. Почему? Эсми тоже не поняла: вскинула голову и посмотрела на Дитриха огромными прекрасными глазами.

– Дитрих, следи за тем, что говоришь, – тихо заметил король.

– Следи за тем, куда лезешь, братец. Ты отвечаешь за королевство, я твой поданный, но также я тот, кто отвечает от имени всех стран этого мира за общение с представителями других миров. Я обязан спросить этого мага, по какой такой причине она смеет давать подобные обещания. От лица своего королевства? От лица ее мира?

– Прошу извинить, мне нужно представиться еще раз. – Эсми встала, положила правую руку на сердце ладонью вверх и чуть склонилась. – Я Эсмина Нэвэлли Лариэлия, дочь императора мира Лариэлии, а посему могут носить эту светлую и благословленную самими богами фамилию. И поэтому я могу говорить от лица всей Лариэлии. Мой великий отец поручил мне разобраться с теми, кто посмел нарушить законы мироздания и распространить магию подмены сущности в других мирах, а также разобраться со всеми последствиями.

– Вам бы, Эсмина Нэвэлли Лариэлия, стоило сразу же представиться полным именем, а не делать из одного скромного и обычного мужчины дурака, – тихо сказал король, прикрывая глаза.

– Прошу простить мне мою маленькую прихоть, – также тихо ответила девушка. – Надеюсь, скромный и обычный мужчина позволит одной скромной и обычной женщине объяснить причины такого поведения?

Я переводила взгляд с Эсми на короля и все четче понимала, что отношения между этими двумя очень уж… неоднозначные. Примерно такие, как у нас с Дитрихом. Да и атмосфера была такой, что хоть прячься за кресло. Впрочем, недолго. Дитрих явно не собирался это терпеть:

– Мы закончили? Еще полезные сведения есть, которые нужно сообщить мне лично? Если нет, то не забудьте передать все бумаги по этому делу. Я подключу третий особый отряд, у них всех есть разрешение на такую работу. Пойдем, Кира. Покажу тебе замок, а не только тайные пути в королевскую спальню.

Дитрих протянул мне руку, чтобы помочь встать, и я без раздумий взялась за нее. Жаль только, что мне так и не рассказали про то самое выгодное дело, которое король намеревался мне поручить.

– Еще не все, Дитрих, не торопись. Нам предстоит с тобой обсудить пару дел. А показать твоей невесте замок может и Эсми. К тому же, с Эсми будет безопасно – она выдающийся маг. – Король взглянул на Эсми, и та сразу же кивнула:

– С удовольствием! Мне не хватало женского общества в последнее время, поэтому я с удовольствием пообщаюсь с вами, леди Кира.

Ну вот меня и выгоняют. Обижаться стала бы только последняя дурочка, я же мысленно выдохнула с облегчением: никакого желания погружаться в чужие тайны у меня не было. Но радовалась я рано, потому как Дитрих сказал:

– Нет, Кира с ней не пойдет.

Король прищурил глаза, а невысказанная фраза буквально повисла в воздухе. Но король все-таки не спросил что-то вроде «Не доверяешь моему суждению?», только хмыкнул. Впрочем, надо отдать Дитриху должное, исправил он ситуацию мигом:

– Я уже пообещал показать моей невесте дворец. Не пытайтесь отобрать у меня единственное приятное дело в этом месте.

– Единственное? – Король постучал по подлокотнику кресла, качнув головой. – Общение с последним старшим родственником приятным ты уже не находишь?

– Нет. – Я аж позавидовала невозмутимости Дитриха, а Эсми прыснула, не скрываясь.

А она не такая уж и холодная: смешинки читались в глазах, когда она переводила взгляд с одного мужчины на второго.

– И я вот рад встрече с тобой, братец.

– Слушай, если бы мы устроили тут пир среди солдат, провели несколько магических дуэлей, перемыли кости некоторым высокопоставленным особам, точнее, снобам, то я, конечно, посчитал бы наше с тобой общение приятным. А так! Запретная магия, гость из иного мира, работа для воинов из моего особого отдела… Да мне про нормальный сон придется забыть! Еще и магические следователи со своим судом. Что, кстати, с ними? Решил что-то? – Дитрих переключился на другую тему.

– На дно их. – Король махнул рукой.

– Морское? – ляпнула я внезапно.

Король, что в ходе всего разговора меня почти не замечал, посмотрел на меня с неподдельным интересом:

– Идея, несомненно, хорошая. И оригинальная. А чем они там на морском дне будут заниматься?

Я взглянула на Дитриха, молясь, чтобы он сказал хоть что-то, что бы меня выручило, но мой уважаемый фиктивный муженек явно ждал ответа с не меньшим нетерпением, чем король.

– Лежать, – ответила я, коря себя за длинный язык. И чтобы дальше не возникло вопросов, добавила: – Трупиками.

Король поперхнулся, Дитрих заржал, Эсми внезапно похлопала в ладоши и заметила:

– Всегда считала, что представители немагических миров полностью лишены тотальной мстительности, а оригинальность им чужда. Пора мне меня мнение. И я еще больше сожалею, что сейчас не смогу провести вас по дворцу и поболтать по-девичьи.

Я лишь скромно улыбнулась. Сейчас, да? Боюсь, что если мнение Дитриха об Эсми не изменится очень быстро и в очень позитивную сторону, что маловероятно, то никогда нам не погулять и не поболтать о своем, о женском. Не могу сказать, что меня это разочаровывало.

– А если серьезно, то я разрешу магическим следователям организовать суд. Только вот ограничу количество присяжных и поставлю своего судью.

– Что с их доказательствами? – спросил Дитрих. – Или они не важны, потому что ты планируешь воспользоваться ситуацией?

– Точно. – Король кивнул. – Любые аргументы станут бесполезными. Так что про следователей можно забыть, а вот про дорогих гостей нашего королевства – нельзя. И тут я бы хотел попросить о небольшой помощи леди Киру.

– Я слушаю, – сказала я, когда пауза затянулась.

Такие похожие характеры! Дитрих тоже так делал: будил любопытство и замолкал.

– Не могли бы вы немного помочь мне с наблюдением за некоторыми аристократками? С вашим положением и статусом будет очень легко это сделать.