Глава 17

– Афин, – уточняет мама, пока мой маленький вихрь громко расхаживает по прихожей в новых кроссовочках: усердно наступает на пятку, чтобы подошва светилась. – Что будем с тортом делать?

– Это все я беру на себя, заранее вечером испеку. У нас же еще несколько дней впереди.

– Переживаю.

– Не волнуйся. Украшения я заказала. Шары привезут утром к празднику. Все успеем.

У Линки через несколько дней день рождения, ей исполнится три годика. Я заранее отпросилась с работы, чтобы утром побыть дома. После обеда, игр и подарков мама уложит Лину спать, а я поеду в офис. Вечером они меня встретят, и мы погуляем час-полтора. Сонечка обещала приехать, сказала, ей тоже удобнее утром к нам примчаться.

– Хорошо, если что-то нужно будет дополнительно, ты меня сориентируй.

– Не волнуйся, мамочка, ты бы сама отдохнула! Готовка в выходные, как обычно, на мне, Линка тоже. Ну что, котенок, идем?

Предлагаю дочери ладонь.

– Да!

– Не забудьте курточки, может подняться ветер, – наставительно напоминает мама.

Мы с Линкой выбегаем на улицу. Нас встречает ласковый, еще теплый ветерок. На носу осень, я обожаю это время года. Раньше я и не замечала, как быстро летят дни. Теперь же… оглянуться не успела, как одной маленькой задире уже три исполняется. А моя жизнь за этот период вообще осталась смазанным пятном. Нет, мне определенно есть что вспомнить, я довольна тем, как сейчас живу.

Соня спросила, счастлива ли я. Ну да. Думаю, да. Конечно, для полной идиллии всегда чего-то не хватает, но когда маленький ангел обнимает меня за шею или, словно обезьянка по стволу дерева, забирается ко мне на руки, невозможно не улыбаться и не чувствовать, как внутри все дрожит от умиления и трепета.

Мы успеваем с Линкой много чего, а если бы кто-то не упрямился и ездил в коляске, было бы еще быстрее. Но дочка с года напрочь отказалась от этого неприемлемого для нее средства передвижения. Теперь мы спасаемся самокатом.

– Мама, смотйи!

Доченька указывает пальцем куда-то на пышную крону дерева, я пытаюсь рассмотреть, что там. А дальше сердце совершает кульбит.

– Осторожно! – доносится до меня сбоку, и тут мимо проскакивает темное пятно, сбивая Лину с ног.

Пакет выпадает из моих пальцев, и я бросаюсь к дочери.

– Ай!

– Ай! – перебивают друг друга детские голоса.

– Мама!

– Папа!

– Простите, ради бога!

К нам приближается невысокий мужчина, помогает мне поднять детей на ноги.

Линка плачет навзрыд, прижавшись к моей ноге. Заливается так, что ее слышно по всей округе.

– Владик! Ну так же нельзя, нужно рассчитывать силы и смотреть на дорогу. Вы извините, – поворачивается ко мне мужчина. – Он удрал. Разогнался и не сориентировался. Больно ударилась?

На моих руках Лина постепенно затихает, а мальчишка лет четырех-пяти расстроенно шмыгает носом, оправдываясь:

– Да я не специально…

Я спрашиваю доченьку, где болит, осматриваю голову, лицо, колени. Вроде все в порядке. Кажется, она просто испугалась.

Глаза круглые, мокрые от слез, нижняя губа все еще дрожит.

Я успокаиваю ее, а мужчина продолжает извиняться, объясняет что-то.

Лина наблюдает за ними, потом просится опустить ее.

– У тебя такой большой самокат. А у меня – маленький, – она заинтересованно оглядывает столкнувшийся транспорт.

– Я нечаянно. Прости, – общаются дети, словно и не было никакой аварии.

Я начинаю собирать продукты – некоторые выпали из пакета.

– Кажется, они уже помирились, – обеспокоенно предполагает незнакомец, присаживаясь на корточки. На нем обычные джинсы и белые кеды. И модная клетчатая рубашка с коротким рукавом. Лицо у него обычное. Незапоминающееся. Короткостриженые волосы.

Я киваю:

– Да, вроде все нормально.

– А тебя как зовут? – продолжают знакомство дети.

– Меня Лина, а тебя?

– А меня Владик. Мы сейчас на площадку хотели, там паутина высокая. Пойдем вместе? Смотри, у меня есть лев! – и вытаскивает маленькую фигурку из кармана. – Можешь посмотреть, только не сломай!

– Огооо какой… настоящий лев!

– Ну что, куда пойдем?! – не унимается мальчик.

– Они уже подружились, – заключает мужчина. – Если вы не торопитесь, можем вместе пройтись. Владик не так часто готов делиться с кем-то игрушками.

– Мам, можно с ними?

– Хорошо.

– Давайте на соседнюю площадку. Только я сам ваш пакет донесу.

– Да он не тяжелый! – смущенно возражаю я.

Мужчина настойчиво забирает мои покупки. Договариваемся пройтись вместе.

– Я все равно донесу. Так, детвора, идем во двор.

Дети едут впереди, у нас с мужчиной завязывается беседа. Его зовут Алексей, он приехал к сыну. Посторонних вопросов я задавать не стала.

Мы весело проводим время: Алексей предложил детям занимательные игры, даже меня увлек. И в догонялки играли, и в мяч, и даже кто больше подтянется на перекладине. Выиграла, конечно, Лина – она оказалась самая сильная из нашей банды. Ну, еще остальные немного поддались. Незаметно пролетел час. Все немного устали.

Пока дочка строит замки из песка, а Владик трудится над рвом и гаражом возле замка, чтобы было удобно парковать машину, мы с Алексеем приземляемся на лавочку.

– Вы здорово играете вместе, – хвалю я мужчину. – Я даже и сама так не всегда могу вовлечь и заинтересовать сразу всех.

– Да мы просто с сыном редко видимся. Ну… не так уж редко, но реже, чем хотелось бы. Мы с его мамой развелись давно. И теперь живем в разных местах, а постоянно не наездишься. Вот я и мотаюсь к ним в выходные. Или к себе Владика забираю, но… да в общем, что-то я разговорился. А… Вы… говорите, недалеко здесь живете?

– Да, минут десять пешком.

– Чего папу не прихватили на прогулку?

Он внимательно смотрит на меня, ждет ответа.

– Да мы… тоже… в разных местах живем.

Разговор резко перетекает в другое русло.

– Афина, – он в который раз улыбается, – у вас такое имя необычное. Точно не забудешь.

Пауза вносит еще больше неловкости. И тут…

– Оставите мне свой номер?

Именно в этот момент в кармане вибрирует телефон. Я пытаюсь сейчас уйти от ответа, извиняюсь и подношу к глазам экран.

Ох…

Это Гоша…

– Алло.

– Привет, Афин.

Я пытаюсь уловить его настроение, но выходит не слишком-то зд о рово.

– Добрый вечер.

Алексею киваю молчаливо, давая понять, что у меня важный разговор и отхожу в сторону, продолжая наблюдать за дочерью.

– Ты сильно загружена в эти выходные?

– Прилично. А что вы планируете обсудить?

– Нашу встречу. Хотелось бы пообщаться с глазу на глаз.

– Я, возможно, и так смогу ответить на ваши вопросы. Просто пока не улавливаю суть разговора.

– Во сколько за тобой заехать?

– Георгий Александрович, вы ставите меня в неловкое положение. Я бы была признательна, если бы мы смогли уложить все обсуждения в рабочее время.

– Афин. Я понимаю, что ты на меня обижена до сих пор. И сильно. Но… давай ты просто вырвешь тридцать минут из своего плотного расписания. А я из своего. Идёт? Тебя это никак не стеснит.

– Какое-то странное предположение. Прошлое осталось в прошлом. Мы ведь уже это обговаривали. Зачем вы периодически позволяете себе подобные… оговорки?

Да не хочу я с ним видеться вне стен офиса! А я и там бы не виделась! Была бы счастлива, если бы он уехал куда-нибудь! В длительную командировку, например. На полгода! Нет! Лучше на год!

Да и что он ходит вокруг да около?!

ГЕОРГИЙ

С напором нельзя. Боюсь ее испугать. Поэтому приходится подбирать максимально вежливые и отстраненные формулировки. Дурацкие, одним словом. Но испортить все заранее не хочется: потом будет еще сложнее пробиться сквозь толщу обид и недоверия.

А хочется, чтоб по-человечески…

Пожалуй, впервые в жизни я сожалею, что вышло все так, как вышло. А подчеркнутая вежливость и прохлада в колдовском чернющем взгляде незримо пилит меня. И пилит, и пилит.

Мда. И фразы подбирать уже сложнее.

– Так во сколько за тобой заехать?

– Георгий Александрович, мне жаль, но выходные расписаны. Давайте на следующей неделе? В понедельник меня не будет в первой половине дня. Уже согласовано.

– Я помню, Афин, – многозначительно уточняю, ведь именно я и согласовал ее отсутствие на работе. – Не расскажешь, по какой причине будет отсутствовать мой переводчик?

– Эм… семейные обстоятельства.

– Хмм, – задумчиво тяну я, пока мозг скептично анализирует. Не хочет она признаваться. И я отступаю вновь:

– Тогда до встречи в понедельник.

– Хорошо, я дам вам знать, как буду на месте.

Пусть она пока будет уверена именно в этом. Но дальше все пойдёт по моему плану.

– Приятного вечера, – роняю я на прощание и отключаюсь, не дожидаясь ответа.

Сижу какое-то время неподвижно. Потом лезу в бардачок, цепляя уголок бумаг двумя пальцами. Тяну их на себя.

Вновь пробегаюсь глазами по запросу.

Макеева Афина Эдуардовна.

Родители: Макеев Эдуард Харитонович, Макеева Ольга Дмитриевна.

Дочь: Макеева Алина Эдуардовна.

По моей просьбе на ребенка предоставлено отдельное короткое досье.

Хмуро «любуюсь» на дату рождения девочки и даже ее фотографию, сопоставляя с отсутствием Афины на работе в понедельник.

Вглядываюсь в светлые глаза малышки. Отмечаю задорную улыбку и пухлые щелчки. Внутри что-то сжимается от неуместных предположений.

Один вопрос я хочу задать девушке лично, но как быть уверенным в ответе?

Еще пару минут рассматриваю цветное изображение.

И я принимаю окончательное решение.

Я пытался не давить. Пытался мирно. Спокойно. Аккуратно. Чтобы всем было комфортно. Чтобы минимум волнений. Но она не захотела.

Тогда уж извините, дальше мой ход. Выходные пусть останутся за Афиной, так и быть, а в понедельник увидимся намного раньше, чем она себе воображает.