Глава 35. Кирилл

Я на совещании был. Я не являлся единственным инвестором, вложившимся в торговый центр, сроки сдачи были все ближе, по этому поводу мы и собрались сейчас. И тут позвонила Полина. Она говорила так сбивчиво, что я толком и не понял, что происходит, только то, что помощь нужна. Моя. Срочно.

— Господа, — поднялся из-за стола я. — Мне придётся вас покинуть. Если что, я на связи.

— Но Кирилл, — возмутился и удивился один из мужчин. — Наша встреча была давно запланирована.

— Проблемы в семье, — отозвался я выходя из зала заседаний.

Машина на подземной парковке. До неё бежал, нисколько не думая, как это выглядит со стороны. Потом всю дорогу на газ давил, дороги ужасные, когда весна уже наступит. В подъезде даже не стал жать на кнопку лифта, привык, что не работает никогда он. Взбежал по ступеням.

Они стояли у её двери. Одна из них нетерпеливо стучала, как только не отбила кулак за это время. Молодая девушка,  вторая женщина гораздо старше, с недобрым лицом, и представитель власти, то бишь полицейский. Он вид имел скучающий, но при виде меня подтянулся, видимо, предчувствуя проблемы.

— Какого черта? — спросил я.

— Мы исполняем свою работу, — набычилась старшая. — Нам поступил сигнал о том, что в данной квартире происходят аморальные действия, что может негативно отразиться на жизни и самочувствии младенца.

— Вон пошли, — посоветовал я.

Дверь я поменял, но стены все равно картонные, слышно, как Аринка плачет, наверное, напугали.

— А вы кто? — вновь подала голос старшая.

— Кирилл, — ответил я. — Доронин. А за дверью моя жена.

Моё имя явно ничего не сказало женщинам, не удивительно, я в город совсем недавно вернулся. А вот полицейский напрягся.

—Идемте, — шёпотом сказал он женщинам. — И правда, лучше уйти.

— Нет, — ответила тоже шёпотом, но жёстко, женщина. — Есть договорённость, в конце концов, надо понимать… Надо ломать дверь.

Понять должна была она. Я мог бы войти в квартиру, но не хотел, чтобы Полину напугала некрасивая сцена, которая непременно последует. Нужно их устранить. В какой организации работают бабы и кто их начальство я не знал, а вот в полиции знакомства были. Потребовал представиться полицейского, он представился, ещё более погрустнев.

— Доронин? — удивились взяв трубку. — Какие-то проблемы со стройкой?

— Там все нормально. Но вот ваш майор Скоробеев причиняет мне неудобства. Он с какими то озлобленными бабами пытается проникнуть в квартиру близкого мне человека. Адрес? Диктую.

Сбросил. Курить хотелось с непреодолимой силой. Женщины ждали, майор тоже ждал. Его телефон зазвонил через минуту. На громкую связь он не ставил, но я порой слышал доносяшийся мат. Майор слушал молча, не пытаясь оправдываться, с каменным лицом. Наконец разговор прекратился он убрал телефон.

— Ермоленко звонил сам, — сказал он спутницам. — Давайте валить. Ничего хорошего нас не ждёт.

Ушли склонив головы. Я в дверь постучал, но мне никто не открыл, не удивительно.

— Открывай, — попросил я. — Я один.

— Правда? — спросила Полина.

—Нет блин, шучу. Открывай.

Открыла. Сначала на небольшую щель. Выглянула, потом открыла нормально, но сразу за мной захлопнула. Запугали.

— Какого черта происходит? — спросил я.

Полина зареванная, Арина из комнаты плачет, Полина побежала взяла её на руки, кот сердито раструбив хвост ходит. Поглядывает на меня злобно, словно это я его бабское царство растревожил. Дурдом.

— Мне кажется, Даша не очень хочет отдавать деньги, — пожала плечами Полина. — Обещала устроить мне неприятности. Устраивает. Сначала полиция ночью приходила, теперь вот…

— Шикарно, — покачал головой я. — Тебе так эти деньги нужны?

Посмотрел по сторонам, сам понял, что сморозил глупость — маленькая, тёмная полупустая квартира на самой окраине города сама за себя говорила.

—Нужны, — кивнула Полина.

Аринка на её руках успокоилась, но дышала ещё тяжело, сквозь всхлипы.

— Давай мне её данные, какие есть, номер телефона, я быстро отобью у неё охоту досаждать другим людям.

— Нет, — упрямо отозвалась Полина. — Я не опущусь до её уровня.

Я сдержал рвущийся наружу мат. Снял ботинки, прошёл на тесную кухню, поставил чайник. Полина с ребёнком на руках пришли следом, а потом и кот. В без того маленькой кухне стало ещё теснее, но удивительным образом это не напрягало, а ведь могло бы.

— А зачем ты мне тогда звонила? — задал резонный вопрос я.

— Чтобы ты спас меня…от этих, — смутилась и покраснела она.

— Я спас. Дальше что? Новые придут, как спасаться будешь?

Тишина. Аринка устав от слез, так и уснула у мамы на руках. Смотрю на неё — носик кнопочка, щёчки розовые, тёмный пушок волос на макушке. Как кому-то вообще приходит в голову такую мелочь обидеть?

— Я не знаю, — тихо ответила Полина. — Может мне эту квартиру сдать и переехать…

— Ты же видишь, у неё связи есть. Не поможет. Найдёт. Да и куда ты попрешься зимой с младенцем и котом? А твои горшки эти с цветами?

Отвела взгляд. Ласково коснулась пальцем крепко сжатого детского кулачка. Забулькал, щёлкнул, выключаясь, чайник, словно пытаясь нас отвлечь.

— Не знаю, — повторила Полина. — Я не ожидала, что так все будет…

Встал, взял две чашки. Нашёл упаковку с чайными пакетиками.

— Тебе чай то можно, кормящая?

— Можно…

Сидим чай пьём молча. Устала, наверное, уже ребёнка держать на руках. Чай горчит. Мои мысли скачут с одного на другое, и все — не радостное. Горькое, как чай этот. Знал бы я, возвращаясь в родной город, что через год вот так буду сидеть, на кухне у бывшей и чай пить. А следовало знать… Не зря уехал. Тянуло же к ней, ох, как тянуло…

— Я все решил, — твёрдо сказал я.

— Да? — искоса взглянула на меня Полина. — И что же ты там такое придумал?

— Останусь ночевать здесь, — пожал плечами я. — Благо теперь у тебя хоть пожрать в холодильнике есть.

Вышел в коридор. Да уж, тесно. Темно. Где и как буду спать непонятно. Но если этой ночью кто-то придёт, они крепко пожалеют, что ввязались в это дело. Сбросил пальто, пристроил его на вешалку. Полина завозилась в комнате — устраивала спать уснувшего ребёнка.

А я себя дико грязным чувствовал. Отчасти из-за того, что утром был на пыльной стройке, но больше из-за этой встречи в подъезде у двери Алины. Полное впечатление, что наступил ногой в кучу дерьма. Шагнул в ванную. Чистенько, но опять же тесно ужасно. Стены словно давят. Полине хорошо, она мелкая, а нормальные люди, как в этом доме живут? Страдаючи, наверное. Принялся расстегивать пуговицы на рубашке, потом и вовсе её снял отбросил в сторону.

— Ты чего это делаешь? — растерянно спросила Полина.

—Как чего? Мыться буду. Полотенце чистое тащи и халат какой нибудь…  Побольше.