Глава 7

Глава 7

Следующая ночь тоже прошла для меня вполне спокойно, и все потому, что мужчины уехали из Твердыни по своим делам. Из разговоров за обедом я поняла, что они решили осмотреть земли, дарованные МакГорнам королем, на которые у Эйнара и его деда оказались большие планы.

Можно сказать, грандиозные, и им не терпелось начать претворять их в жизнь.

Речь шла и о пастбищах, и о полях под пшеницу, и о разведении особой породы скакунов, о чем мечтал еще отец Эйнара, — именно об этом они судили и рядили в Обеденном Зале, после чего дружно собрались и отправились осматривать новые владения.

Вернуться они собирались ближе к ночи.

Заявив, чтобы я не волновалась, Эйнар поцеловал меня на глазах у всех. А я не успела увернуться, потому что попросту не ждала от него такой подлости. Но, почувствовав прикосновение губ, решила, что обязательно ему это припомню.

Зато народ встретил наш поцелуй с куда большим энтузиазмом, чем я, хотя, признаюсь, ничего неприятного я не почувствовала. Как раз наоборот…

Наконец, оторвавшись от моих губ, Эйнар с довольной улыбкой сказал, что мне стоит ложиться спать, не дожидаясь его возвращения. Но если я все же его дождусь, он будет рад. И весь Обеденный Зал — и Бешеный Вепрь, и вся их дружина — уставились в нашу сторону.

Ждали, что я скажу в ответ.

За нами следили — уверена, весь этот замок! — пытаясь понять, какие отношения нас связывают. Поэтому, вспомнив, что собиралась играть роль хорошей жены на публике, я вполне любезно заявила, что попробую его дождаться, и чтобы он был там поосторожнее. Ну, на своих новых землях…

Мои слова почему-то вызывали у Эйнара улыбку, а несколько человек в Обеденном Зале даже рассмеялись. И я растерялась — а что не так?! Что мне надо было ему пожелать? Чтобы он положил как можно больше врагов на пути к своим новым пастбищам?

Затем решила не брать в голову. Пусть делают что хотят, только возвращаются целыми и невредимыми, потому что от благополучия МакГорнов зависела не только моя судьба, но и моего сына. Да и с Эйнаром, несмотря на его упрямый характер, нас многое связывало, и я, признаюсь, даже успела к нему не только привыкнуть, но и по-своему привязаться.

Как оказалось, нас связывало слишком многое, и привязалась я очень даже сильно, правда, поняла я это далеко не сразу.

Но обо всем по порядку.

Наконец, мужчины уехали, а Робина, к моему величайшему облегчению и его величайшей печали, с собой не взяли. Поэтому я немного позанималась с ним магией и чтением — мы взялись за самые азы, — порадовавшись тому, что мальчик все схватывал на лету. Затем отпустила его побегать с друзьями — в замке нашлись такие же сорванцы его возраста, сыновья дружинников. Чуть позже Робина ждало вечернее занятие по фехтованию.

Я же решила выполнить обещание, которое дала Кайре еще утром, — отправилась навестить старую целительницу, чтобы склонить ее выбору ученицы.

Старая Тильда проживала на первом этаже Восточного Крыла, занимая несколько комнат. Именно там долгие годы — десятилетия, а может, и целое столетие, здесь уже никто не помнил, — Тильда принимала людей, приходивших к ней со своими бедами.

Именно там она варила брегг для целого клана МакГорнов.

Еще на подходе к ее комнатам, спускаясь за служанкой по крутой лестнице, я почувствовала горьковатый запах трав и магические вибрации, которые показались мне довольно интересными. О нет, они вовсе не походили на отголоски упорядоченных заклинаний, которыми могли бы гордиться выпускники Академий в разных концах нашего королевства! Магия у Тильды была хаотичной, стихийной, но при этом очень яркой.

Водный дар, решила я, как раз характерный для целителей. Очень сильный, и это означало, что от Старой Тильды можно было ожидать чего угодно. Быть может, поэтому ее здесь все побаивались?

Кинув взгляд на провожавшую меня до дверей молодую служанку, с каждым шагом по лестнице трясущуюся все сильнее и бледную настолько, что тут и до обморока недалеко, спросила у нее, что не так с пожилой целительницей. По слухам, той уже лет двести, неужели есть повод для опасений?

На это Сесиль — так звали девушку — призналась, что она боится, как бы старуха не вышла из своих комнат. Иногда Тильда все-таки покидает свои покои, наводя ужас на обитателей Твердыни. И все потому, что местная целительница обладала даром предсказаний, а Сесиль вовсе не хотелось узнать о своем будущем.

Целительница разбрасывается предсказаниями направо и налево, говоря всем подряд — даже тем, кто не желает этого слышать! — когда и кто умрет. И она еще ни разу не ошибалась.

Вот, ее отцу тоже предсказала смерть, когда однажды он пришел за лекарством для своей жены. Ее папа погиб от вражеской стрелы три года назад. А мама еще жива, Старая Тильда пообещала ей долгий век в окружении правнуков. Но Сесиль вовсе не хочет знать, кто именно родит маме правнуков — она или ее сестра…

Как можно жить, если знаешь, когда умрешь?!

Затем взглянула на меня жалобными глазами и спросила, может ли она уже идти. Я нерешительно кивнула, а девушка, пожелав леди МакГорн удачи, кинула на меня сочувственный взгляд, после чего бросилась к лестнице.

Сесиль ушла, а я осталась.

Постояв еще немного и уговорив себя, что одной из сильнейших магисс Ирдель — если, конечно, меня еще не выкинули из Ордена за вранье, — не пристало теряться перед дверью местной знахарки — даже если она предсказывает смерти всем подряд, — я все-таки взялась за проржавевшее кольцо.

Затем, прикусив верхнюю губу, стукнула в дверь два раза. В ответ раздался каркающий голос, который заглушил приступ кашля. Так и не поняв, разрешили мне зайти или приказали убираться к чертям, я распахнула дверь и шагнула внутрь.

И тут же оказалась в царстве теней, водной магии и свисающих с потолка пучков трав, издававших столь резкий аромат, что он даже заглушал дух старости, пыли и запустения, витавших в обители Старой Тильды.

Пусть я знала, что за стенами этой комнаты все еще светило солнце, но внутри царил полумрак, потому что окна оказались задернуты черными шторами. На пыльном столе, заставленном плошками с толчеными травяными смесями, горело несколько свечей, а под потолком мерцал слабый магический светлячок.

Внезапно откуда-то потянуло сквозняком, пучки трав под потолком зашевелились, и мне стало порядком не по себе. Настолько, что я непроизвольно усилила магическую защиту. Я, одна из сильнейших магисс Ордена Ирдель!..

— Есть здесь кто-нибудь? — пробормотала я срывающимся голосом, чувствуя себя полной дурой. Потому что здесь кто-то был — я чувствовала магические колебания, идущие от заваленной старьем кровати.

Но неожиданно мне захотелось, чтобы здесь никого не было, — тогда бы у меня появилась отличная причина развернуться и уйти, закрыв за собой дверь. Или же — еще лучше! — распахнуть портал и сбежать, сказав Кайре, что у меня ничего не получилось.

Я поговорю с целительницей в другой раз, потому что той не оказалось дома. Да-да, она ушла навевать страх и ужас на обитателей Твердыни…

Внезапно куча тряпья на кровати зашевелилась, покряхтывая и покашливая. Под ней оказалась старая женщина. Невысокого роста, сгорбленная, одетая во все черное, она со стоном села, затем, близоруко щурясь, принялась нащупывать свою клюку.

Нашла. Кое-как встала, затем, прихрамывая, двинулась в мою сторону.

Признаюсь, я с трудом подавила желание унести отсюда ноги, потому что старуха меня порядком пугала. Хаотические магические потоки вились вокруг нее слишком уж резво, травы над нашими головами шелестели, засыпая меня мелкой трухой, и я…

Я добавила еще себе защиты, но все-таки осталась на месте.

Наконец, Старая Тильда доковыляла и остановилась напротив меня. Седые космы свисали по обе стороны ее морщинистого лица, губы тряслись — я и не поняла, читала ли она молитвы или же бормотала проклятия.

— Значит, вот кто ко мне пожаловал! Новая хозяйка Твердыни! — прошелестела она, после чего закашлялась.

Кашляла старуха долго, мучительно. Пошатывалась, с трудом удерживаясь на ногах, и я поняла, что Тильда совсем слаба. Засобиралась было ей помочь, влить в нее свою магию, но остановилась, наткнувшись на ее острый взгляд.

— Хороша! — неожиданно заявила старуха. — Сильная магия и сильный дух… Ты родишь много сыновей МакГорнам!

Это было, скажем так, довольно-таки неожиданное замечание. Особенно после слов Сесиль, что предсказания Тильды всегда сбывались.

— Кто родит? — переспросила у нее растерянно. — Я рожу?!

Но на этом Старая Тильда не остановилась, продолжила вещать каркающим голосом:

— Но сперва ты родишь наследницу Твердыни. Ту, о чьей красоте будут слагать легенды… Ту, за сердце которой будут биться все сыновья окрестных кланов, пытаясь заслужить ее расположение…

— Что-то я в этом серьезно сомневаюсь! — пробормотала я в ответ. — Нет, не в том, что будут биться, а в том, что я вообще кого-то рожу…

С чего бы это, если сыворотки у меня больше нет?!

— А ты не сомневайся! — заявила мне старуха резко, и на миг мне показалось, что сейчас она приложит меня своей клюкой. Наверное, чтобы я перестала сомневаться. — Все твои проблемы исключительно от дурости. И сейчас же отправляйся в кровать к молодому МакГорну! Где это видано, чтобы жена и муж спали раздельно?!

Я вздохнула — похоже, слухи дошли даже до этой каморки. Просочились через щели, проползли по натянутым веревкам с засушенными травами и влились в уши Старой Тильды.

— Не могу я отправляться в кровать, — сказала ей. — Что мне там делать одной, если мой… гм… муж уехал осматривать свои бескрайние земли и бесчисленные стада?

Юмора старуха не оценила.

— И глупости свои выкини из головы, — добавила Тильда. — Как только ты очистишь голову, так сразу же понесешь. А девочку назови моим именем, очень сильная будет… Сильная магичка! Жаль только, не увижу я ее, не пережить мне этот год. И мальчишку своего береги… Сына береги, вот что я тебе скажу! Он всех нас и спасет.

Затем снова закашляла, а я продолжала стоять, раскрыв рот, не в состоянии понять, что это было — предсказание или же старческий бред.

Куда сильнее это тянуло на бред, но мне внезапно захотелось, чтобы оно оказалось тем самым предсказанием, которое обязательно исполнится. Чтобы Робин нас всех от чего-то спас — не зря же он всем так сильно понадобился! — после чего эти все от нас бы отстали. И чтобы я родила девочку, за которую будут биться все окрестные горцы, и еще много-много сыновей.

И если для этого мне придется не вылазить из кровати Эйнара МакГорна — ну что же, я готова из нее не вылезать, лишь бы только сработало!..

Но в глубине души я понимала, что ничего из этого не будет. Ничего не сработает, и дело вовсе не в моей дурости. Я бесплодна, от этого факта никуда уже не сбежать. У меня было достаточно времени, чтобы проверить слова дяди — так вот, он ни в чем не ошибся. А то, что я сейчас услышала, — это всего лишь старческий маразм, о котором меня предупреждал Марцель.

Столичный маг сказал, старуха довольно колоритна, и нисколько в этом не ошибся.

Но стало еще интереснее, когда Тильда заявила, что уже выбрала ту, которой передаст свои знания. Научит ее варить брегг для клана МакГорнов.

— Отличные новости! — пробормотала я, постаравшись выдавить из себя улыбку. Кайра говорила, что они много лет ждали этого счастливого момента. Но тут появилась я и все решила, даже не приложив к этому ни малейших усилий. Кто молодец? Я — молодец! — И кого же вы выбрали?

— Того, кого Боги обделили разумом, — усмехнувшись, заявила мне старуха. Затем подняла свою клюку, ткнув ею в мою сторону. — Тебя!

— Меня?! Гм… Неожиданно! — пробормотала я. Сказать, что я удивилась, было бы ничего не сказать. — Но почему именно меня?!

Оказалось, по мнению Тильды, именно Боги привели меня к ней, и она разглядела во мне нужные для своей ученицы качества.

— А… Ничего, что я не из этих мест? — поинтересовалась у нее. У меня не было тех самых гор в крови, чем так гордился местный люд, если только южная жара да столичный акцент.

— Это не имеет значения. — Тильда с кряхтением устроилась на стуле. — Твой дом здесь, никуда ты отсюда уже не денешься.

Затем возвестила, что начнем мы сегодня же, вернее, сейчас, чтобы не терять времени зря, потому что у нее осталось его не так и много. Свой конец она не видит — Боги уберегли предсказателей от того, чтобы делать себе предсказания, — но подозревает, что долго она уже не протянет.

— Хорошо! — пробормотала я, все еще не решив, как отреагировать на сказанное. — Вернее, быть может, есть какая-то другая кандидатура? Более подходящая, чем я? Я все-таки… гм… из столицы, а родилась на Юге Атрии…

Но о другой кандидатуре Тильда и слышать ничего не захотела. Заявила, что именно я стану ее ученицей. Из меня выйдет толк, если я перестану забивать голову глупостями.

И я сдалась, подумав, что, в принципе, ее выбор не так уж и плох. Я бы и сама себя выбрала хотя бы из тех соображений, что была прекрасно знакома как с травоведением, так и с магией. Чем не ученица для старой травницы?!

С другой стороны, если она научит меня варить брегг, то у меня появится отличная возможность отблагодарить МакГорнов за их доброту. К тому же это как раз входило в обязанности хозяйки Твердыни — следить за тем, чтобы у ее людей всего было в достатке, включая их дьявольское зелье.

Поэтому я устроилась напротив Тильды, магией отчистив столешницу от пыли. Не удержавшись, чихнула, после чего посмотрела на старую лекарку.

— Так и быть, — сказала ей. — Да, я согласна быть вашей ученицей. — И приготовилась слушать.

***

В свои покои я вернулась только через пару часов, порядком уставшая, а в голове до сих пор крутились слова Старой Тильды. И этих слов оказалось так много, что я решила все записать, пока окончательно не запуталась.

Уже в самом начале нашего урока я поняла, что Тильда и сама помнила далеко не все из своей науки. Старуха-целительница время от времени путалась в показаниях, я постоянно ее переспрашивала, из-за чего она принималась ругать меня за дурость. А потом начинала рассказывать все по-новому, уже совсем не так, как было раньше!..

Мне до сих пор казались сомнительными нескольких компонентов, а до самого процесса варки мы так и не добрались. Вернее, до него все так же было далеко, как с северных границ Атрии до Нубрии на ездовых собаках.

Свой рассказ Тильда начала со сбора ингредиентов, которые — она настаивала! — следовало срывать не только в определенный день месяца, но и в определенный час.

— Все понятно, — сказала я, хотя мне это показалось слишком замудренным. Ладно день, но час?!

Но Тильда пошла еще дальше — собирая травы, над каждой из них нужно было прочесть особую молитву. Компонентов в зелье оказалось больше двадцати, и она заставила меня заучивать наговоры наизусть.

Именно тогда я почувствовала себя полнейшей идиоткой. Не видела в этом смысла, и Тильдина наука вылетала у меня из головы. Попыталась ей объяснить, что мы, в Ирдель, не считаем нужным молиться над каждой былинкой — а наш Орден что-то да значил в магическом мире! — на что старуха вновь принялась браниться.

Досталось и мне, и Ордену Ирдель, и всем пустоголовым столичным магам.

Хорошо хоть не клюкой.

Признаюсь, в тот самый момент мне захотелось встать и уйти, сказав, что ей все же придется подыскать себе другую ученицу, потому что для меня это уже слишком. Но я все-таки осталась. Сжала зубы и повторила все молитвы без запинок — да пожалуйста, хоть подавись ими!..

Затем постаралась успокоиться. До этого я много лет своей жизни посвятила изучению магии, и, порой, учителя мне попадались сложные. Посложнее, чем старуха-целительница! Вспомнив о них — особенно о некоторых в Академии, — я решила, что Тильда с ее молитвами не самое больше зло.

Наконец, старуха выдохлась. Улеглась в кровать, сказав мне, что собирается отдохнуть и чтобы сегодня ее больше не беспокоили. Она будет ждать меня завтра утром, тогда и продолжим. Закрыла глаза, а я, укутав ее старым одеялом, подумала о том, что заставлю Кайру принести Тильде новое.

Не только одеяло, но и много новых вещей — это не дело, что за целительницей в замке никто не ухаживал!

Согласна, старуха… гм… довольно колоритна, но все же бояться ее не стоит. Ведь были же те, кому она уже успела сделать свои предсказания? Вот пусть они за ней и следят и делают это хорошенько — в комнатах у Тильды не помешает провести генеральную уборку, вымести пыль из углов, разогнать пауков и выдать старухе новую одежду.

К тому же в ближайшее время она уж точно не умрет. В Твердыне появилась новая целительница, а это значит, что Тильда у меня еще поживет!

Перед уходом я склонилась над спящей женщиной и коснулась магией ее пораженной болезнью области в груди, уменьшая, снимая воспаление. Глядишь, еще и разменяет четвертое столетье и взглянет на то, что мне предсказала…

Вернее, убедится, что в моем случае ее предсказание не сработало. Последствия заклинания, убившего моих родителей, было уже не убрать — я столько лет старалась это сделать, но у меня ничего не вышло. К тому же сыворотки больше нет, а Борг не станет мне помогать, тогда откуда взяться детям?!

Наконец, оставив спящую целительницу, я вернулась в свои покои. Оказалось, у Старой Тильды я просидела порядком, и вечер давно уже вступил в свои права. Робин отправился на второе занятие по фехтованию, а Эйнар с дедом и дружиной так и не вернулись.

Сказав, что мы с сыном поужинаем в наших покоях, я принялась записывать Тильдину науку, после чего отправилась в библиотеку, в которой обнаружила книгу сказок — возможно, еще ту, которую читали маленькому Эйнару его родители. Вскоре вернулся и Робин. Мы мило поужинали, затем я уложила его в кровать, слушая его рассказы о том, как он учился драться на мечах, а еще у него появились друзья — все МакГорны, как и он. Надо же так, мама?!

На это я покивала, сказав, что здесь — и в клане, и в Твердыне — все МакГорны. Даже те, с кем у нас нет кровного родства, но все равно мы как одна большая семья. Так уж заведено у горцев.

У Робина заблестели глаза — такой поворот ему очень понравился. Не только то, что у него здесь много родни, а еще то, что у него появились друзья. Мальчишки показали ему, как лазить по сараям, и это оказалось крайне увлекательным занятием. А завтра они будут стрелять из лука по мишеням. Организуют состязания, но он думает, что всех победит. Ведь папа сам его учил, а он на охоте подстрелил того тетерева, я ведь помню?!

Я снова покивала — конечно, как же такое забыть! Тот ужин вышел великолепным, и он у меня настоящий мужчина и добытчик.

Затем немного почитала ему книгу, но вскоре глаза Робина стали закрываться, хотя мы так и не добрались до третьей страницы. Он заснул, а я еще долго сидела, прислушиваясь к его спокойному дыханию. А еще слушала, не раздадутся ли знакомые уверенные шаги и не скрипнет ли входная дверь.

Но шаги так и не раздались, да и дверь не спешила открываться. Эйнар МакГорн до сих пор не вернулся со своих пастбищ.

Когда ночь давно уже вступила в свои права, мне, прислушивавшейся к тишине, внезапно показалось, что где-то вдалеке, возможно, под стенами замка, раздались смех и далекие голоса. Донеслись до меня через полуоткрытое окно, и я подумала, что мужчины все-таки приехали. Вернулись со своей вылазки, и Эйнар очень скоро придет.

Но он не появился ни через пять, ни через десять минут. И даже через полчаса его тоже не было, напрасно я ждала, таращась в темноту. И это порядком добавило мне тревог, пока внезапно я не поняла, что Эйнар и вовсе не придет.

Скорее всего, он решил заночевать там, где ему куда больше рады, чем здесь. Там, где его ждали горячие объятия и готовая на все бывшая любовница. Быть может, отправился к Меган, и завтра, когда я явлюсь на примерку, она посмотрит на меня с триумфом на красивом лице?

С другой стороны, почему бы и нет? Почему бы ей, демоны ее побери, не смотреть на меня с триумфом?!

Весь замок знает, что до этого у Эйнара было много любовниц, а я сплю в кровати его сына. К тому же я сама ему сказала, чтобы он убирался…

Шел туда, где ему рады, и оставил меня в покое.

Скорее всего, он так и сделал. Ушел туда, где ему рады, и оставил меня в покое.

Но вместо того, чтобы успокоиться, я почему-то лежала без сна и пялилась в темноту. Все еще переживала, прислушиваясь, не раздадутся ли знакомые шаги, отказываясь верить, что Эйнар все-таки прислушался к моим словам. Размышляла о том, почему мне так больно, хотя не должно быть!

Потому что Робин не наш сын, а я не ревнивая жена Эйнара МакГорна, тогда почему я должна переживать, где шляется по ночам мой муж, который мне совсем не муж?!

Но я почему-то переживала. Проворочалась еще чуть ли не с час, но затем все-таки уговорила себя, что мне все равно. Все равно, и все тут!..

И как только все закончится — уж и не знаю как, но когда-нибудь оно закончится, — я обязательно найду себе ученицу. Передам ей ворох знаний, полученных от Тильды — когда копать и что копать, — и мы с Робином вернемся домой.

Уедем в свое поместье на Юг… Или нет, еще лучше, мы заживем с ним в столице, в моем просторном доме неподалеку от Королевского Канала. Я вернусь к работе во дворце и к своей практике, а Робин станет ходить в школу. И пусть мой мальчик не сможет лазить по сараям — потому что во всей округе одни лишь особняки, — но я найду ему преподавателя по фехтованию и по стрельбе из лука. И друзья у него тоже будут…

А Старая Тильда на этот раз ошиблась — детей МакГорну станет рожать другая, не я.

Меган, например, почему бы и нет? Она отлично подойдет для этой цели.

Хотя нет, зачем ему та, у которой ветер в голове? Вместо этого Эйнар возьмет себе в жены дочь главы одного из кланов, и та родит ему много сыновей. И дочь, наследницу Твердыни, за любовь которую будут биться дети гор.

А я не смогу, потому что бесплодна.

Еще немного поплакав в подушку, я все-таки заснула.

…Утром я проснулась от навязчивого желания посетить маленькую комнатушку. Да-да, ту самую, что как раз за ванной комнатой. Но чтобы попасть туда, мне предстояло пройти через большую спальню.

И я пошла. Позевывая, в одной сорочке, полностью уверенная, что Эйнар спит там же, где и уснул. Причем утром меня этот факт волновал куда меньше, чем ночью. Верее, практически не волновал — мне все же удалось себя убедить, что нас с горцем ничего не связывало.

Лишь забота о Робине, ставшем ему столь же сильно дорогим, как и мне.

Но, оказалось, мой муж как раз уснул в своей кровати. Совершенно голый — простыня ему чем-то не угодила и была отброшена в сторону крепкой рукой. Посапывал, развалившись на спине, и я немного замешкалась, уставившись на него во всей его… гм… мужской красе.

Затем очнулась. Встряхнула головой, обругав себя не только за то, что на него пялилась, но еще и за то, что пялилась с жадным любопытством, после чего сбежала в место, куда и направлялась.

Вернувшись в ванную комнату, я поплескала водой в лицо, завязала волосы в косу, размышляя о том, что, выходит, Эйнар все-таки ночевал в наших покоях, а вовсе не с Меган или с какой-то другой из своих бывших любовниц. Задержался на своих пастбищах, вернулся поздно ночью и не стал меня будить. Вместо этого преспокойно лег себе спать.

Вот и я… Я тоже не стану его будить, хотя мне было приятно осознавать, что он спал там, где ему и положено, как настоящему фальшивому мужу. Вместо этого я потихоньку оденусь и отправлюсь по своим делам. А то, что весь замок болтает о том, что мы не спим вместе, — пусть и дальше болтают! Не одним только рукам нужны тренировки, языки тоже надо упражнять…

Попыталась потихоньку пробраться в спальню, но не тут-то было. Потому что Эйнар, оказалось, не только успел проснуться, но даже натянуть светлые домотканые бриджи. Подкарауливал меня у двери в ванную комнату, после чего подхватил на руки — я даже охнуть не успела — и унес в огромную кровать.

А я… Я вообще ничего не успела, хотя вполне могла приложить его магией. Но не стала этого делать. Быть может, потому что обрадовалась, что он проснулся здесь, а не с Меган, и та не будет смотреть на меня с видом победительницы?!

Зато теперь он смотрел на меня сверху вниз с крайне довольным видом победителя, а я лежала, придавленная его крепким телом, вдыхая его запах, в котором было слишком много пота. Неожиданно поняла, как сильно по нему соскучилась. По его улыбке, по его ставшим привычными домогательствам и непоколебимой уверенности, что я принадлежу ему.

Потому что я — его подарок Богов.

И еще я поняла, что связавшие нас незримые нити, которые я пыталась разорвать этой ночью, твердя себе, что мне наплевать, где он и с кем, никуда не делись. Они все так же нас связывали, были совсем рядом, в груди, в моем теле, бурно отреагировавшем на его близость.

Но я все-таки попыталась выпутаться. Заявила себе, что да, признаюсь, я рада его видеть; рада, что Эйнар спал в наших покоях, а не ночевал неизвестно где. Но это вовсе не означает, что мы сейчас же должны… гм… предаться любви, отпраздновав сие грандиозное событие.

Хотя он, судя по всему, был отнюдь не против его отпраздновать.

— Доброе утро! — произнес Эйнар, потому что я все же вырвалась. Вернее, он разжал руки, и я, усевшись, отодвинулась от него подальше. — Решил с тобой поздороваться, пока ты не сбежала, как вчера.

— Доброе утро, — сказала ему. Затем добавила: — Тебе не помешает вымыться. — ПОтом — его и конским — от него несло прилично. — Кстати, где ты был так долго?

— Вчера немного задержались, — признался Эйнар. — Нашли следы чужаков, когда возвращались в Твердыню.

— Чужаков?! — растерялась я. Это были не слишком приятные новости.

Кивнул.

— Они довольно ловко обошли наши посты, сняв несколько сигнальных меток. Но до Твердыни не добрались, свернули в сторону в паре километров от замка. Затем снова вернулись на земли МакДаргов.

— Думаешь, это был кто-то из них? Из МакДаргов?

О МакДаргах я уже была наслышана. Причем говорили не самое хорошее.

— Вполне возможно, — отозвался он. — Им давно не дают покоя наши стада. Мы отследили чужаков до самой границы с их землями, но дальше не пошли. У нас с МакДаргами не самые дружеские отношения. Решили, что пробиваться с боем не станем. По крайней мере, не в этот раз.

Тут в двери поскреблись — похоже, услышали наши голоса, — и Эйнар сказал, чтобы входили. В дверях появилась служанка, а я порадовалась тому, что нас застали… гм… в одной кровати. Пусть и наполовину одетых, но, по крайней мере, в шушуканья по углам добавятся новые подробности.

— Налейте-ка мне воды в бадью, — приказал ей Эйнар. Затем, когда служанка ушла, посмотрел на меня: — Надеюсь, моя жена не откажет мне в небольшой услуге?

— В какой именно?

— Поможешь мне вымыться, — произнес он с явным удовольствием.

На это я выпучила глаза.

— Я тебе не служанка, — напомнила ему. — И, вообще-то, я тебе даже не жена.

— Разве? — усмехнулся он. — Я стал уже об этом забывать. Кстати, ты не хочешь все исправить и пройтись со мной к алтарю? Повторим еще раз для всех?

— Что мы повторим, Эйнар? — спросила у него. — У тебя что, провалы в памяти?! — Впрочем, в последнее время они случались не только у него. Какое-то помешательство на двоих… — Ничего не было! Мы с тобой никогда не были женаты. И вообще, у меня даже брачного браслета нет!

Тут он потянулся, пошарив где-то под своей подушкой, и вытащил оттуда золотой браслет.

— Досадное упущение, — заявил мне. — Пришла пора его исправить.

— Не надо ничего исправлять, — покачала я головой. — Мне хорошо и без этого!

Но стало… гм… еще лучше, потому что он уже защелкнул браслет на моей руке. На свое запястье тоже натянул, наверное, поняв, что по доброй воле я этого не сделаю, только после долгих уговоров и мучительных размышлений.

— Так-то лучше! — заявил мне Эйнар. — Больше ни у кого не возникнет лишних вопросов. А чужаков, если они еще раз сунутся на наши земли, мы обязательно поймаем. — Судя по его взгляду, еще и покарают. — Я приказал усилить патрули, в них добавили всех мало-мальских магов. Все подняты на ноги, Элиз, так что тебе не стоит беспокоиться.

Но я все равно беспокоилась, и золотой обручальный браслет на руке добавил мне тревог.

Тут появились служанки с ведрами, и я… Я сбежала в соседнюю комнату. Там быстро зашнуровала платье, поцеловала все еще спящего Робина и отправилась по своим делам.

Дел оказалось привычно много. Получила пару новых вещей от швей — Меган на этот раз на примерке не было, но я не сказать, что сильно по ней скучала, — затем решила заняться больными, закончив прием как раз перед завтраком.

Мне не хотелось больших сборищ, поэтому я решила, что есть мы с Робином будем у себя в покоях, потому что Эйнар, скорее всего, уже отправился по своим делам. Но когда я подходила к нашей комнате, то заметила сына, уже одетого, куда-то шагавшего вместе со старым воином с покрытым шрамами лицом.

— Не беспокойтесь, леди МакГорн, — улыбнулся мне он. — Я за ним пригляжу.

— А я пригляжу за Стивенсом, — важно отозвался Робин.

— Но как же завтрак?! — растерялась я.

Оказалось, какой там завтрак, когда нужно скорее подтянуть стрельбу из лука, чтобы не ударить в грязь лицом перед своими новыми друзьями. Робин собирался всех победить на том состязании, поэтому подпрыгивал от нетерпения.

В общем, они отправились развлекаться, а я, все еще пребывая в задумчивости, вошла в наши покои. И обомлела, увидев здоровенную бадью, которую выкатили из ванной, поставив посреди комнаты. В ней, погрузившись наполовину, лежал, окруженный горячими парами, младший из МакГорнов.

Похоже, воду он нагрел сам, я почувствовала отголоски его магии. Хотела было его похвалить, затем быстренько проскочить в соседнюю комнату, чтобы захватить свои записи и отправиться к Старой Тильде. Но тут Эйнар открыл глаза.

— Элиз, — позвал меня, и я застыла, — подойти ко мне!

— Зачем? — поинтересовалась у него осторожно.

Не ответил — смотрел на меня, не отрываясь, и я все же сделала несколько шагов. Уставилась в мужественное лицо молодого наследника Твердыни, затем перевела взгляд на его мускулистую грудь, всю в блестящих водных каплях. Увидела несколько шрамов — то ли война, то ли суровое детство и юность не прошли для него без следов.

— Элиз, — снова позвал он меня. — Подойди ближе. Еще ближе…

Я, завороженная его голосом, сделала еще шаг. Подумала — зачем он меня зовет? Если думает, что я потру ему спинку, то серьезно ошибается. Но мыло или полотенце могу и подать, так уж и быть… Он многое для меня сделал, окажу ему и эту услугу.

Только вот я ошиблась, мыло и полотенце ему были не нужны. Вместо этого Эйнар задумал кое-что другое. Молниеносно потянулся, схватил меня за руку и… утащил к себе в бадью. А я даже охнуть не успела!

Вернее, как раз охнула, грохнувшись через бортик, подняв море брызг. Под моими руками тут же взмыл еще один фонтан, потому что я активировала защитное заклинание. Но затем приглушила магические потоки — так мы всю воду расплескаем!

Да и что уж тут защищаться, я и так уже вся мокрая, в объятиях совершенно голого Эйнара МакГорна!

Странным образом, я на него нисколько не злилась — если только на себя за свою доверчивость. Потому что он типичный Эйнар МакГорн — что тут еще сказать?! — все еще не оставлявший попыток меня соблазнить.

— Ах вот как! — заявила ему, уставившись в его улыбающееся, довольное лицо. — Выходит, ты меня подловил и крайне собой доволен?! Ты что, опять под своим бреггом?!

— С тобой мне не нужно никакого брегга, — засмеялся он. — Один взгляд на тебя, Элиз, придает мне не только сил, но и желания.…

— Оно и видно! — буркнула я.

Видно не было, потому что вся поверхность воды оказалась затянута мыльной пеной, но чувствовалось вполне однозначно по тому, как он меня прижимал и к чему он меня прижимал.

— Раз ты отказалась купать своего мужа, — добавил Эйнар, — то мне придется искупать свою жену.

— Ну уж нет! Все было совсем не так! — начала протестовать я, но тут Эйнар принялся расшнуровывать на мне платье. — Что же ты делаешь?!

Внезапно мне стало жарко. Настолько жарко, что я поняла: горячая вода в этом нисколько не виновата. Во всем виноват Эйнар МакГорн — его прикосновения, его близость и его запах.

Все то, кем он был, что он делал и как он это делал.

Но я все еще могла его остановить. Активировать портал, приложить упрямого горца заклинанием и уйти, чтобы избежать неизбежного.

Только вот я почему-то осталась.

Наверное, по той же самой причине, по которой я осталась в том самом трактире на Севере. В тот раз тоже можно было уйти, но тогда бы у меня не было ни Робина, ни Твердыни, ни Старой Тильды с ее клюкой и неожиданными предсказаниями… Не было бы ни этой бадьи, ни горячих рук Эйнара МакГорна, которые меня обнимали, ни тех ощущений, которые вызывала его близость в моем теле.

Моя жизнь текла бы по-старому — дом, магия, работа и служение Ирдель.

Но дело в том, что я больше не хотела по-старому!.. Слишком уж многое я узнала и ощутила, и мне внезапно захотелось еще…

Еще и еще.

Поэтому я и не стала убегать. Решила: а почему бы и нет?! Почему, демоны меня побери, не заняться любовью с собственным мужем — вот, у меня даже обручальный браслет есть?! Он так долго меня добивался, тогда почему бы, в конце концов, не позволить ему меня добиться?!

К тому же мне давно не восемнадцать, а целых двадцать пять, и потерять я ничего уже не могу. Если только приобрести…

Узнать, какова на вкус любовь Эйнара МакГорна.

— Зачем тебе это платье? — тем временем поинтересовался он. — Совершенно ни к чему!

И я была в первый раз безоговорочно с ним согласна.

Его руки уже скользили по моим ногам, подбираясь к бедрам, усиливая жар. Я тоже прикоснулась к его коже, ощущая ее прохладную крепость, вдыхая его запах, чувствуя его возбуждение, заводясь еще сильнее.

— У тебя слишком много одежды, — заявил мне Эйнар хрипло, — чтобы принимать ванну со своим мужем…

Затем он поцеловал меня. Или же это я его поцеловала? Какая, впрочем, разница?..

Реальность исчезла — остались лишь желание, лишь прикосновения, игра наших губ и наших рук. Разгоряченное дыхание и сводящие с ума ласки.

Все это смешивалось с воспоминаниями о сероглазом мальчике, в которого я была влюблена еще с детства. А потом взяла и выросла.

И он тоже… Он тоже вырос. И мы потеряли друг от друга головы, по-другому этого и не объяснить. Да и надо ли кому-то объяснять?

…Он почти стащил с меня платье, как в дверь постучали. И продолжали стучать, хотя Эйнар заявил, чтобы те, кто был с той стороны, отправлялись к демонам. Но они почему-то не захотели никуда отправляться. Вместо этого упрямо долбили в дверь, несмотря на то, что он пообещал встать и отправить их к демонам сам.

Затем они все же вломились в нашу комнату — несколько мужчин с встревоженными лицами. И я, охнув, погрузилась в мыльную воду по шею, судорожно пытаясь натянуть расшнурованное платье. Эйнар поднялся из бадьи, нисколько не смущаясь своей наготы.

— Что произошло? — спросил у них.

Оказалось, произошло страшное.

Стража обнаружила старого Стивенса, учителя по фехтованию, на заднем дворе без сознания. Как раз в том месте, где он тренировал Робина. Зато мальчика нигде не оказалось. Они перевернули замок с ног на голову, опросили всех, кого смогли, но Робина так и не нашли.

Он исчез.

— Как такое возможно? — спросил Эйнар, натягивая одежду.

Вот и я тоже… Тоже не могла понять. Кое-как встала, не чувствуя ног. Затем, собрав воедино разбегавшиеся в панике мысли, затянула шнуровку и высушила платье магией. У меня не было времени переодеваться в новое.

И все потому, что мой сын пропал. Наш сын пропал!.. Мы с Эйнаром оказались слишком беспечны — вот так, целовались в бадье, не думая ни о чем, уверовав в то, что замок неприступен.

А враги взяли и добрались до Робина. Здесь, в Твердыне!

— О Боги! Боги, Боги!.. — бормотала я, внезапно осознав, к чему были эти чужаки на землях МакГорнов.

Они пришли сюда вовсе не для того, чтобы угнать овец. О нет, их интересовало совсем другое!

Они явились, чтобы украсть Робина. И им это удалось.