22

– Да где тебя искать? – в сотый раз чертыхаюсь я. Отбрасываю папку, в которой храню все важные документы и снова начинаю рыться в ящике тумбы, установленной в прихожей. Рядом на полу хаотично разбросана мелочь из моей сумки. Вообще, паспорт я всегда ношу с собой, во внутреннем кармане сумке, но сейчас не могу вспомнить, куда я его могла переложить и зачем это делала.

В последний раз паспорт я доставала в больнице, когда меня госпитализировали с Сашкой. После надобности в документе, удостоверяющим мою личность не было.

До сегодняшнего дня.

Потому что через сорок минут я должна быть в ЗАГСе, чтобы развестись с Ветровым.

Задвигаю с шумом ящик и устало прислоняюсь спиной к стене. Я уже полностью одета и даже нашла в себе силы на легкий макияж. Впервые за последние дни привожу себя в порядок, потому что до этого…

Повторно проходила все круги своего личного ада.

В ночь, когда состоялся тот грандиозный скандал с Русланом, Ане пришлось потратить несколько часов на то, чтобы успокоить меня. Сначала подруга отпаивала меня чаем, затем успокоительным. Я же то молча давилась слезами, то срывалась в рыдания, от которых потом еще несколько дней болело горло.

Не могла поверить, что Руслан мог поступить со мной подобным образом. Видимо, до последнего надеялась получить внятные, логичные ответы. И получила. Но совсем не те, которые ожидала.

Я не хотела думать о том, в какие дни Ветров был с Лидой, и что происходило между нами после его возвращения от нее. Но иногда, когда мелькала мерзкая мысль, что он приходил домой и целовал меня, сразу же после секса с ней… Желудок обжигало огнем и меня начинало тошнить.

Я постаралась вернуться в нормальное состояние тем способом, который помог в прошлый раз. Отключилась от окружающего мира и нагрузила себя работой. До глубокой ночи сидела над проектами, доводя себя до такого состояния, чтобы упасть на кровать и отключиться.

Повторно вычистила всю квартиру, избавляясь от малейших напоминаний о том, что здесь вновь был Руслан. Или его сын. Ветров бросил кроватку и вещи Сашки, поэтому я с маниакальным упорством сгребла все в мусорные мешки и вынесла на помойку. Правда, оставила рядом с контейнерами, полагая, что кому-то почти новые вещи для новорожденного могут пригодиться.

Ко мне приезжали родители. Я была безумно благодарна маме за несколько порций моего любимого фаршированного перца и папе за то, что он не стал поднимать тему, которая хоть как-то затрагивала мою глупую доверчивость или бывшего мужа.

А вчера я проворочалась всю ночь в кровати, волнуясь о предстоящей встрече с Ветровым и испытывая какое-то идиотское смятение. Ощущала тусклую радость от того, что уже совсем скоро все закончится и одновременно с этим – опустошение по этому же поводу.

А сейчас я виню себя за то, что не позаботилась о документах накануне. Или за то, что потратила несколько часов на приведение себя в порядок, хотя начать нужно было именно с самого главного.

Неохотно беру телефон и набираю номер Ветрова. Для этого приходится сначала вытащить его из черного списка, куда я засунула его, опасаясь звонков или сообщений. Мало ли, вдруг он в прошлый раз не понял, что между нами все закончилось окончательно. Какой забавный каламбур…

– Да, – хрипло отвечает Руслан через несколько длинных гудков. Я к этому готова, поэтому говорю максимально ровным тоном:

– Привет, у меня возникла проблема. Ты же помнишь, что у нас встреча в ЗАГСе через сорок минут?

– Помню, – сухо роняет он. – Уже собираюсь выходить.

– Дело в том, что я не могу найти свой паспорт, Ветров. А без документа меня с тобой не разведут.

Руслан молчит какое-то время, мне даже кажется, что связь оборвалась. Я убираю смартфон от уха и смотрю на экран, а затем окликаю собеседника:

– Ты меня слышишь?

Доносится тихий вздох, а затем не менее тихий ответ:

– Твой паспорт у меня.

Я на мгновение теряюсь. Открываю рот и хватаю им воздух как рыба. Только через минуту выдавливаю:

– Что ты сказал?

– Твой паспорт у меня, – повторяет Руслан. – Жду тебя у ЗАГСа.

И бросает трубку! Просто отключается, обрывает разговор, не давая никаких объяснений!

Первым моим порывом было желание перезвонить этому мерзавцу и потребовать ответа. Но потом я понимаю, что лучше спрашивать о таком, глядя в глаза, чтобы у Ветрова не было ни единого шанса отбрехаться.

Внутри все кипит от негодования, но я встаю, несколькими хаотичными движениями забрасываю нужные вещи в сумке и вызываю такси. Дрожащими пальцами застегиваю ремешки на босоножках и смотрю в зеркало, стараясь разгладить складки на юбке платья, которые образовались из-за моего ползания по квартире в поисках паспорта.

Такси приезжает быстро, поэтому уже через пятнадцать минут я поднимаюсь по ступенькам здания, в котором когда-то давала брачные клятвы. Раз и навсегда, как мне тогда казалось.

Руслан ждет меня в холле. На нем рубашка с коротким рукавом и свободного кроя брюки. Он подстригся и даже побрился перед выходом, я даже замечаю тонкую полоску пены у левого уха. Достаю из сумки пачку бумажных платочков и протягиваю ее Ветрову, жестом показав на место, где нужно вытереть.

Лишь после того, как он передает упаковку мне обратно, а использованная салфетка летит в стоящую в углу урну, я сдвигаю брови и требую:

– Объясни.

Он не опускает головы, не избегает моего взгляда. Смотрит прямо в лицо и признается:

– Я надеялся, что небольшая задержка заставит тебя передумать. Хотя бы просто засомневаться. Да, даже после той ссоры. Скорее, пожалуй, именно из-за нее. Ты сходила с ума от эмоций, виновником которых был я и хотелось… Дать тебе время успокоиться и…

Он замолкает. У меня тоже не находится слов. Я уже потеряла счет тому, сколько раз за последние три недели я отказываюсь верить услышанному. Несколько минут я молчу, уставившись в стену, но потом все же уточняю:

– Ты украл мой паспорт, чтобы я… что? Расценила это знаком свыше и передумала разводиться с человеком, который меня предал и завел ребенка на стороне? Я все правильно поняла?

Он не отвечает. Щелкает застежкой рабочего портфеля и протягивает мой документ, который я тут же спешно вырываю из его пальцев.

– Прости.

– Когда ты это сделал? – цежу сквозь зубы, листая страницы паспорта. Вдруг в его больную голову пришла еще какая-нибудь безумная идея? Например, испортить страницы, сделать документ недействительным.

– Когда Аня успокаивала тебя. Знаю, что ты носишь паспорт в сумке. Залез в кармашек и вытащил. Ксюш, – вздыхает он. Тянет ко мне руку, но тут же одергивает ее, сжав пальцы в кулак. – Я передумал в ту же ночь. Понял, насколько по-детски поступил.

– И все равно не вернул мне его, – замечаю, оторвав взгляд от гербованных страничек только после того, как убедилась, что с документом все в порядке.

– Ветровы? – зовет нас женский голос из-за распахнувшейся двери одного из кабинетов.

– Идем.

Я первая захожу внутрь и приветствую работницу ЗАГСа. Хочется расправиться со всем этим побыстрее.

Вселенная слышит мою мысленную просьбу, и через некоторое время я выхожу на улицу уже в статусе разведенной женщины.

С неба срывается мелкий дождик. Запрокидываю голову, подставляя лицо под по-летнему теплые капли.

И впервые за все это время дышу.

Полной грудью и с улыбкой на губах.