Часть 12

Сдача материала для определения отцовства не заняла много времени, и уже через полчаса, получив заверения в том, что максимум через три дня у него будет ответ на едва ли не главный вопрос нынешних дней, Ян ехал домой.     

Мама осталась ночевать и присматривать за Кириллом, и когда Серебров вернулся, обнаружил внука с бабушкой мирно спящими под тихие песенки, доносящиеся с экрана телевизора, на котором транслировались мультики.     

Ян подошёл к кровати, на которой, раскинув руки, спал Кир. Сегодня, когда смотрел на ребёнка Вики, в нём не проснулось ничего, даже какого-то обычного умиления, что зачастую рождается при виде младенцев. Особенно тех, которые, вроде как, могут претендовать на то, чтобы называться сыном. Он невольно вспомнил, какие ощущения испытал, когда впервые взял Кирилла на руки - неверие, радость, страх и тревоги, что что-то сделает не так. Всё это тогда, чуть больше пяти лет назад, вызвало в нём настоящее цунами из самых разнообразных чувств.     

По отношению же к сыну Вики не было ничего. Ровным счётом. И даже если вдруг оказалось бы, что это сын Яна, он не смог бы его полюбить. Серебров это знал досконально уже сейчас.     

Выключив телевизор, он вышел из комнаты, осторожно притворив за собой дверь. Оттягивал, как мог, момент, когда устроился бы в их с Ариной спальне и посмотрел на то, что имелось на том диске, который Вика хранила столько времени. Казалось, что именно на тех записях - какой-то ящик Пандоры, и стоит только взглянуть на его содержимое, как из преисподней полезут самые страшные твари.     

Стащив пиджак, из кармана которого предварительно вынул диск, Серебров закатал рукава рубашки и, налив себе порцию «анестезии», сел в кресло и вставил CD в ноутбук.       

Пришлось сделать несколько жадных больших глотков, от которых едва не закашлялся, перед тем, как всё же решиться и включить запись. А когда это сделал…    

- Ну же, Ма-а-а-рк, ну будь хорошим мальчиком… Мы ничего не скажем твоему брату. Мы вообще ничего никому не скажем, - донеслось до Яна, словно сквозь толщу воды одновременно с тем, как на экране появилась картинка.      

Серебров оттолкнулся ладонями от столешницы. Отпрянул так резко, что в шее что-то хрустнуло.     

А потом его нестерпимо затошнило - смотреть на то, что вытворяли Вика с его братом, он не мог.      

Марк наверняка был под чем-то. Это состояние Серебров прекрасно знал, не раз видя его со стороны. Когда молодыми были, часто отдыхали с Викой и друзьями в клубах, где он и лицезрел вот таких вот «тормозов».    

Брат то нелепо улыбался, то хмурился, словно пытался на чём-то сосредоточиться. То притягивал Вику, что стаскивала с него одежду, к себе. То пытался оттолкнуть.     

Какого чёрта всё это снималось на камеру? В квартире Плюсновой, причём с такого ракурса, что было ясно - всё это сделано не просто так. И Вика о наличии видеоустройства знает прекрасно. Она иногда то улыбалась, повернувшись лицом к камере, то подмигивала в неё, пока так и продолжала раздевать Марка.   

- Не надо… Вик… ну не надо, - он снова попытался её оттолкнуть, но Плюснова ловко оседлала его и нажав на плечи, понудила лечь.      

- Что значит, не надо, Марк? Ты же сам сказал, что хочешь.       

Теперь уже и сама Вика начала раздеваться, елозя на его брате. На каждую попытку Марка привстать, реагировала мгновенно, укладывая того на постель.   

Дальнейшее Ян просмотрел в ускоренном режиме, чтобы понять, чем всё закончилось, хотя всё было ясно и так. В конце записи Плюснова, совершенно довольная собой, поднялась с расхристанной постели, как была обнажённая и, послав воздушный поцелуй в камеру, отключила её.    

Серебров закрыл крышку ноутбука. Удивительно, но его обуяло такое ледяное спокойствие, какого он не чувствовал никогда в своей жизни. Он неспешно принял душ, вернулся в комнату и, налив себе ещё порцию в бокал, подошёл к окну и принялся смотреть на улицу. Машины, едущие куда-то даже в такой поздний час, одинокие прохожие, да и просто моросящий дождь порождали ещё большее успокоение.      

Теперь всё стояло на тех местах, где и должно было стоять ещё шестнадцать лет назад. И хотя несколько нюансов ему были непонятны, он собирался прояснить их совсем скоро.     

Разбудил Яна осторожный стук в дверь, на который спросонья он не отреагировал. Просто повернулся набок и продолжил дремать. Когда же звук повторился, став более настойчивым, Серебров сел на постели.     

- Да? - хрипло вопросил в сторону двери.    

- Можно?    

Та чуть приоткрылась и на пороге появилась мама. Как показалось Яну - напуганная. Сердце сразу застучало быстрее. Почему-то подумалось, что к ним заявилась Вика. Хотя, он был бы даже рад этому - прибил бы эту дрянь на месте и ладно.     

- Мне Плюснова звонит и звонит. Я не подхожу… Уже несколько пропущенных. Владу тоже названивала, я ему дала указание не брать трубку, - быстро проговорила мама, и Серебров, взяв свой мобильник, убедился в том, что Вика пыталась добраться не только до его родителей.    

Очевидным было то, что она, вероятнее всего, обнаружила пропажу пустышки. А может, диска. Или того и другого одновременно.     

- Кирюху собери, пожалуйста. Мы с ним на пару дней за город скатаемся, - как можно спокойнее сказал Ян, поднимаясь с постели и начиная одеваться. - А сама домой поезжай. И да - на звонки этой… Вики не отвечайте. Хотя, отец пусть сам решает, есть ли ему о чём с ней говорить, или нет.    

- Ох… Янушка… - начала мать, но Серебров её прервал:     

- Ничего страшного не случилось, поверь мне. Просто собери Кира - вещей немного, ну и что там нужно. Продукты по дороге купим.    

- Куда вы?    

- В одно прекрасное место.    

Ян широко улыбнулся матери и, кивнув на дверь, дал понять этим, чтобы она отправлялась выполнять его просьбу. Сам же наскоро побросал в сумку необходимое. Немного подумав, взял с собой ноутбук, после чего, полностью готовый, направился к сыну.  

Он не боялся Вики - отнюдь. Он опасался прежде всего себя и своих кровожадных желаний, каждое из которых пугало теми картинками, которые рождались перед мысленным взором.    

В том, что Плюснова так или иначе попытается до него добраться, не сомневался. И совсем не желал, чтобы Кирилл стал свидетелем того, как его отец жестоко обращается с женщиной. Хотя, она наверняка бы подготовилась и прибыла к ним с ребёнком наперевес. Или к его родителям, чтобы попытаться добиться своих каких-то безумных целей, ведомых только ей.      

- Мам! - позвал Серебров, заходя к Кириллу, где внук и бабушка паковали Кирюхин рюкзачок. - Такси не вызывай, мы тебя докинем до дома. С отцом поговорить хочу, - проговорил Ян, и мать, тяжело вздохнув, кивнула.     

- Вы пока в машине посидите, хорошо? - повернулся Серебров к маме и сыну, когда они подъехали к дому, где жили его родители.      

- Янушка… мне страшно, - шепнула Марина Алексеевна.    

Он видел, что она не преувеличивает - ей действительно было очень не по себе. Что ж, это ещё один повод разобраться с Викой навсегда, а для этого ему нужно было дождаться результатов анализа.     

- Всё нормально, мам, - подмигнул Ян и, выйдя из машины и забрав с собой ноутбук, направился к дому.   

Его встретил точно такой же ошарашенный отец, который с порога заявил:    

- Ничего не понимаю… что случилось? Вика звонила, я уж не выдержал, подошёл… говорит, ты её просто убьёшь теперь. Рыдает. Просит помочь.       

Серебров рассмеялся. И ржал довольно долго, пока отец стоял в стороне и смотрел на него так, словно думал, надо ли вызывать психиатров, или уже поздно.     

- Помочь она просит. Сбежать бы ей уже куда-нибудь, что ли, - отсмеявшись, устало проговорил он. - Пойдём.      

Они с отцом зашли в родительскую спальню. Ян кивнул на кресло, стоящее перед узким столом, на который впоследствии водрузил ноутбук. Отрывисто попросил:     

- Сядь.    

Когда отец исполнил его просьбу, больше смахивающую на приказ, Серебров склонился к папе и тихо проговорил:    

- Посмотри интересное кино, пожалуйста. И задай себе вопрос: какого чёрта тогда, шестнадцать лет назад ты пошёл на поводу у лгущей тебе в глаза дряни, утаив от сына то, что он просто обязан был знать?     

Ян с силой ударил ладонью по столу. Отец испуганно вздрогнул.     

- Я обязан был тогда знать обо всём, слышишь?!       

Он распрямился и включил запись. Сам отошёл к окну, заложил руки в карманы брюк и попытался отрешиться от всего. Особенно - от звуков, которые доносились с экрана ноутбука.      

Поступал ли он жестоко с отцом? Возможно. Но не промолчи тогда Серебров-старший, всё было бы совсем иначе. Ян бы не потратил шесть лет жизни на ту, которую сейчас хотелось раздавить, словно ядовитую гадюку. Он, пожалуй, получил бы повод жить, гораздо более ощутимый, чем наличие рядом любимой женщины, что «вытаскивала его из депрессии». Тварь и сволочь. Провернув такое с Марком, она окружила Яна заботой. Она лгала, прикрывая свою шкуру. Она уговаривала отца молчать, чтобы не навредить второму сыну ещё больше. Какая же продуманная тварь…     

Возможно, тогда бы его жизнь повернулась совсем иначе. Наверняка он бы не встретил Арину…

Вероятно, никогда бы её не узнал.    

Но Плюснова бы понесла заслуженное наказание.    

Арина. Её образ встал перед глазами, и Сереброву до зуда в кончиках пальцев захотелось, чтобы сейчас жена была рядом. Чтобы стояла с ним плечом к плечу возле этого окна, а потом просто вложила свою ладонь в его руку…    

Когда за спиной раздался всхлип, Ян повернулся и посмотрел на отца. Тот был бледнее мела, на лбу - выступила испарина, а губы посинели. Подойдя к ноуту, Серебров захлопнул крышку и, присев на край стола, сложил руки на груди.    

- Ну? Надеюсь, хотя бы об этом ты не знал, папа?      

Владлен замотал головой. Прикрыл глаза и шумно сглотнул, как будто его могло вывернуть наизнанку в любой момент.    

- Нет… нет… Она говорила, что просто полезла следом, чтобы его остановить. Я ей твердил - нужно рассказать Яну, а она…       

- Сейчас это неважно, - отрезал Серебров. - Я лишь надеюсь, что в случае, если - ну, или когда - Вика придёт за той самой «помощью», ты знаешь, что нужно делать. Есть огромная вероятность, что ребёнок, которого она родила, не мой. Сейчас я это выясняю. Так что свои дедовские чувства попридержи, будь добр.    

Ян прикрыл глаза и сжал переносицу пальцами. Он и сам хорош - был виноват в сложившихся обстоятельствах не меньше. Но если бы только отец рассказал ему тогда про Вику… Если бы он знал, что она лжёт, глядя ему в глаза… Он бы не поверил никогда, что Плюснова оказалась на крыше случайно. И что Марк спрыгнул сам. Брат ведь так любил жизнь…       

- Мама сейчас поднимется домой. Мы с Киром на пару дней уезжаем из города. Матери про запись ни слова. Если будет спрашивать - скажи, что Вика обманула Яна и родила от другого. Этого ей будет достаточно. Она и так, как на иголках.      

Забрав ноутбук, Серебров оттолкнулся от стола и пошёл в прихожую. Тут же услышал за спиной торопливые шаги отца.    

- Ян… прости старика… прости. Я не думал, что всё так. Я думал, она пыталась его остановить.    

- А вышло, что, скорее всего, убила. Столкнула или нет - неважно. Она его довела.     

Серебров сделал глубокий рваный вдох, отозвавшийся в лёгких распирающей болью. Нет, нужно было продолжать сохранять спокойствие, хотя, как это сделать в сложившихся условиях, он представлял себе плохо.     

- Мы со всем разберёмся, пап. Но через пару дней. Пока держите оборону, - невесело усмехнулся Ян, после чего вышел из квартиры.       

«Собираемся с Кирычем на пару дней на природу. Ты не против?» - написал Ян Арине, приврав совсем немного.    

Ехали они не совсем «на природу», да и вообще поездка в то место, куда направлялся Серебров, в планах у него не значилась. Но сейчас он понимал, что всё происходит ровно так, как нужно.  

«О, как интересно. Кто-то в гости позвал?» - тут же откликнулась жена, и у Яна сердце забилось с утроенной скоростью.     

Как подросток пятнадцати лет, ей-богу.     

«Можно сказать и так)) Хотя, пока ни о чём больше не расспрашивай. Это сюрприз».     

«Для меня? Или для Кира? И если для меня, надеюсь, приятный…»       

«Сейчас - для Кирюхи. После, как выйдешь из клиники - и для тебя».     

Арина не ответила и Серебров мысленно чертыхнулся. Ему сейчас особенно нужным и важным было знать, что она рядом. Пусть и в ничего не значащей переписке. По сути, что они сказали друг другу? Так, ерунду. А у Яна всё переворачивалось в душе.     

- Пап… а куда мы едем? - спросил Кирилл, с интересом вертящий головой на заднем сидении. Как будто мог понять по местности, куда его везёт отец.      

- На нашу с тобой и мамой дачу, - притворно спокойно пожал плечами Серебров.    

Остановился на перекрёстке, посмотрел на сына в зеркало заднего вида. По лицу Кирилла понял - он попал в точку. Сначала Кирюха посмотрел на него в ответ с неверием, потом - с такой радостью, что, казалось, будто сын сияет изнутри.     

- Ого-о-о! Вот это сюрпри-и-и-з! - словно вторя переписке с Ариной, восторженно протянул он.   

- Ещё какой! - откликнулся Ян и, вырулив с перекрёстка, взял направление в сторону торгового центра.     

Нужно было закупиться продуктами на два дня и ещё кое-какими материалами, потому что у Сереброва вдруг появилась идея-фикс.     

На самом деле, и Кирюхе он немного приврал. Но лишь чуточку. Они направлялись на ту дачу, которую он уже почти приобрёл, желая подарить Арине. И хоть сделка уже была на мази, Ян договорился со своим приятелем, хозяином объекта, что они подпишут бумаги только после того, как на это даст полное одобрение жена Сереброва. Он не хотел промахнуться. Не хотел сделать то, что Арине не понравится. Хотя, примерно понимал, что она, скорее всего, будет в восторге, так же, как и Кирилл.     

Потому у Яна были связка ключей, заверение хозяина, что он будет в отъезде две недели и им уж точно никто не помешает не только осмотреть дачу, но и провести там время. Ну и надежда на согласие Арины взглянуть на дом хоть одним глазком.      

«А я по Киру жутко соскучилась. И кстати, меня выписывают через три дня. Сможешь забрать, или Лену просить?» - вновь пришло сообщение от жены.    

Серебров молниеносно напечатал в ответ:     

«Даже не вздумай! Я лично заберу свою принцессу из этого заколдованного замка!»    

«Серебров!)))) Я сейчас соседку хохотом разбужу!))))»    

«А нечего спать днём)))»     

«Как же мало ты знаешь о беременных)))»       

Улыбаясь, Ян вышел из машины, которую пять минут назад припарковал возле центра. Хотелось продолжить эту переписку, пусть она и могла в итоге скатиться в какие-то банальности и глупости. Но вот так вот завершать её, а потом ждать чёртовых три дня прежде, чем он увидит Арину, было выше всяких сил.     

Ко всему, он совсем не представлял себе, как дальше повернётся их жизнь. Станет ли она снова совместной, или жена наотрез откажется возвращать то, что ещё можно было спасти? Не продолжит ли настаивать на разводе? Не пройдут ли они через убивающую изнурительную процедуру определения места жительства ребёнка, раздела имущества и прочего. От одних этих мыслей по позвоночнику Яна бежали змейки ледяного ужаса.        

«И по тебе я тоже соскучилась…» - пришло от Арины так неожиданно, что Серебров радостно рассмеялся, чем озадачил сына, который без умолку болтал сам с собой на тему, которая близка всем детям - какие сладости можно выбрать сегодня.    

«Я тоже по тебе, родная… Очень соскучился», - ответил Ян и, подхватив Кирилла на руки, закружил под удивлёнными взглядами посетителей.      

Два дня, что они провели в доме, пролетели быстро. Наутро Серебров собирался возвращаться обратно в город, однако сейчас, когда они с сыном лежали в обнимку на широком диване гостиной, где весело потрескивали поленья в камине, и читали по десятому кругу книгу, прихваченную с собой Киром, Яну не хотелось, чтобы эти мгновения заканчивались.    

Ему было спокойно. Настолько, насколько могло быть в создавшейся ситуации. И насколько могло быть перед тем, как предстояло вернуться туда, где  пока имелось слишком много неразрешённых проблем.     

Вика его не донимала - он просто отправил её номер в чёрный список, пожалев, что не сделал этого раньше. Родители тоже молчали, очевидно, решив дать ему возможность хоть немного передохнуть.    

Почти всё время, что Ян провёл с сыном на даче, они занимались тем, что разукрашивали одну из стен небольшой комнаты на втором этаже. Делали это совершенно дилетантски, но от души. Выбрали нейтральные цвета, потому что пока ещё не знали, кто родится совсем скоро - мальчик или девочка. Просто погрузились в работу, перемежая её прогулками, совместной готовкой еды и просмотром мультиков. Получалось, вроде бы, неплохо. А эта «незаконная и несогласованная» с хозяином переделка словно бы говорила - этот дом рано или поздно будет вашим. Так зачем отказывать себе в таких мелочах?    

- Пап… а я уже домой хочу. Мама сказала, что мы с тобой её скоро заберём, - зевнув, сказал сын, давая тем самым понять, что сеанс чтения окончен.     

Ян отложил книгу и подоткнул одеяло сына. Кирилл уже пребывал в полусне, потому и ночевать было решено так же, как и в предыдущие разы - в просторной гостиной, на широком диване, в обнимку.    

- Заберём, конечно же. И сделаем всё, чтобы она больше ни в какие больницы не попадала.    

Сын кивнул и мгновенно заснул, Серебров же осторожно поднялся с дивана, чтобы разворошить угли в камине.    

Телефон в кармане тихо пиликнул, возвещая о каком-то сообщении. Ян вынул мобильный и растянул губы в улыбке, едва взглянул на экран. Результат теста ДНК был готов, можно было ознакомиться с ним уже завтра.

И Серебров не сомневался, что его ждут отличные новости.