Часть 12

- Ян Владленович, вот результаты исследования сданного материала. Вероятность того, что вы - отец ребёнка, - молодой парень в очках сделал паузу, как в самых дурацких передачах, пачками выходящих на экраны российских каналов, - ноль процентов. К вам он отношения не имеет.      

Серебров прикрыл глаза и почувствовал, как уши заложило тишиной. Она окутывала, становясь чем-то вроде кокона, в котором было безопасно. Всё. Теперь точно всё - с Викой будет покончено раз и навсегда.     

- Спасибо, - просто ответил он, взглянув мельком на бумаги, протянутые сотрудником лаборатории.     

Первым делом захотелось позвонить Арине. Сообщить ей, что его самая большая ошибка в жизни - в прошлом. Но он предпочитал поговорить об этом назавтра, тет-а-тет, когда заберёт жену из клиники и они просто сядут вдвоём на их кухне и обсудят всё случившееся. Если, конечно, Арина захочет его выслушать. Впрочем, сейчас он верил, что именно так всё и будет. А дальше… дальше их ждала спокойная, размеренная семейная жизнь. В которой больше не будет никаких бывших, в которой он сделает всё, чтобы вернуть то хрупкое и бесценное, что он растоптал - доверие Арины.     

Выйдя на улицу, Ян некоторое время постоял, глядя кругом себя. Даже краски какие-то новые в окружающей картине мира появились. Может, это было лишь плодом фантазии Сереброва, но ему казалось, что и солнце теперь светит ярче, и небо приобрело какой-то своеобразный оттенок. Наверное, это были краски абсолютной свободы.   

Правда, впереди его ждала заключительная часть этого марлезонского балета. Самая неприятная, но через которую всё же придётся пройти.   

Вытащив из кармана телефон, Ян позвонил отцу. Для финальной сцены в главе, связанной с Викой, ему требовался ещё и Серебров-старший.       

Когда они с отцом встретились, Ян только и смог, что сделать рваный вдох. Казалось, за те два дня, что не виделись, Владлен Борисович постарел на десяток лет. Под его глазами залегли тёмные круги, лицо приобрело пепельный оттенок. Краше в гроб кладут.     

Тут же внутри Яна когтями полоснула злость. На женщину, что как раковая опухоль, проникла в их семью, в их жизни и успела пустить в них свои зловонные метастазы.     

- Пап… всё в порядке? - спросил отца Серебров, на что тот сначала лишь покачал головой, но, тут же взяв себя в руки, ответил преувеличенно бодрым голосом:    

- Уже лучше. А как с этой побеседуем, наверное, вообще отпустит.    

Он пожал плечами, как бы говоря, что терять время на разговоры об этом не стоит, после чего деловито спросил:    

- Ну? Каков план?     

Ян посмотрел на отца с сомнением, но всё же протянул руку и попросил:    

- Дай телефон. Позвоню Вике и скажу, что сейчас к ней подъеду.    

- А я?    

- И ты со мной. Хочу, чтобы о том, что стряслось с Марком, мы узнали вместе.     

Отец кивнул и, выудив сотовый из кармана, передал его Яну. Серебров прислушался к себе. Сердце стучало размеренно и спокойно, словно сейчас, в этот момент, всё происходило именно так, как нужно.   

- Владлен Борисович! Слава богу, вы наконец откликнулись! - буквально выкрикнула в трубку Вика, не прозвучало и пары гудков. - Я не могу дозвониться до Яна. А мне нужно срочно с ним поговорить.    

- Вот и отлично. Мне тоже очень нужно с тобой поговорить, - как можно спокойнее откликнулся Серебров.    

Плюснова замолчала. Тишина в трубке показалась звенящей. Интересно, чего она ожидала? Что Ян будет от неё бегать? Тогда зачем так жаждала встретиться с его отцом?    

- Ян… - выдохнула Вика, и Серебров быстро проговорил:    

- Через полчаса буду у тебя. И да - мы обязательно обо всём поговорим.    

Не дожидаясь ответа, он сбросил звонок и кивнул отцу в сторону припаркованной машины, давая понять, что им пора ехать.    

Кажется, Вика совсем не предвидела того, что Владлен Борисович прибудет тоже, и Ян не мог пока понять, чего именно ожидать от Плюсновой. С самой первой секунды, едва она открыла им дверь, Серебров ощутил напряжение. Оно разлилось по всему телу, превратив его в натянутую струну. И он, и его отец должны были быть готовыми ко всему, потому что с первого взгляда, который он бросил на Вику, стало понятно - она что-то наверняка затеяла.    

- Как хорошо, что вы приехали тоже, Владлен Борисович! - захлопотала Плюснова, подавая тапочки его отцу. Скосила взгляд на папку с бумагами, которую держал Ян, продолжила тараторить: - Вы с внуком познакомитесь, а нам с сыном вашим нужно кое-что обсудить.     

Вика говорила быстро, сбивчиво, лихорадочно. С одной стороны, казалось, что она осознаёт всю патовость ситуации, с другой - Ян уже ни черта не мог понять, в каком состоянии она находится на самом деле, и что выдаст в следующий момент.    

Кивнув на вопросительный взгляд отца, который был поставлен в курс того, что этот малыш ни к Яну, ни к его семье не имеет никакого отношения, Серебров позволил Вике увести Владлена Борисовича к ребёнку, а сам направился на кухню. Где и устроился за столом, на который положил документы из лаборатории.    

Плюснова присоединилась к нему минут через пять. О чём говорила в этот момент с его отцом - он не знал. Но подозревал, что это были какие-нибудь сюсюкания из разряда - смотрите, какой хорошенький у вас внук. Однако, она ведь прекрасно отдавала себе отчёт в том, что пустышка маленького Яна пропала совсем не просто так. Или желание «убить» Вику у Сереброва должно было возникнуть из-за чего-то другого?    

- Ты будешь чай? Может, кофе? Я свежий заварила. Вкусный, кстати, очень. Мне подружка из Бразилии привезла. Знаешь, у нас такого кофе нет, и… - начала болтать Вика, едва вошла на кухню.    

Пришлось её прервать:    

- Мы приехали не чаи распивать. Сядь и ознакомься с теми документами, которые я привёз, - твёрдо сказал Ян.      

Не имейся в наличии тот диск, что сейчас лежал в кармане пиджака Сереброва, он, пожалуй, просто бы кинул все результаты в почтовый ящик Вики и посчитал бы это точкой в их отношениях. Но ему нужно было видеть эту дрянь воочию, когда они заговорят о Марке.  

- Позже, - неожиданно жёстко ответила Плюснова, устраиваясь напротив.      

Из радушной, якобы застигнутой врасплох хозяйки она во мгновение ока превратилась в ту женщину, которая откровенно пугала. Краски схлынули с лица, сделав его мертвенно-бледным, тёмные глаза почернели настолько, что показались двумя бездонными колодцами.     

- Я подозреваю, что нашего с тобой ребёнка подменили в роддоме, - чётко и раздельно проговорила Вика, и у Яна брови взметнулись к линии волос на лбу.     

Что-о-о?     

- Да! Я сейчас смотрю - он не похож ни на меня, ни на тебя. И сначала чувства были к нему, а теперь… Теперь как будто не мой. Не наш. А я потом проанализировала и поняла - какое-то время после родов я как будто бы в отключке была. Вот тогда детей и подменили. Ох, Ян! Я держусь из последних сил… Только ты можешь мне помочь!       

Серебров ожидал услышать что угодно, но только не это. Хитрая тварь… Так вот как она собиралась тянуть время и выкручиваться? Наверняка спланировала вовлечь его в поиски несчастного малыша, которого по ошибке забрала другая семья.      

Ян запрокинул голову и расхохотался. Теперь документы, которые самому Сереброву казались гарантией того, что Вика наконец исчезнет из его жизни, были просто никчёмными бумажками.   

- Хм. Вот как? Хорошо… Мы обязательно устроим расследование по этому поводу, - притворно-размеренно сказал, наконец, Ян. - Знаешь, владелец этой клиники - мой хороший приятель. Поднимем все записи - я видел, что в коридорах стоят камеры. Думаю, выяснить всё не составит труда.     

Вика дёрнулась, как будто он с размаху её ударил. Губы задрожали, она с силой закусила нижнюю. На лбу Плюсновой выступила испарина, а Яну снова стало не по себе. Перед ним сидела женщина, в глазах которой отчётливо виднелось безумие. И, кажется, они с отцом сегодня могли столкнуться с тем, чего никак не ожидали. Впрочем, отступать Серебров не собирался.     

- К этому вопросу вернёмся позже. Сейчас у меня есть ещё одна тема, на которую я хотел бы поговорить.   

Он поднялся из-за стола и направился в детскую. Вика тут же поспешила за ним. Войдя в комнату, Ян кивнул отцу, сидящему в кресле, - на его руках спал ребёнок. Серебров-старший тут же поднялся на ноги и устроил малыша в кроватке. Сам отошёл и встал чуть в стороне, заложив руки за спину.    

Плюснова осталась стоять в дверях, как будто тем самым давала понять - она ищет пути отступления. На лице Вики отражалось непонимание. Похоже, пропажа диска станет для неё новостью. И точно, стоило только Яну направиться к полке, где лежала видеотека Плюсновой, как та дёрнулась в его сторону, но после некоторого колебания осталась на месте.     

Серебров хмыкнул - коробок с дисками на месте не оказалось. Предусмотрительная дрянь, пусть и запоздало, но всё же сообразила спрятать их. Вот только не учла кое-чего важного.    

- Здесь были «сидюхи», - сказал Ян, кивая на полку. - Куда ты их убрала?     

Он внимательно, даже цепко, смотрел за реакцией Вики. Она побледнела ещё сильнее, тонкая рука взметнулась к горлу, словно Плюсновой резко перестало хватать воздуха в лёгких.    

- «Сидюхи»? Какие «сидюхи», Ян? - сделала вид, что не понимает, Вика.     

- Диски. Они лежали у тебя здесь. - Он указал на полку. - Один из них я даже взял. Посмотрел. Интересное кино ты у себя дома хранишь.     

Он вытащил из кармана диск и продемонстрировал Плюсновой, и совсем не ждал того, что произошло следом. Вика застонала, словно раненый зверь, бросилась к ящику комода. Судорожно вытащила его и, схватив дрожащими руками ту самую коробку с надписью Марк, с третьей попытки открыла её.     

Такого ужаса, который проступил на её лице, он не видел никогда в жизни. Все черты исказились, превратились сначала в жуткую маску, а потом - в уродливую.     

Злоба, дикая, безудержная, идущая, казалось, из самого адова пекла, проступила на лице Вики и она, бросившись на Яна, закричала:     

- Что ты наделал, сволочь? Что ты сделал?!    

Плюснова колотила его по груди, рукам, лицу. Пыталась добраться до глаз скрюченными пальцами, выцарапать их. А Ян настолько опешил, что вообще не сразу понял, что случилось. Вика кричала, ей вторил проснувшийся ребёнок. Отец подскочил и попытался отпихнуть Плюснову, на что тоже получил пару оплеух.     

И в этот момент Сереброва прорвало. Всё, что копилось в нём с момента, когда он начал узнавать об этой дряни то, что было скрыто под покровом прошедших лет, выплеснулось наружу. Схватив Вику за волосы, он отбросил её от себя. Она упала, ударившись о подлокотник и, жалобно ойкнув, попыталась подняться. Пришлось вздёрнуть её наверх, пихнуть в кресло и, нависнув сверху, процедить:       

- Сиди смирно, тварь! Иначе я тебя просто грохну!     

Он сомкнул пальцы на её подбородке и с силой сжал. Вика смотрела на Яна испуганно, из взбесившейся ведьмы враз превратившись в кроткую дрожащую овечку.    

- Ты сейчас расскажешь нам всё. Всё, что случилось тогда с Марком и к чему ты приложила руку. А потом засунешь поглубже свои сказки о подменённых детях и исчезнешь навсегда. Желательно - из города. А если останешься и опять появишься рядом, я сделаю твоего ребёнка сиротой. Сяду, отмотаю срок, но тебя убью, ты поняла?      

Она молчала, лишь только смотрела на Сереброва так, что он стал опасаться, как бы Викины глаза не выпали из орбит.     

- Ты поняла?! - рявкнул Ян, и Плюснова поспешно закивала.     

Едва он отошёл, как Вика подтянула колени к подбородку и, уткнувшись в них лицом, стала раскачиваться и тихонько подвывать. Этот звук совпадал с горьким протяжным плачем-стоном несчастного малыша, что голосил в своей кроватке.    

Первым не выдержал Владлен. Взяв сына Вики на руки, принялся его укачивать. А Плюснова вдруг заговорила. Тихо, вроде бы даже спокойно. Выдавая тем самым долбаную психопатку, способную с лёгкостью впадать то в одно состояние, то в другое.  

- Я тогда с Володькой Кареглазовым связалась. Помнишь такого? - начала Вика, подняв голову и посмотрев прямо в глаза Яна.    

Тот кивнул.    

- Он всякой дрянью интересной промышлял. А я вроде как ему помогала. Сама пробовала, но вроде без восторгов. А тут денег получить можно было прилично. Я же всегда до тебя не дотягивала, даже финансово. - Она невесело хмыкнула и отвела взгляд. - А без тебя мне край был. Жить не хотела. Влюбилась, как кошка. Брат твой тоже на меня посматривал, я замечала. Особенно когда ночевать стала оставаться у вас - пожирал глазами, когда видел то в шортах, то в ночнушке. Я его ради прикола даже поцеловать раз хотела - так он так отпрянул, как будто я ему в лицо калёным железом ткнула. Оно и понятно - тебя обожал, и даже мысль, что его научит девушка брата целоваться, была ему противна.    

Ян сглотнул. Боль, горечь, сожаление… всё это поднималось изнутри, скручивало внутренности в тугие узлы.     

- Дальше давай, - хрипло велел Серебров.     

- А дальше я всё сильнее увязала в делах с Кареглазовым. А он - хотел большего. Предложил Марка втянуть. Ну как втянуть - записать видео, как твой брат со мной развлекается, а потом с него денег спросить за то, чтобы это не пошло дальше.     

Ян сжал руки в кулаки. Помоги ему небо сдержаться и не сделать непоправимое!     

- А я знала, что Марк никогда на это сам не пойдет. Ну и… пришлось применить пару приемов.     

- Замолчи!     

Серебров растер лицо ладонью сверху-вниз. Всё это звучало жутко… Всё это было каким-то кошмаром, о котором они с отцом узнали слишком поздно. Марк… их Марк… Сколько же всего он пережил! И всё из-за твари Плюсновой.      

Ян уже примерно мог себе представить, что было дальше. Они переспали, у его брата не хватило совести пойти к родителям за деньгами. И тогда он решил, что всё можно исправить гораздо легче и быстрее.    

- Продолжай, - снова сказал он.   

- Марк ничего не помнил о нашей ночи. Пришёл в ужас от того, что сделал. Хотел всё рассказать тебе. Пришлось показать видео и пригрозить, что оно станет достоянием его друзей. Я не хотела этого делать, Ян! - вдруг взмолилась Вика и, вскочив, бросилась к нему.     

Серебров отпихнул её от себя скорее инстинктивно. С силой, от которой Плюснова пролетела добрых пару метров и снова упала. Некоторое время лежала без движения, и Ян грешным делом подумал, что он её прибил. Внутри разлилось облегчение и удовлетворение. Но Вику, видимо, так просто было не прикончить.  Она снова села, обхватила колени руками и продолжила раскачиваться.    

- Я и вправду не хотела этого делать. Но Вова заставил. Тогда я была уже очень повязана в его делах.    

- Мне это неинтересно, - отрезал Серебров. - Что было дальше с Марком?    

Плюснова замерла. Ян с отцом переглянулись. На лице Владлена был написан ужас, щедро смешанный с оторопью.    

- Дальше он сказал, что ты должен знать. Что мы должны признаться. Я ответила, что и в этом случае мне придётся отдать диск нужным людям. Тогда он стал тебе названивать, а потом… потом полез на крышу. Я пыталась его остановить… Я была там, чтобы его остановить! Не думала, что всё зайдёт так далеко. Я не думала-а-а-а, - она завыла, и в этом звуке не было притворства. Вот только Сереброву было плевать. Даже если Вика сейчас страдала не напоказ - ему было на это плевать!    

- Оказалось, что меня тоже видели. Как я поднялась следом за твоим братом. Твоему отцу я сказала, что Марку захотелось адреналина, а я делала всё, чтобы его удержать. И что тебе об этом знать не нужно… ну, что я там была. Чтобы ты не винил себя в том, что не смог его остановить. Дело замяли, а я решила искупить свою вину. Быть с тобой. Поддержать любимого человека.    

Охренеть! У Сереброва волосы на затылке шевелились от того, что он слышал. Вика во всём этом ещё и пожертвовала собой, искупая вину! Твою мать…    

- А потом я попала в ад… Он мне снился постоянно. Марк. Он доводил меня до сумасшествия. Как я продержалась шесть лет, не знаю. Он приходил каждую чёртову ночь! Угрожал, умолял, давил… Я боялась. Боялась, что попаду, как сообщница Володи. Его как раз тогда забрали. Боялась, что ты узнаешь от отца то, что я была с Марком на крыше. Что начнёшь копаться. И я ушла.       

Можно было и не слушать дальше, ведь главное Вика озвучила. Но всё равно оба стояли, не шелохнувшись, пока Плюснова переводила дыхание. Серебров же мысленно прикидывал, что делать дальше. Одно дело - оставить Вику наедине с собой и уйти, рассчитывая, что они больше никогда не увидятся, и совсем другое - знать, что с ней остался ни в чём не повинный ребёнок. Мама которого, кажется, уже давно слетела с катушек.     

- Последующие несколько лет всё было прекрасно. Я пришла в себя, хотя и продолжала следить за тобой в соц.сетях. Но мне тогда даже удалось увериться, что всё так, как должно быть. Пока Марк не начал сниться мне снова. Тогда я решила, что он, наверное, просто хочет снова родиться на Земле. И я могу ему в этом помочь.       

Глаза Сереброва округлились, Владлен сделал хриплый вдох. Ян достал из кармана мобильный и быстро набрал сообщение:    

«Срочно приезжай к Вике. У неё крыша совсем поехала».    

Отправив его Ромину, Серебров выключил звук на телефоне, чтобы не сбивать Плюснову с мысли. И вовремя - на экране высветился входящий вызов от Марка. Потом ещё один и ещё.    

«Буду через десять минут», - прочитал Ян следом.    

- Тогда вы начали заниматься этим вопросом с Роминым, так? - спросил Серебров, и Вика вновь вскинула голову и посмотрела на него.    

- Да. Но у нас ничего не получалось. Я сходила с ума от безысходности. Я хотела родить этого ребёнка любой ценой. А потом мне пришла в голову мысль, что ты можешь стать отцом для Марка. Так было правильнее всего.        

Чего стоило Яну делать вид, что он не испытывает желания сорваться и бежать куда подальше, знали только небеса. Мысленно подгоняя Ромина ехать быстрее, он спросил:  

- Всё это было подстроено? Ты намеренно вышла на меня?    

- Да. Но я знала - ты будешь мне только благодарен. Потом, когда родится наш малыш.    

- Твой ребёнок зачат не от меня, - кивнул он на отца, на руках которого спал сын Вики. Или не Вики, один чёрт. - Я сделал тест ДНК.    

- Я же говорила… Его подменили!    

Она вскочила и вновь бросилась к Сереброву. Схватила его за одежду, вцепилась так, что ткань треснула под пальцами.    

- Нашего Марка подменили! Нам нужно срочно его вернуть! Слышишь? Нашего с тобой Марка у нас забрали!     

Она снова входила в состоянии ажитации, вот только теперь Яну совсем не хотелось ни отпихивать её, ни угрожать. Был лишь один выход - отправить Плюснову туда, где ей самое место. В психушку.    

- Мы его найдём, - спокойно сказал Серебров, отцепляя от себя Вику. - Отыщем, обещаю.    

Она с облегчением выдохнула, а мгновением позже раздался звонок в дверь, тут же переходящий в требовательный стук.