Часть 13

- Везёт тебе, - без тени негатива в голосе сказала Женя, грызущая яблоко. - А мне здесь куковать до самых родов.      

Я осматривала палату на предмет забытых вещей, рассеянно кивая на болтовню соседки. Ликование от того, что вот-вот окажусь дома, было таким всеобъемлющим, что я погрузилась в это чувство с головой. Давно мне не было так хорошо и спокойно. Я даже поверила в то, что все волнения позади и теперь меня ждут исключительно безоблачные времена. Мысленно пообещала себе выполнять все инструкции врачей, даже те, которые на первый взгляд звучали глупо, лишь бы только не оказаться здесь снова.     

Хотя, это был слишком оптимистический прогноз, ибо доктора, все, как один, заверили меня, что на сохранении мне ещё придётся полежать не раз. И это были не угрозы, а реальное положение дел.    

- Ты это… со своим строгой такой не будь. Ну ошибся раз мужик… Но не сунул же свой хвостик под чужую кобылью задницу.   

Я не сдержалась и расхохоталась. Женя умела подобрать такие эпитеты, от которых мгновенно рисовались картинки в воображении и хотелось смеяться до колик.    

- Не сунул, надеюсь, - успокоившись, сказала я и, присев на край больничной кровати, вздохнула. - Ну и пока не хочу про это всё думать. Как будто его дурацкая Вика осталась в прошлой жизни.    

- А вот это правильно. Правильно, да, - закивала Женя, приподнявшись на локте. - Пусть эта кобылица на другие пастбища скачет. Нечего ей возле тебя делать.    

Мы снова рассмеялись, но от продолжения беседы о резвости парнокопытных нас отвлёк деликатный стук в дверь. Через мгновение после разрешения войти в проёме появился сначала букет разноцветных гипсофил, а затем - Ян Серебров собственной персоной.   

- Привет, - поздоровался он с нами обеими, входя в палату и вручая мне цветы. - Готова?    

Я не смогла сдержать улыбки, увидев которую, Женя понимающе хмыкнула.     

- Готова. Документы все уже оформила. Вот, тебя жду.    

- Дождалась, - расплылся в радостной ответной улыбке муж и, подхватив сумки, распахнул передо мной дверь.    

- Пока-пока, - махнула я Жене на прощание и помахав соседке, которая мне подмигнула, вышла в коридор.   

Дома меня ждал самый настоящий сюрприз. Если уж так меня встречали с сохранения, то что же планировалось, когда мы с малышом выпишемся из роддома? Впрочем, об этом задумываться было рано - сейчас я наслаждалась тем, что оказалась в родных стенах, где были лишь самые близкие люди.    

Кир, сияющий от радости и восторга, заготовивший мне целую гору открыток, свёкор и свекровь, суетящиеся вокруг меня так усиленно, что я даже почувствовала себя едва ли не сказочной принцессой. И Ян, выглядевший одновременно озабоченно и расслабленно.     

Я успела сходить в душ и собиралась распаковать сумки, когда оказалось, что у моей семьи на остаток этого дня свои планы.    

- И куда это вы собираетесь? - нахмурившись, спросила я у родителей Яна и Кирилла, когда вышла из ванной и обнаружила всю троицу одевающейся в прихожей.     

- Ой, доченька… а мы к нам поедем на ночёвку. А завтра Кирюшу из садика заберём и вечером привезём. А ты отдыхай, сил набирайся, - сказала Марина Алексеевна и бросила на Яна быстрый взгляд.    

Понятно, значит, семейство что-то задумало. Впрочем, я не была против. Разве что предпочла бы провести побольше времени с Кириллом. Однако он, кажется, тоже не страдал от того, что мы расстаёмся ещё на сутки.     

- Ладно, - согласилась я и, притянув сына к себе, чмокнула его в щёку. - Но как вернёшься, будем с тобой три дня валяться, смотреть мультики и есть всякую вкусную вреднятину. Идёт?   

- Идёт, мамочка, - обрадовался Кирилл. И тут же посерьёзнел. - А сейчас уступлю папе место. У него сюрприз.     

Раздался тяжёлый вдох Сереброва. Кир приложил ладошку ко рту, забавно округлил глаза и они втроём отбыли из квартиры, пообещав позвонить, когда доберутся до дома.     

Я повернулась к мужу и почувствовала себя так, словно вернулась обратно на десять лет. В те дни, когда мы только познакомились и присматривались друг к другу. Это будоражило и волновало, но одновременно пугало. Довольно странным было понимать, что после внушительного срока совместной жизни можно было испытывать такие чувства.    

- Сейчас привезут ужин. Я заказал из твоего любимого ресторана. Обещали доставить всё в том виде, в котором подают гостям у себя, - взъерошив волосы пятернёй, что выдавало его волнение, сказал Серебров. - А сейчас - постельный режим.     

Он легко подхватил меня на руки, после чего направился в нашу спальню, где уложил в кровать и накрыл одеялом.  Сам же принялся споро разбирать мои вещи.     

- Я не больна, Серебров, - покачала головой, наблюдая за мужем и устраиваясь удобнее. - Врачи не запрещали мне двигаться.    

- Я и не говорю, что ты больна, - пожал Ян плечами, на удивление быстро и без лишних вопросов распределяя привезённые из больницы одежду. Часть в шкаф, часть - в стирку. - Просто отдыхай. О! Еду привезли, - сказал он и, закинув сумку на нижнюю полку, пошёл открывать курьеру.    

Мне нравилось то, что происходило. И хотя я понимала, что рано или поздно вопросы, которые мы так и не решили, вновь окажутся на поверхности, сейчас мне хотелось насладиться тем, что приготовил для меня Серебров.     

Он вернулся обратно и начал сервировать для нас ужин. Причём делал это тоже быстро, но размеренно, со знанием дела. Чудеса! Не то чтобы до моего попадания в больницу муж был бытовым инвалидом, отнюдь. Но то, что он «прокачал» свои навыки за время моего отсутствия - определённо.    

- Что? - спросил Ян, заметив мою улыбку, с которой я на него смотрела.    

Я помотала головой, но сдержать тихий смех не удалось.    

- Ничего. Давай уже… корми меня. Страшно проголодалась.       

За годы совместной жизни я успела изучить мужа достаточно для того, чтобы понять - его что-то гложет. И он пытается это всеми силами скрыть. Несмотря на то, что мы с ним болтали во время ужина обо всякой ерунде, что должно было располагать только к расслабленности, я видела, насколько Ян напряжён.  

Отложив тарелку и отставив бокал с недопитым гранатовым соком, я осторожно поинтересовалась:    

- Ты ведь родителей и Кирилла из дома не просто так отправил?     

Спросила, а у самой сердце быстрее застучало. Интуиция подсказывала, что за время моего отсутствия наверняка что-то напроисходило. И я прекрасно понимала, с кем именно связаны те события, что сейчас угнетали Яна.     

Он поджал губы и, убрав тарелку, еды на которой оставалось с избытком, ответил:    

- Я бы не стал тебе ничего говорить, чтобы не волновать, но…    

- Но давай обойдёмся без этого, - перебила мужа я. - Если мы хотим, чтобы наши отношения в итоге наладились, то уже давно пора понять - ничего, кроме правды, я от тебя не жду.     

Как бы ни уговаривала себя быть спокойной, не могла оставаться безэмоциональной в этот момент. Особенно от выражения лица Сереброва, который сначала посмотрел на меня с неверием, словно опасался, что я после ужина прогоню его прочь, а затем - с явным облегчением.    

- Или ты хочешь сказать мне, что всё же решил уйти к другой? - со смешком спросила я в шутку, надеясь, что это хоть немного разрядит обстановку.    

Правда, добилась прямо противоположного эффекта. Ян почернел лицом и, замотав головой, горячо заверил:    

- Никогда!     

Он сделал глубокий вдох и, устроившись возле кровати по-турецки лицом ко мне, сцепил перед собой руки в замок и, глядя на них, начал рассказывать. Сначала осторожно, словно подбирая слова, затем - всё более распаляясь по мере того, как его повествование подходило к пиковым точкам. А я сидела, приоткрыв рот от удивления, и ощущала, как меня бросает то в жар, то в холод. Будто прямо сейчас я каталась на американских горках безо всякой страховки.    

Роды Вики, тест ДНК, показавший, что к ребёнку Ян не имеет никакого отношения. История из прошлого, в которой пострадал брат Сереброва. Всё это было похоже на сценарий какого-то фильма, настолько отличающийся от моей привычной жизни, что казалось, будто рассказанное не имеет никакого отношения ни ко мне, ни к людям, которые были рядом и которых я любила. К Яну, к свёкрам…    

Когда Серебров замолчал, у меня внутри появилось царапающее чувство. Нет, я прекрасно понимала, что меня не ставили в курс событий исключительно потому, что я нуждалась лишь в покое. Но и представлять, как Ян ездит к Вике, как изгаляется, чтобы добыть доказательство его неотцовства… Пожалуй, это было слишком тревожно даже сейчас, когда всё оказалось позади.     

- Я до сих пор себя корю за то, что не был тогда с Марком, - сказал Серебров, и в уголках его глаз появились слёзы, которые он быстро и даже как-то зло смахнул.     

- В этом нет твоей вины, - покачала я головой. - Ты не виноват в том, что связался с такой дрянью. Не виноват, что доверял ей, пока она творила за твоей спиной такие вещи.     

- Если бы я знал тогда обо всём, этой ситуации, из-за которой я едва тебя не потерял, не случилось бы. - Серебров подался ко мне, схватил за руки и с силой сжал их. - Я ведь тебя не потерял? - с жаром спросил он, и во взгляде его появились лихорадочные оттенки.     

- Не потерял, - заверила я мужа. - Но если вдруг окажется, что ты не забрал своих головастиков и от тебя вот-вот залетит целый штат твоих бывших….    

Я нервно рассмеялась при виде того, каким сделалось лицо мужа. Сначала на нём появился ужас. Затем - всё то же выражение лихорадочного жара.     

- Юрист уже решил этот вопрос, - ответил он. - Больше никаких бывших и детей от них.     

Я смотрела на Сереброва и видела бесконечно уставшего, измотанного человека. Он сам с лихвой наказал себя за то, что сделал с нашей семьёй. Я понимала, чего ему стоило окунуться в то прошлое, которое он считал похороненным, но которое нанесло ему такие душевные раны, шрамы от которых не исчезнут никогда. И понимала также, что я не готова отказаться от нашей семьи. Представляла, как была бы счастлива Вика, если бы мы с Серебровым разбежались. Хотя, первопричиной сохранения моих отношений с Яном была, разумеется, вовсе не она.       

- Хорошо, - кивнула я и добавила: - А теперь давай просто поваляемся и посмотрим какую-нибудь комедию, - предложила мужу, на что он отреагировал с готовностью.    

Поднялся на ноги и устремился к телевизору. Несколько минут мы выбирали фильм, который впоследствии и включили. Я похлопала рядом с собой по кровати, давая понять, чтобы Ян устроился рядом. И когда он прилёг возле меня и осторожно обнял, я словно бы вернулась на несколько недель назад. Когда ещё не было обнаруженного договора, истории с Викой, того ужаса, который я пережила. Была лишь уверенность в том, что у нас впереди - безоблачные годы семейной жизни.    

И вот теперь эта уверенность потихоньку возвращалась.    

- Я тебя люблю, - сказал тихо Ян, крепче прижимая меня к себе.   

- И я тебя люблю, - откликнулась я и притворно-грозно добавила: - И давай уже спокойно посмотрим фильм.   

* * *

- Привет, - поздоровался с Марком Ян, немного опоздав на встречу.    

Сел напротив за столик, протянул Ромину папку с документами. После того, как Марк приехал к Вике, у них не было времени поговорить. Ромин просто остался с Плюсновой, а они с отцом отбыли домой. Продолжать и дальше то, от чего у Сереброва-старшего мог случиться сердечный приступ, сил не было. Однако обсудить всё напоследок с Марком стоило.    

- Ясно, как я и думал, - сказал Ромин, наскоро просмотрев результаты анализов ДНК.    

- Вы с ней об этом не говорили? - осторожно спросил Серебров, цепко глядя на Марка.    

Тот невесело усмехнулся.    

- Говорили. Но я пока не разобрался, где правда, где ложь в том, что Вика рассказывает.    

- Психиатру показывал?    

- Ещё бы. Пока диагноза никакого точного нет, но попахивает параноидальной шизофренией.    

Ян кивнул. Они с Роминым помолчали. У Сереброва было нехорошее чувство, которое ему решительно не нравилось. Он злился. На то, что Вика не получает по заслугам прямо сейчас, например, будучи закрытой в психушке. И на то, что рядом с ней тот человек, который пострадал от Плюсновой в прошлом. Однако для них с Ариной, да и вообще для всей семьи Яна, это было наиболее комфортным решением.  

- Давай вкратце расскажу о том, что нам с отцом поведала Плюснова, - предложил Серебров, и Ромин кивнул.     

Он подал знак официанту, чтобы их бокалы наполнили. Правильно, без порции жидкого наркоза здесь было не обойтись.    

Как только заказ был выполнен, Ян сначала неспешно, подбирая слова, а потом всё более распаляясь, принялся рассказывать Марку всё, не упуская ни единой детали. Ромин слушал молча, не перебивая. Лишь только мрачнел лицом с каждой озвученной фразой.      

- Если Плюснову не закроешь в какой-нибудь клинике, мне придётся поискать способы это сделать, - под конец речи сказал Серебров, допивая свою порцию. - Это не угроза, не думай. Я просто не позволю ей в дальнейшем сделать что-то моей семье, когда ей в очередной раз взбредёт в голову сверх-идея реинкарнации какого-нибудь человека.     

Ян невесело усмехнулся. Звучало жутковато. Особенно в сочетании с пониманием, что Вика и впрямь может учудить что-то такое, от чего пострадают его близкие. Кирилл, например. Или Арина. А может и вообще их ребёнок, о котором Плюснова пока не знала.       

- Я ищу сейчас спецов. А пока она под присмотром. С ней сиделка, так что за этот момент можешь не беспокоиться.      

Серебров кивнул. На этом, пожалуй, можно было заканчивать разговор и расходиться. Желательно, навсегда. И всё же кое-что его волновало.    

- Слушай, а ты больше ничего из прошлого не нарыл? Меня кое-что тревожит, - сказал Ян, планируя расставить все точки над «i».    

- Какой? - нахмурился Марк.    

- Отец сказал, что Вика могла столкнуть моего брата. И мол, об этом ему поведал ты. Плюснова заверяет, что хотела его остановить, а шагнул с крыши он сам. Ты что-то об этом знаешь?     

Ян снова вцепился в лицо Ромина взглядом, но, кажется, ничего особенного «прочесть» не мог. Марк лишь хмурил брови и смотрел на Сереброва в ответ.     

- Я предположил, что Вика посодействовала твоему брату в том, чтобы он упал, потому что анализировал её поведение в тот момент, когда мы с ней только стали встречаться. Она была напугана, постоянно говорила о том, что у неё могут быть проблемы. Тогда я не придал этому значения, думал, что она преувеличивает, ну, знаешь, как бабы часто делают. Теперь понятно, что произошло. Наличие рядом драг-диллера стало для меня сюрпризом, - мрачно прибавил Марк.      

Серебров откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. Правды, похоже, ему было не добиться. Да и стоило ли тратить на это время? Брата было не вернуть. Плюснову - не наказать. Оставалось лишь надеяться, что Ромин сдержит слово и закроет Вику в психушке на ближайшие несколько лет. А лучше - пожизненно.     

- Ладно. Мне домой нужно. Если будет необходимость использовать то, что в этой папке - у тебя есть моё полное разрешение на это, - сказал Серебров, поднимаясь из-за стола.    

- Окей, - кивнул Ромин и прежде, чем они распрощались, добавил: - Но не думаю, что до этого дело дойдёт.    

- Посмотрим, - просто ответил Ян, после чего, пожав руку Марку, вышел из кафе, даже не представляя, что встреча с Плюсновой ждёт его в самом обозримом будущем.