Глава 28

Выбор господина Коктиса оказался очевиден: он желал, даже не так, жаждал ответить на все вопросы Дитриха. Потому что дуэль с Дитрихом в нынешних обстоятельствах означала одно – смерть, причем позорную и мучительную. Господин Коктис, несмотря на свой несуразный вид, был довольно неплохим магом, но Дитриху и в подметки не годился. А это означало, что оскорбленный и разозленный Дитрих обязательно как следует отомстит за свою невесту. Посмертно.

Поэтому сейчас я с бокалом вина сидела на диванчике около Дитриха, где окружавшие нас аристократы восхищались сдержанностью и благородством Дитриха. Вы ж посмотрите, какой молодец! Не превратил дурака в кровавую лепешку, сдержался из уважения к королю и аристократам, разобрался как следует.

А ведь было за что! Даже если опустить историю со мной, в которой сэр Коктис то ли желал жениться, то ли не желал, то ли угрожал, то ли принуждал, оставалось еще одно существенное прегрешение: попытка устроить брак Алекса и своего ребенка.

И это все оказалось куда серьезнее, чем я предполагала, ведь все договоренности, даже шуточные, на официальном королевском балу считаются вполне себе серьезными. Когда-то давно, лет десять назад или даже больше, двое представителей стран договорились о торговле прямо на балу, подробнейшим образом обговорили условия, а после…

А после один из представителей подсунул контракт с абсолютно другими условиями. Первый без раздумий расписался, ведь говорили же! А потом дошло, что он натворил. И вместо того, чтобы каяться и пытаться что-то исправить, пришел к правителю этой страны, чтобы тут засвидетельствовал обман. Вот только как? Лично правитель не слышал, а все записывающие устройства отключили, чтобы не смущать высокородных гостей. Дальше последовал скандал, множество безосновательных обвинений в сговоре, после чего король постановил: нравится господам послам или нет, но на каждом официальном балу будут магические устройства, которые зафиксируют все договоренности между аристократами. А если кто-то все же решит откреститься от обещаний, то сам король примет меры и накажет недобросовестного аристократа. Ну или значительно испортит его репутацию на мировой арене, если обманщик не из его страны.

Будь я чуть более покладиста или менее прогрессивна в своих суждениях, то могла бы случайно женить Алекса! Как у невесты Дитриха у меня и впрямь было такое право. И сэр Коктис, который внезапно подошел и заговорил на эту тему, мог весьма серьезно меня подставить.

Так что теперь Дитрих сидел рядом, а его люди допрашивали (или пытали?) сэра Коктиса на тему, как же он так осмелел, обнаглел или кто же его надоумил воспользоваться тем фактом, что я принадлежу другому миру.

Ну и, конечно, надо устроить показательную порку тому, кто посмел покуситься или оскорбить невесту Его Превосходительства.

– А как же задание? – шепнула я. – Пока ты рядом, сомневаюсь, что ко мне кто-то подойдет.

– Конечно, – кивнул Дитрих. – Не подойдет. Но как я могу оставить мою милую невесту одну после такого? Вдруг отвернусь, а на тебе уже кто-то без моего ведома женится? Или угрожать начнет.

– Сомневаюсь, что такие найдутся, – фыркнула я.

– Тц, попробуй меньше улыбаться, помни, ты все еще несчастная жертва обнаглевшего аристократа. Иначе кто-то догадается, что все было наоборот, – прошептал мне Дитрих на ухо, по-хозяйски кладя свою руку мне на плечо.

– Не было ничего наоборот, – ответила я, кладя Дитриху голову на плечо.

Немного против правил, но я все еще несчастная расстроенная и напуганная барышня из иного мира, так что некоторые, уверена, закроют на мое неподобающее поведение глаза.

– А что было? – спросил мой жених.

– Делилась своими тайными знаниями с Алексом, показывала применение на практике, – честно ответила я. – Надо потом спросить, что он там усвоил.

Неразборчивый шепот, напоминающий не самые цензурные выражение, заставил встрепенуться.

– Ты ругаешься? – недоверчиво спросила я. – Почему?

– Потому что если добавить к изобретательности моих милых племянников твои тайные знания, боюсь, с детьми не справится весь мой гарнизон, – саркастически рассмеялся Дитрих.

– И даже Соломон с Уэйном? – усмехнулась я, случайно цепляясь взглядом за очень странного мужчину.

Ему нехорошо? Да нет, цвет лица здоровый, но почему он так странно…

– Соломон всегда заодно с детьми. Кира?

– Дитрих, посмотри на того мужчину, пожалуйста, – попросила я, чуть кивая головой в сторону странного незнакомца.

– М? Смотрю. А что такое? Неужели приглянулся? Он какой-то не очень красивый.

– Да нет, очень даже симпатичный, – автоматически возразила я.

И почувствовала, как напряглась рука Дитриха на моем плече.

Ой.

– Он симпатичный? С твоим…

– С моим зрением все в порядке, – предвосхитила я вопрос Дитриха.

– Хвалишь чужого мужчину в присутствии собственного жениха? – Дитрих посмотрел на меня грустными-прегрустными глазами. Бедняжечка, хоть обнимай и утешай красавца, которого так обижает бессовестная невеста. Я, то есть. – Наверное, это карма за несколько десятков отказов красавицам. А может меня кто-то проклял?

– Если бы тебя прокляли, то я его считала бы красавцем, а тебя – симпатичным. А сейчас все наоборот, – заметила я, продолжая неотрывно следить за странным мужчиной.

Что-то странное не давало мне покоя. Что-то в этом странном андрогинном пареньке цепляло взгляд. Искренне надеюсь, что не какая-нибудь приворотная магия, а то от этого мира можно было ожидать абсолютно всего. И я сейчас не про Дитриха, который приставал ко мне с глупыми вопросами как мальчишка.

– Я красавец в твоих глазах? – вкрадчиво прошептал мне на ухо мужчина.

– Конечно, – ответила я.

Для меня совершенная внешность Дитриха казалась тем, что не требует никаких доказательств, потому я даже не посчитала нужным смутиться.

– Тогда почему ты так равнодушно отвечаешь?

– Ты хочешь, чтобы я на потеху аристократам с энтузиазмом начала кричать, какой мой будущий муж красавец? – рассмеялась я.

– Это лучше, чем ты будешь говорить о симпатичности какого-то постороннего мужчины, – заметил Дитрих и убрал свою руку с моего плеча. – И продолжать за ним следить взглядом.

Я проигнорировала немного недовольные нотки мужчины и спросила:

– Тебе не кажется, что этот мужчина странный?

– Мне кажется странным, что ты считаешь его странным и симпатичным одновременно, – фыркнул Дитрих, но послушно присмотрелся к объекту моего внимания: – Магии на нем нет. Ни обычной, ни запрещенной.

И тут мужчину кто-то толкнул, его платок упал на пол, он наклонился, и я, наконец, поняла, что меня смущало, когда штаны весьма плотно обтянули пятую точку. Очень нетипичную пятую точку!

– Бедра, – сказала я. – Разве у мужчин бывают такие широкие округлые бедра? И кадыка не видно – прикрыт воротником.

– Хм, ты права. Либо это очень странный мужчина, либо женщина, которая зачем-то надела мужскую одежду, – сказал Дитрих. – Это женщина.

Глаза Дитриха горели потусторонним светом, так что спрашивать, как же он так легко определил пол странного человека, не имело смысла.

– Гениально, магия благослови мертвые земли! – рассмеялся Дитрих. – Замаскироваться от всех наших людей подручными средствами без магии. Ну, конечно же, в этой толпе странных аристократов никто не обратит внимание на одного немного странного мужчину. Никто, кроме тебя. Кира.

Дитрих встал со своего места, протянул мне руку, помогая подняться и притянул к себе, шепнув на ухо:

– Ты эффективнее артефакта везения. Самая очаровательная удача в самом прекрасном облике.

Дитрих такой довольный… Я подозрительно уточнила:

– Это та девушка с кулоном, которую мы искали?

– В точку. Спрятала в вырезе рубахи. Кажется, ты нашла нашу прекрасную леди с артефактом. Что ж, теперь нам бы…

– Познакомиться с ней? – спросила я.

– Хорошая идея. Изначально я хотел отправить своих людей поймать ее, но бал все же официальный, не стоит позорить себя. Пойдем к пропаже, представим ей тебя, мою драгоценную невесту.

Зачем меня представлять? Когда мне хоть кто-то доходчиво объяснит, что тут происходит?

– А может не надо?

– Что не надо? – не понял Дитрих, больше не придерживая меня за талию.

– Мне идти к этой девушке, – честно сказала я. – Не думаю, что обычная беспомощная девушка стала бы маскироваться под мужчину, носить кулон, да и…

Да и вообще разыскиваться королем, Дитрихом, Эсми и многими другими!

– Насчет беспомощности не скажу точно, но ее обычность могу гарантировать – в ней такой мизер магии, что ее не хватит даже на активацию амулета.

– Но, тем не менее, она носит амулет, – заметила я. – В ней точно нет магии? Разве это не амулет того же типа, что носила Аделия?

Дитрих нахмурился и спросил:

– Кто-то проболтался или женская интуиция?

– Всего лишь логика, – ухмыльнулась я в ответ, решив не говорить Дитриху, что тыкнула пальцем в небо.

И попала. Бывает.

– Что ж, моя логичная невеста, пойдем все-таки познакомимся с этой девушкой. Заверяю, что под моим присмотром тебе ничего не грозит. – Дитрих протянул мне руку, и я спокойно ее взяла.

Пусть ведет, черт с ним.

– Да-да, я помню, что самое безопасное место – рядом с тобой.

– Факты есть факты, ничего с ними не поделать, – ответил Дитрих, двигаясь в сторону девушки в мужском обличье. – Первый ты усвоила, а вот про остальные даже не знаешь…

– Остальные? Например? – подыграла я Дитриху.

– Да, остальные. Например, со мной определенно не будет скучно.

И не поспоришь.

– А третий?

К сожалению, третий факт Дитрих озвучить не успел, так как мы оказались около переодетой девушки, которая нынче стояла около стены и с огромным интересом разглядывала пол. Короткие рыжие волосы – не понять, то ли парик, то ли свои собственные волосы.

– Добрый день, уважаемый… – начал Дитрих, намекая на то, что кому-то стоит представиться.

Девушка резко вскинула голову, испуг промелькнул в глазах, но тут же исчез. Мне же не привиделось? А она хорошо замаскировалась, даже щетину наклеила очень натурально. И макияжем поправила черты лица, сделав их грубее.

Макияжем?

Это странно. В этом мире классический макияж практически не использовался. Да и зачем, если есть магия? Вместо того, чтобы тратить часы на нанесение тональной основы, пудры, туши и многого другого, можно было взять кристалл красоты, выбрать нужный вариант преображения, и щелчком поправить свою внешность.

Я, между прочим, таким тоже воспользовалась перед баллом: затемнила ресницы и подкрасила губы. Выглядело натурально и ничуть не уступало классическому макияжу из моего мира.

А вот этой девушке лицо подправляла определенно не магия.

Неужели она тоже переселенка? И поэтому Дитрих попросил меня пойти с ним?

Скорее всего, оттуда же, откуда и я, уж больно маскировка походила на то, что делают в нашем мире косплееры – те люди, которые воссоздают в реальной жизни образ любимого персонажа, используя макияж, парик и одежду, а также учитывая мимику и особенности.

Если бы Дитрих не сказал, что это точно женщина, а я сама не рассмотрела слишком округлые бедра, то в жизни бы не догадалась, что передо мной девушка, а не слегка андрогинный мужчина. Длинные светлые волосы, завязанные в низкий хвост, очки, которые не позволяли внимательно рассмотреть глаза и значительно меняли восприятие внешности, плотный камзол и совершенно обычные брюки. Но на мысль о косплеерах меня навело другое: поза и повадки. Слишком уж соответствовали мужчине, а не женщине. Раскованная поза, никакого изящества или манерности.

– Мистер? – переспросил Дитрих.

– Визар.

– А род? – Дитрих склонил голову и чуть усмехнулся, словно презирал попытку скрыть фамилию.

– Может стоит сперва назвать свой? – замаскированная девушка не осталась в долгу.

Дитрих фыркнул, а потом расхохотался.

– Что-то не так? – раздраженно спросил Визар, но, получив в ответ лишь смех, переключил свое внимание на меня: – Леди?

Я задумалась буквально на секунду и честно ответила:

– Он очень удивлен тем, что вы его не знаете. Это странно.

– Разве быть таким высокомерным и думать, что все его знают – не странно? – шепнул мне Визар. – Да и я мужчина, зачем мне интересоваться кем-то вроде него? Вот то, что я не знаю, как зовут такую прекрасную леди, как вы, действительно странно. Странное и досадное упущение.

Ну, как шепнул? Разумеется, Дитрих все это слышал, просто этот (эта?) Визар определенно желал уязвить его посильнее.

– Как хорошо, что вы женщина, иначе снова пришлось бы вызывать кого-то на дуэль. Один раз спишут на случайность, а второй посчитают закономерностью. И еще полгода будут гулять слухи о моей жестокости и беспринципности, мол, гублю народ своей страны из-за бессмысленной ревности.

– Вы меня оскорбляете?

– Чем?

– Вы назвали меня женщиной! Если я предпочитаю науку и искусство, а не бессмысленное времяпрепровождение на тренировочном плацу, чтобы из нормальной человеческой фигуры превратиться в шкаф, то это вовсе не значит, что меня можно оскорблять! – Визор разозлился.

Точнее, очень талантливо и практически правдоподобно изображал злость. Я это чувствовала, а вот Дитрих знал точно. Иначе бы не приблизился и вкрадчиво не сказал:

– Либо вы сейчас вместе со мной и с моей невестой, дабы сохранить остатки вашей чести, выходите на балкон, где мы побеседуем, либо…

– Либо что?! – взвился Визор. – Вызовете меня на дуэль?

– Нет, сдеру с вас верхнюю одежду, чтобы весь зал видел, как ловко девушка может замаскироваться под мужчину. И меня даже не осудят, поверьте.

– Сдерешь? – спросила я, косясь на Дитриха.

Нет, я все понимаю, никто тут не в курсе, что перед нами девушка, но… но я-то знаю!

– Хорошо-хорошо, никаких прикосновений, чтобы ты не ревновала, милая. Сожгу все лишнее – и дело с концом.

Визор побледнел и сделал шаг в сторону, намереваясь смыться.

– Еще шаг – и я сожгу не только одежду, – шикнул Дитрих и тут же приблизился к Визору, кладя руку на плечо. – Давай-ка туда.

Дитрих буквально потащил ошеломленного Визора на небольшой пустующий балкончик. Я последовала за ними, оглядывая зал. Ну да, никто из гостей не обратил на нас внимания. Или сделал вид, что не замечает происходящего. Умно. Как я успела убедиться – связываться с Дитрихом, если ты не за него, а против, чревато.

А на открытом балкончике весьма красиво: и вид на огромный сад открывается, и даже диванчики стоят, чтобы можно было отдохнуть. Как раз на один из таких диванчиков Дитрих и толкнул Визора, а сам остался стоять, нависая вполне себе угрожающе.

– Вы… нормальные?! Вы точно аристократы?! Аристократы так себя не ведут! – закричал Визор, когда пришел в себя.

– Смотря какие аристократы, – ухмыльнулся Дитрих. – Обличенные властью – вполне себе. А насчет нормальности…

Я закрыла дверь на балкончик изнутри, повернула ключ, который так любезно торчал в замке и сказала:

– Спорный это вопрос.

– Ну вот, милая, я только хотел возмутиться и соврать, что мы вполне обычные и ничем не примечательные, чтобы несчастная девушка не боялась нас…

– Тебя, Дитрих, навряд ли я могу кого-то напугать.

– Знаешь, когда ты с такой коварной улыбкой закрываешь дверь балкона, чтобы нам никто не помешал очень близко побеседовать с одним человеком, то тебя боюсь даже я.

– Боишься? – фыркнула я.

– Опасаюсь. Твои идеи столь оригинальны и эффективны, что я уже заранее сочувствую твоим врагам. Не меньше, чем моим.

Ответить, что мои враги автоматически становятся его недругами, я не успела, потому что Визор резко вскочил и воскликнул:

– Постойте! Вы Дитрих?! Дитрих… Редривер?

– О, узнала! Все-таки я достаточно известен. – Дитрих улыбнулся от души и весьма ехидно добавил: – Все же дело тут вовсе не в моем самомнении, леди, а в вашей слабой, я бы сказал фатально слабой осведомленности. Что ж, раз вы меня знаете, не хотите ли представиться сами?

– Я… Я Виктория. – Девушка неожиданно прекратила упрямиться.

Она испугалась? Или… что с ней? Виктория вцепилась руками в свои коленки и не поднимала головы, но какой-то паники не было.

– Что ж, Виктория, я правильно понимаю, что вы не из нашего мира? Не расскажете ли, из какого вы рода, где сейчас живете и осознаете ли вы, что за интересный кулончик у вас болтается на шее.

– Я… я все расскажу, но у меня есть условие. – Девушка резко вскинула голову и посмотрела прямо на Дитриха.

– А вы в том положении, чтобы ставить условия? – Дитрих не скрывал того, что ситуация его забавляет.

– Да. Я осознаю, что все равно все расскажу, но будет ли это полный рассказ прямо сейчас или же вам придется вытягивать из меня информацию пытками – все зависит исключительно от того, сможете ли вы удовлетворить мою просьбу.

– И что же вы хотите? – спросил Дитрих.

Улыбка исчезла, исключительно деловой тон. Я, пожалуй, не устану удивляться, как легко он может меняться буквально за несколько секунд. Впрочем, я не сильно от него в этом плане отстаю.

– Спасите… – девушка запнулась.

– Спасти вас?

– Нет, не меня. – Виктория отчаянно замотала головой. – Спасите моего подопечного. И я сделаю все, что вы скажете!